Последний суд - Мишина Влада Владимировна - Страница 39

Сет первый понял, что Амт страдала от воспоминаний Исиды, и вскинул руку, призывая её к молчанию.

– Не произноси лишнего!

Богиня с трудом кивнула.

– Я скажу одно – нам нужно выбраться из Дуата, – прошептала она.

Эти слова Ифе слышала странно приглушённо. Буря, что бесновалась над Полями Иалу, стала слишком громкой. Крылья аментет нагрелись, почти причиняя боль.

Она сделала маленький шаг в сторону разрушенного трона Осириса, и боль утихла. Но сразу начала нарастать вновь. «Ещё шаг», – с затаённым страхом решила Ифе. Ближе к Полям она вновь ощутила облегчение, но опять ненадолго. «Крылья хотят, чтобы я пошла туда? – не понимала аментет. – Как больно!»

Место, где крылья соединялись с руками, ныло всё сильнее, а жар становился невыносимым. Она замерла, стараясь перетерпеть боль и надеясь, что та уйдёт сама.

«Поля Иалу». Девушка смотрела на них, не узнавая. Там – за троном Осириса – началась её новая история, и пусть тогда аментет была лишена чувств, стёрта, сейчас ей всё равно было больно видеть закатное небо скрытым песком.

Но следовать за болью она боялась, как боялась и пойти прочь. От промедления агония с новой силой прострелила крылья. Ифе едва не упала, но в последний момент её схватили за запястье.

– Осторожнее, – Амт, поддержавшая девушку, пристально вглядывалась ей в лицо. – Поля манят тебя?

– Да, – выдавила аментет.

– Будь осторожна. Они – лишь иллюзия жизни. Сама жизнь – это нечто иное.

– О чём ты?!

Отвечая, Амт обращалась уже ко всем.

– Нам нужно туда, – богиня махнула рукой в сторону счастливого посмертия для праведных душ.

Никто, кроме неё, не заметил странного поведения Ифе, чему девушка была рада.

– Амт, дорогая моя, определись. Нам нужно выбраться из Дуата или попасть на Поля? – недоверчиво уточнил Сет.

– Ты сам просил не говорить слишком много о знаниях Царицы, – парировала богиня.

– О, значит, эти цели связаны?

Амт упрямо поджала губы.

– Понял, – кивнул Сет, больше не задавая вопросов.

Атсу шагнул к проходу на Поля Иалу.

– А говорят, что они всегда освещены солнцем, – пробормотал он, глядя на бурю.

– Да. Закат жизни. Эта буря – дело рук Селкет. Или Одайона, – ответил Анубис.

– Значит… Души там в опасности?

– Я не знаю.

Ифе понимала причину вопроса Атсу. «Он надеется ещё раз увидеть Шани…» Внезапная идея оказалась очень кстати, и девушка воскликнула:

– Шани!

Все взгляды обратились к Ифе.

– Что такое? – с тревогой спросил вор.

– Ей был известен способ, как переправлять вещи смертных из Дуата обратно в Та-Кемет. Что, если мы сможем так же выбраться?

– Невозможно, – Анубис покачал головой и, поймав спокойный взгляд Амт, нахмурился. – Царице было об этом известно?

Богиня улыбнулась.

– Нам нужно идти на Поля.

Её ответ был очевидным, и всё же она хорошо слушалась Сета, не говоря ничего определённого.

– Согласен, Поля – отличное место, которое мне очень хотелось бы посетить, – ведомый желанием снова увидеть сестру, Атсу первый шагнул в сторону бури.

– Вор, – задержал его Анубис.

– Да?

– Помни, что твоя сестра не сможет вернуться. В любом случае.

– Почему? – тихо спросил Атсу.

– Потому что даже нарушениям законов есть предел.

Мужчина отвернулся, продолжив свой путь. «Сестрёнка». Он вспомнил её глаза – такие же, как у него. Вспомнил обещание, данное умирающей матери, – защищать Шани. Многое за то короткое мгновение успел вспомнить Атсу. «Неважно, какие есть законы. Я верну её в Та-Кемет».

А затем ему в лицо ударил шквалистый ветер, перемешанный с песком.

Ифе не узнавала Поля Иалу. Неудивительно, ведь сквозь бурю почти ничего не было видно. Это напоминало ей о пустыне в Городе Столбов, где она впервые столкнулась с чудовищем Та-Дешрет.

Вслед за Атсу все шагнули в долину оправданных душ, но сейчас девушка не видела никого, хоть и знала, что её спутники должны были быть совсем рядом.

«Я не хочу тут блуждать!» Ифе казалось, что в любой миг на неё из песка могло выпрыгнуть нечто зловещее.

– Ифе, – голос Анубиса прозвучал за её спиной.

– Я вас не вижу!..

Девушка резко обернулась, ища его, но глаза тут же обожгло песком. Она вскрикнула, прижимая ладони к лицу и, сбиваемая шквалистым порывом ветра, упала на землю. «Меня заметёт, и я навечно останусь на Полях Иалу…» Иррациональный страх выгонял из мыслей логику.

Ифе не думала, что боги всё равно её найдут, не думала, что ветер, хоть и сильный, но мог быть преодолён. Она просто была в ужасе, снова столкнувшись с одним из худших проявлений ненавистного песка.

И завывание бури не прекращалось.

– Инпу, – она позволила себе шёпотом назвать Карателя его истинным именем.

Да, многие Уры – верховные жрецы – именно так, должно быть, ему и молились, но для неё это было что-то особое. Прежде так к нему обращался лишь Сет.

Спустя долгое мгновение девушка ощутила прохладные прикосновения под коленями и на плечах – с заметённой песком земли её подняли на руки.

С трудом открыв глаза, Ифе прошептала:

– Мне страшно.

Анубис, прижимающий её к себе, заставил девушку чуть повернуться и скрыть лицо на его груди, чтобы глаза не терзала буря.

– Мне тоже страшно, – признался он. – В последнее время я познал это чувство.

«Каратель боится?» Признание бога было неожиданным. Но оно, к удивлению Ифе, не напугало её ещё больше. Только сделало Анубиса более уязвимым, человечным в её глазах.

– Спасибо.

Бог услышал её шёпот даже сквозь ветер.

– За что?

Девушка прижалась к нему чуть сильнее, задевая губами неестественно холодный металл, украшавший одеяние бога.

– Вместе бояться – не так страшно.

Она не видела удивления на его лице, но почувствовала, как пальцы бога… Нет. Пальцы мужчины напряглись.

– Эта буря не обычна. Я не могу её развеять, – глухо сказал он. – Нужно найти тебе укрытие.

«Мне?.. Можно я буду думать, что вы проявили ко мне заботу?» Ифе не задала этот вопрос вслух. «Не важно, правда это или нет, но сейчас вы несёте меня на руках и хотите помочь укрыться от бури».

А Каратель тем временем силился разглядеть через странный, неподвластный даже богу песок хоть какое-то здание.

«Она может ослепнуть или задохнуться. Смертные хрупки, – думал бог. – Нужно спасти её».

Эта мысль впервые столь чётко сформировалась в его голове. Вот только времени, чтобы принять её, у Анубиса не было.

– Эй, вы там!

Крик Сета раздался откуда-то сбоку.

Каратель мысленно передал ему сообщение:

– Эта буря неподвластна мне!

Рядом послышались глухие оклики Кейфла, Атсу и Амт.

– Десять шагов вперёд! Там дом! – ответил Сет.

Благодаря дяде Анубис, наконец, сам увидел очертания приземистого строения и рывком кинулся к нему.

Ифе инстинктивно обхватила его руками, дёрнувшись от ускорения. Она тоже успела увидеть знакомые формы здания. И знала, куда их вывела буря.

«Это… Мой дом».

Неказистая комната, неровные стены и пол, грубая плетёная кровать и несуразный щербатый стол – когда дверь в ближайшее убежище за спинами богов и смертных закрылась, отрезая их от вездесущего песка, Ифе увидела всё то, что когда-то окружало её.

Она боялась моргать, хотя истерзанные ветром глаза нуждались в этом, как никогда. «Что, если я моргну, и всё это окажется сном? Что, если я просто аментет без чувств и желаний, которой всё это привиделось?»

– Это же… – тихо начал Кейфл.

– Да, – не дала ему договорить Ифе.

Конечно, принц тоже узнал место отдохновения слуги Осириса. А вот боги, к которым теперь относился и Атсу, видели его впервые, и вопросительно смотрели на аментет.