Пирамида здоровья: гормоны, чекапы и контроль старения - Генералов Василий - Страница 4

Нарушение репродуктивной функции с точки зрения эволюции является биологическим тупиком человеческого вида, а значит, финальной точкой биологической дегенерации.

Вспомогательные репродуктивные технологии могут продлить увядающую генеалогическую ветвь, однако они лишь моделируют и имитируют естественные процессы зачатия, имплантации эмбриона и сохранения беременности. Основной задачей этого направления медицины является факт появления на свет ребенка, однако, несмотря на оптимистичные отчеты репродуктологов, уровень здоровья у этих детей значительно ниже. Безусловно, в этой группе есть дети, не отличающиеся по всем характеристикам от своих сверстников, зачатых естественным путем, однако уровень риска развития целого ряда тяжелых неврологических и аутоиммунных заболеваний в этой группе значительно выше. Для сохранения и без того низкого ресурса такого ребенка с рождения необходимо соблюдение особого охранительного режима, который включает в себя индивидуальные программы питания, снижение иммунологического стресса, в том числе обязательный медицинский отвод от профилактической вакцинации, нутрициологическая витаминная поддержка, а в ряде случаев и полноценная медикаментозная коррекция с заместительной гормональной терапией.

Снижение репродуктивного потенциала и качественных характеристик потомства в режиме поколенческой дегенерации прослеживается и в группах детей с тяжелыми неврологическими, психопатологическими и аутоиммунными заболеваниями, количество которых за последнее десятилетие увеличилось в разы. Механизм развития этих заболеваний будет описан в специальных главах книги.

Феномен поколенческой дегенерации, то есть инволюции человеческого биологического вида, прослеживается явно.

Глава 2. Поколенческая дегенерация в медицине

Выше описаны негативные тренды, указывающие на снижение физического, психического, сексуального и репродуктивного здоровья у относительно здоровых детей и молодых взрослых. Эти негативные тенденции постепенно развивались в течение последних трех поколений, то есть с 1960-х годов, однако очевидное ускорение приходится на последние 15–20 лет.

Дополнительным ускорителем и без того негативного тренда стала пандемия коронавирусной инфекции 2019 года, после которой многие пациенты отметили обострение имевшихся хронических заболеваний, а количество выявленных новых случаев аутоиммунных заболеваний также выросло.

Следует заметить, что пандемия не стала причиной развития всех описанных заболеваний, а лишь проявила себя в качестве катализатора.

Специалисты, занимающиеся аутоиммунными заболеваниями, отмечают значительный рост заболеваемости в последние 15 лет. Одновременно усилилась и тяжесть течения заболеваний, несмотря на появление новых схем таргетной терапии.

Последние 50 лет в медицине прошли под флагом интенсивных международных программ по борьбе с сердечно-сосудистыми заболеваниями, ожирением и метаболическим синдромом. Несмотря на колоссальные инвестиции в разработку профилактических и лечебных технологий, значимость и выраженность этой проблемы не только не уменьшается, а, наоборот, прогрессирует.

Все это позволяет говорить о смене конституционального статуса организма, в котором протекают эти заболевания, а значит, должно быть рассмотрено в концепции поколенческой дегенерации и подробно проанализировано.

Метаболический синдром

Метаболическим синдромом называют совокупность симптомов и синдромов, которые по отдельности заболеваниями не являются, однако указывают на наличие обменных нарушений, предрасполагающих к развитию тяжелой соматической патологии.

Метаболический синдром включает в себя увеличение массы тела, повышение артериального давления, гипергликемию (увеличение концентрации сахара в крови) и нарушение липидного профиля. Все составляющие взаимно индуцируют друг друга.

Самым заметным внешним проявлением метаболического синдрома, конечно же, является прогрессирующее увеличение массы тела – и, как результат, ожирение. Число людей, страдающих ожирением, в мире возросло на 28,8 %, с 857 млн в 1980 году до 2,1 млрд в 2013 году, с заметным скачком за последнее десятилетие.

Распространенность ожирения касается не только взрослых, проблема стоит довольно остро и у детского контингента. Так, в развитых странах в последнее десятилетие 23,8 % (22,9–24,7) мальчиков и 22,6 % (21,7–23,6) девочек имеют избыточный вес и ожирение.

Связь между ожирением и гормональными нарушениями, в частности инсулинорезистентностью, очевидна. В поколении наших бабушек ожирение объяснялось возрастной дегенерацией, то есть возрастным изменением скорости метаболизма и возраст-зависимым изменением гормонального фона.

Сейчас же ожирение – удел молодых людей, едва переступивших порог тридцатилетия. Частично это можно объяснить изменением социального статуса: езда на автомобиле, регулярное питание, более степенный образ жизни. Однако мы видим прогрессию ожирения и у детей. Дети и подростки не имеют таких рисков сердечно-сосудистых осложнений, но налицо снижение физической силы, выносливости, наличие и прогрессия признаков соединительно-тканной дисплазии при внешнем осмотре, увеличение рисков нарушений работы желудочно-кишечного тракта, различных видов аллергий. Очевидно, что эти изменения также ассоциированы с изменением гормонального фона.

Если анализировать фенотип, то есть внешние проявления ожирения в разных поколениях, они тоже отличаются. У пожилых мужчин при наборе веса в основном происходит увеличение живота, это называется «мужским типом ожирения». Увеличение живота в основном провоцируется гипоандрогенией – снижением концентрации мужских половых гормонов, в данном случае вследствие возрастной инволюции. Сопутствующими явлениями будет развитие импотенции, инсулинорезистентности, гипертонии и в дальнейшем – риск развития атеросклероза, ишемической болезни сердца, повышение риска инсульта.

«Женский тип» ожирения (геноидный тип), ассоциированный с гиперэстрогенемией, характеризуется преимущественным отложением жира в области ягодиц, бедер и голеней. Жировая ткань сама по себе гормонально активный орган, преимущественно продуцирующий эстрогеноподобные вещества, поэтому появление любого типа ожирения в перспективе осложняется геноидным типом.

«Соответствие» типа ожирения биологическому полу не снимает проблем, однако несоответствие (как, например, развитие ожирения по женскому типу у юноши) несет дополнительные риски, в особенности в молодом возрасте. Так, возраст-ассоциированное ожирение у пожилого мужчины – это проявление индивидуальной дегенерации, а вот смешанное геноидное ожирение у парня 25–30 лет, который еще не реализовал свой репродуктивный потенциал, – это проблема популяционная.

Следует отметить, что по нашим клиническим наблюдениям, среди пациентов 60-х годов рождения ожирение появилось в возрасте после 50 лет, преимущественно среди женщин и значительно меньше у мужчин. Среди пациентов среднего возраста, родившихся в 1980–1990-е годы, ожирением страдают и мужчины, и женщины одинаково, причем набор веса у них начинается с 20–25 лет.

Дети же, рожденные уже в XXI веке, страдают от набора веса с раннего возраста, причем значительно чаще этому становятся подвержены именно мальчики. Следует заметить, что тип ожирения у них преимущественно геноидный, что усиливает уже имеющийся у ребенка гормональный сбой. В подростковом возрасте этот гормональный сбой неизбежно ведет к некорректному становлению сексуальной сферы и низкому репродуктивному потенциалу.