Писарь Первой конной (СИ) - Почтарев Алексей - Страница 32

— Жора! — крикнул он и тут же к нам подскочил тот самый молодой боец, что сторожил меня с винтовкой на завалинке на хуторе.

— С Митрием ложитесь спать, вам завтра раньше всех вставать, — распорядился атаман.

Парень подмигнул мне и не оглядываясь пошел вглубь дома, я последовал за ним. В полутемном коридоре толкнул дверь направо, и мы оказались в комнате, большую часть которой занимали грубо сколоченные из досок нары, застеленные вместо матрасов свежим сеном.

— Ложись, а я отлучусь ненадолго, — сказал Жора и вышел за дверь, за которой послышалась какая-то возня и приглушенный женский голос. Понятно, с девушкой шуры-муры крутит. Я огляделся. В комнате было окно, через которое проникал с улицы свет заходящего солнца, но оно было такого небольшого размера, что я при всем желании не смог бы через него пролезть. За дверью в коридоре Жора со своей девушкой. Так что побег пока откладывался. Я забрался на нары и попробовал уснуть. Проснулся от того, что кто-то меня дергает за ногу, рядом на нарах храпели бойцы зеленых.

— Вставай, — шепотом сказал Жора. Я сел, быстро надел сапоги и пошел за Жорой. В горнице уже не спали. Хохлачев одним пальцем что-то печатал на пишущей машинке, увидел меня и подозвал к себе.

— Митя, ты с виду человек грамотный, как правильно: мандат или мондат?

— Вы мандат что ли печатаете? — спросил я, удивившись простоте, с которой атаман зеленых занимался подделкой документа. Я заглянул в отпечатанный текст и сразу увидел кучу грамматических ошибок. Стал указывать на них. Хохлачев сразу уступил место мне.

— Ну ка сам пробуй.

Атаман стал диктовать, а я быстро напечатал весь текст. Принесли разрезанную картофелину, на которой была вырезана печать. Намазали ее чернилами и приложили к мандату. На бумаге получился расплывчатый трудночитаемый оттиск. Подпись на мандате подделал сам Хохлачев.

Он уже был одет в кожаную куртку, на голове красовалась лихо заломленная фуражка со звездой. Жора тоже переоделся в красноармейскую форму. Мы быстро позавтракали холодным вареным мясом с хлебом, запили хлебным квасом и вышли на улицу. Во дворе стояла пролетка, в которую была запряжена пара лошадей. Впереди сидел кучер, невысокий мужичонка тоже в военной форме. Мы с атаманом сели в пролетку, а Жора на своей лошади поехал следом за нами. Лошадь атамана привязали к пролетке. Перед отъездом мне вручили винтовку, я сразу проверил затвор, патрона в стволе не было. Ясно, бандиты мне не доверяют, винтовку выдали для антуража.

По дороге Хохлачев рассказал, куда мы едем и что я должен делать. Оказалось, что от Саратова я уехал недалеко. Сейчас мы двигались в сторону города Сызрань, неподалеку от которого имелись военные склады, принадлежащие еще Русской императорской армии. После революции большевики эти склады серьезно растрясли, но и после этого там осталось много ценного имущества.

Хохлачев коротко рассказал, что требуется от меня. Подъезжаем к воротам склада, атаман предъявляет мандат на получение имущества для формируемой в Саратове реальной военной части. Проникаем внутрь. За нами, с небольшим отрывом движется вся банда на телегах под видом обоза.

Моя задача в этом деле в определенный момент какой-нибудь дурацкой выходкой отвлечь на себя внимание охраны, а атаман с Жориком действуя по обстановке захватывают ворота. Банда врывается на территорию склада и начинается грабёж.

Мне разумеется все это не нравится, но я молча киваю, делаю вид, что соглашаюсь. Можно предположить, что таким образом атаман проверяет нового члена банды. Скорее всего после захвата склада предложат пристрелить пленного... или еще что-нибудь в этом духе, чтобы повязать кровью с бандитами.

Не теряю бдительности, поглядываю по сторонам. Пока для побега диспозиция неподходящая: винтовка в моих руках может быть использована только в качестве дубины; Хохлачев сидит рядом, но мне с ним не справиться, даже если бы пришлось драться один на один. Совершенно разные весовые категории, в нем наверняка центнер живого веса, а во мне от силы шестьдесят килограмм. Впереди возница, сзади на коне Жора с винтовкой.

Поэтому сижу не отсвечиваю, просчитываю разные варианты. До самых складов мне не стоит рыпаться. Смогу ли предупредить о нападении охраняющих склад красноармейцев? Наверное, смогу, но только ценой своей жизни.

Единственный шанс для побега может подвернуться в момент взятия ворот склада. Мне много времени не надо, чтобы вскочить на резвую лошадку и тогда бандиты только меня и видели. Лошадь атамана зеленых мне бы как раз подошла. Я скосил глаз на бегущую за пролеткой лошадь Хохлачева.

Через час к нам присоединился обоз с телегами, возницы с виду обычные мужики, оружие держат не на виду. Кстати, основное ядро банды то же неподалеку, следуют за обозом в некотором отдалении.

Вскоре впереди показался высокий забор, справа будка охраны, самого склада не видно, он скрыт забором. Проезд перекрыт рогатками, возле которых стоят два красноармейца с винтовками. Из будки вытирая лысину платком вышел невысокий кряжистый мужчина в военной форме.

Хохлачев толкнул меня локтем в бок.

— Слазь, твой выход.

Я спрыгнул с пролетки. Хохлачев вышел не спеша, стряхнул с плеча невидимую соринку и пошел навстречу начальнику охраны, доставая из кармана поддельный мандат. Жора гарцует на коне за нашими спинами. Мое дело отвлечь двух красноармейцев с винтовками. Подхожу к ним и «случайно» роняю винтовку. Оба смотрят на меня. Один пытается мне помочь и ловит за ствол мою падающую винтовку. Я тут же прыгаю в сторону и откатываюсь в ближайшую канаву. На меня уже никто не обращает внимание. Звучат выстрелы, оба красноармейца падают. Начальник охраны убит. Мужики из обоза уже растаскивают рогатки и телеги устремляются на склад. Там тоже звучит несколько выстрелов и все смолкает.

Пролетка с конем Хохлачева тоже въезжает внутрь склада. Я не спешу, продолжаю сидеть в своей канаве и не зря. Через пять минут в ворота втягивается вся банда.

Выскакиваю из канавы и подбегаю к убитому начальнику охраны. На поясе у него кобура, а в ней револьвер «Бульдог». Быстро снимаю с убитого и нацепляю на себя. Чтобы добыть лошадь, нужно идти на склад, но мне этого не хочется. В этот момент из ворот на своем коне выезжает Жора.

— Ты чего тут застрял? — спрашивает он, потом замечает кобуру на моем поясе. — Ого, неплохо разжился.

Спрыгивает с коня и начинает шмонать карманы убитого, находит документы, кошелек. Пачка денег в кошельке его заинтересовала, стал пересчитывать. У убитых красноармейцев винтовки с примкнутым штыком, я поднимаю одну и не раздумывая бью штыком под левую лопатку Жоры. Тот издает слабый стон и валится лицом в землю. В любую минуту из ворот могут появиться люди. Выдергиваю штык и сразу втыкаю в мягкую землю, чтобы очистить от крови. Закидываю винтовку за свою спину, ловлю лошадь, легко вскакиваю на нее, даю ей шенкелей. Лошадь птицей несется по дороге. Успеваю доскакать до развилки, как гремит выстрел, потом другой, пули свистят над головой. Поворачиваю в сторону Сызрани — город совсем рядом. Березовая роща, разросшаяся возле дороги, хорошо меня скрывает. Сейчас для меня главное — это уйти от погони.

Лично мне Жора ничего плохого не сделал, однако я его убил. Хорошо рассуждать со стороны, мол оглушил бы парня прикладом по голове и все дела. На самом деле не все так просто. Лишнего времени у меня не было, в любую секунду в воротах могли появиться бандиты. Сразу не обдумав свои действия, я взял винтовку, как обычно, ее держат в руках, то есть прикладом назад, а стволом с примкнутым штыком вперед, поэтому просто ткнул штыком в подставленную мне спину и попытался скрыться.

Понятно, что бандиты случившееся мне не простят. Скорее всего прямо сейчас за мной движется погоня. Сызрань — город небольшой, здесь все на виду, а я в красноармейской форме, на местного жителя совсем не похож.

Еду по городской улице шагом, поглядываю по сторонам, думаю, что делать. Вдруг впереди услышал звуки духового оркестра, играли «Варшавянку». Сразу мысли повернулись в нужном направлении.