Осколки души (СИ) - Щербаков Сергей Анатольевич - Страница 16

"Знаете, ваш случай интересен," – сказал невролог после завершения тестов. "С физиологической точки зрения, я не вижу явных признаков повреждения мозга или неврологических нарушений. Однако ваши жалобы на частичную потерю памяти могут указывать на психогенную амнезию."

Виктор почувствовал, как по спине пробежал холодок. Он не ожидал такого диагноза.

"Что это значит?" – спросил он, стараясь сохранять спокойствие.

"Психогенная амнезия – это состояние, вызванное психологическими факторами, а не физическим повреждением мозга," – объяснил невролог. "Оно часто связано с сильным стрессом или травмирующими событиями. Учитывая намеки на характер вашей прошлой работы, это вполне возможно."

Виктор почувствовал, что эта ситуация может сыграть ему на руку. "И что теперь? Как это лечится?"

"В таких случаях мы обычно рекомендуем консультацию психотерапевта," – сказал невролог. "Но для начала я дам вам заключение о вашем состоянии. Это должно помочь с восстановлением документов."

Виктор почувствовал облегчение. Он получил то, что ему было нужно, без необходимости проходить МРТ или консультацию психиатра.

"Спасибо, доктор," – искренне поблагодарил он. "Вы очень мне помогли."

Покидая больницу с заключением невролога в руках, Виктор чувствовал, что сделал важный шаг вперед. Однако он понимал, что это только начало его пути через бюрократические джунгли современной России.

На следующий день Виктор вернулся в многофункциональный центр, чтобы продолжить процесс восстановления документов. На этот раз он чувствовал себя увереннее, имея на руках медицинское заключение и справку из полиции.

"Здравствуйте," – обратился он к сотруднице центра, той самой девушке, которая помогала ему в прошлый раз. "Я принес документы для восстановления паспорта."

Девушка узнала его и улыбнулась. "Да, я помню вас. Давайте посмотрим, что у вас есть."

Виктор передал ей собранные документы. Девушка внимательно изучила их, время от времени что-то проверяя в компьютере.

"Хорошо, эти документы помогут начать процесс," – сказала она наконец. "Но нам все еще нужно установить вашу личность. Есть ли у вас какие-нибудь старые фотографии, документы, может быть, свидетельство о рождении?"

Виктор почувствовал, как напряглись мышцы его челюсти. Он знал, что этот момент наступит, но все равно не был к нему полностью готов.

"К сожалению, нет," – сказал он, стараясь выглядеть расстроенным. "Я потерял все свои вещи вместе с документами."

Девушка нахмурилась. "Это усложняет ситуацию. В таких случаях мы обычно пытаемся найти информацию в базах данных. Вы можете назвать свое полное имя, дату и место рождения?"

Виктор на мгновение заколебался. Он мог назвать свои настоящие данные, но понимал, что это может привести к непредсказуемым последствиям. С другой стороны, если он назовет данные Алексея Волкова, чью личность он использовал до сих пор, это может вызвать подозрения, если в базе уже есть информация о нем.

Он решил рискнуть и назвал свои настоящие данные, надеясь, что за прошедшие десятилетия информация о нем либо исчезла, либо стала недоступной.

"Соколов Виктор Андреевич, родился 15 мая 1905 года в Москве," – сказал он, внимательно наблюдая за реакцией девушки.

Она удивленно подняла брови. "1905 года? Вы уверены?"

Виктор понял, что допустил ошибку. Он быстро попытался исправить ситуацию.

"Простите, я оговорился. 1965 год, конечно же," – сказал он, изображая смущение. "Видите, как эта амнезия меня подводит."

Девушка с сочувствием кивнула и начала вводить данные в компьютер. Виктор напряженно ждал, пытаясь предугадать, что может произойти дальше.

Через несколько минут девушка нахмурилась, глядя в монитор. "Странно," – сказала она. "В базе нет информации о человеке с такими данными. Вы уверены, что правильно назвали имя и дату рождения?"

Виктор почувствовал, как по спине пробежал холодок. Он понял, что зашел в тупик, из которого нужно было как-то выбираться.

"Знаете," – начал он, решив использовать свое "медицинское заключение" как оправдание. "Врач сказал, что у меня может быть психогенная амнезия. Возможно, я путаю какие-то детали своего прошлого. Может быть, есть какой-то другой способ установить мою личность?"

Девушка задумалась. "В таких сложных случаях мы обычно обращаемся в архивы или пытаемся найти свидетелей, которые могли бы подтвердить вашу личность. У вас есть какие-нибудь родственники или старые друзья, которые могли бы помочь?"

Виктор покачал головой. «К сожалению, нет. По крайней мере, я никого не помню."

Девушка вздохнула. "Тогда нам придется идти более длинным путем. Мы можем начать процедуру установления личности через суд. Это займет время, но это единственный законный способ в вашей ситуации."

Виктор понимал, что судебная процедура может быть рискованной. Если начнется серьезное расследование его прошлого, могут всплыть нежелательные факты.

"А нет ли какого-нибудь другого варианта?" – спросил он, стараясь не выдать своего беспокойства. "Может быть, можно как-то ускорить процесс или обойтись без суда?"

Девушка покачала головой. "Извините, но правила очень строгие в таких вопросах. Мы не можем обойти установленную процедуру. Это вопрос государственной безопасности."

Виктор почувствовал иронию ситуации. Он, бывший сотрудник НКВД, теперь сталкивался с системой государственной безопасности с другой стороны.

"Я понимаю," – сказал он, стараясь скрыть разочарование. "Что мне нужно делать дальше?"

Девушка начала объяснять процедуру подачи заявления в суд, перечисляя необходимые документы и шаги. Виктор слушал, понимая, что ему придется искать новые пути решения своей проблемы.

Покидая многофункциональный центр, Виктор чувствовал смесь разочарования и решимости. Он понимал, что легальный путь восстановления документов может быть слишком рискованным и длительным. Нужно было искать альтернативные варианты.

Идя по улице, он вспоминал, как в его время решались подобные проблемы. Связи, подкуп, угрозы – все это были инструменты, которыми он когда-то владел в совершенстве. Но сейчас он был в новом мире, где старые методы могли не сработать или привести к неожиданным последствиям.

Виктор решил, что ему нужно найти кого-то, кто хорошо разбирается в современной системе и мог бы помочь ему обойти бюрократические препоны. Он вспомнил о социальном работнике, контакты которого ему дал полицейский офицер.

На следующий день Виктор позвонил по указанному номеру и договорился о встрече с социальным работником по имени Елена Сергеевна. Встреча была назначена в небольшом кафе недалеко от центра города.

Виктор пришел заранее, выбрал столик в углу, откуда хорошо просматривался весь зал, и заказал чашку кофе. Он наблюдал за входом, пытаясь угадать, как может выглядеть Елена Сергеевна.

Через несколько минут в кафе вошла женщина лет пятидесяти, с короткими седеющими волосами и внимательным взглядом. Она огляделась и, заметив Виктора, направилась к его столику.

"Виктор Андреевич?" – спросила она, подойдя ближе.

Виктор встал, протягивая руку. "Да, это я. Вы, должно быть, Елена Сергеевна?"

Они обменялись рукопожатием и сели за столик. Виктор отметил, что у женщины была цепкая хватка и уверенные движения – явно не типичный кабинетный работник.

"Итак," – начала Елена Сергеевна после того, как сделала заказ. "Расскажите мне о вашей ситуации. Я так понимаю, у вас проблемы с документами?"

Виктор решил быть максимально откровенным, насколько это было возможно в его ситуации. Он рассказал о своей "амнезии", о трудностях с восстановлением документов, о визитах к врачам и в многофункциональный центр.