"№Фантастика 2024-162". Компиляция. Книги 1-22 (СИ) - Варава Алевтина Ивановна - Страница 193

В гостиной, куда Гермиона не замедлила спуститься, уже ожидали гости. Министр беседовал с Люциусом у пылающего камина, в котором догорало искрящееся зелёное пламя. Миссис Яксли скромно сидела на небольшом диванчике, безмолвно глядя прямо перед собой с выражением добропорядочной кротости на старом, но ухоженном лице. Её внучка Мэлани Барк, красивая ведьма девятнадцати лет, выпускница Даркпаверхауса, стоя на коленях посреди комнаты, гладила рыжую кошку Мельпомену, которая вольготно раскинулась на мягком ворсистом ковре.

Гермиона была рада видеть Мэлани, которую в свой первый преподавательский год небезуспешно обучила мастерству легилименции, и не только потому, что юная колдунья была ей симпатична – её присутствие ещё и разбавляло тяжёлое общение с миссис Яксли, которое предстояло Гермионе как хозяйке.

Леди Малфой было искренне жаль эту пожилую даму, сломленную тяжкой судьбой, но она совсем не знала, как вести себя с ней и что ей говорить – и потому неизменно испытывала в обществе супруги Министра магии неловкость.

Эбенизер Яксли, занявший после Тёмной Революции пост формального главы Магической Великобритании, был сыном Лауры Лестрейндж, старшей сестры отца братьев Лестрейнджей Эмилиана, и Лисандра Яксли, брата-близнеца Лисандры, ставшей в своё время матерью «осквернительницы» двух древних чистокровных семей Седреллы, имевшей наглость выйти замуж за Септимуса Уизли.

Именно благодаря кузену Рабастану, с которым сблизился уже после школы, Эбен и оказался в рядах Пожирателей Смерти на заре их могущества, после возвращения Волдеморта в Британию.

Кассиопея, в девичестве Булстроуд, была младше своего супруга на год и превратилась в миссис Яксли незадолго до рокового решения Эбена. Ещё до того, как начали сгущаться тучи, она родила ему двоих детей, Теддиаса и Кезайу.

А потом начались мрачные для магического мира года: Тёмный Лорд набирал силу, а его приспешники теряли совесть. Кассиопея, повергнутая в ужас тем, что творили её супруг и его приятели, попыталась сбежать вместе с детьми – вследствие чего была заключена в фамильном замке и фактически лишена всех прав и свобод.

Кезайя и Теддиас росли, они окончили Хогвартс и получили высшее образование. Никто из младших Яксли не проявлял большого рвения вступить на тот же путь, который избрал их отец, но они, вразумлённые примером своей несчастной матери, старались ни в чём ему не противоречить.

Но вот Волдеморт пал.

Эбенизер Яксли смог избежать наказания. После всех многочисленных разбирательств и судов, последовавших за исчезновением Тёмного Лорда, Теддиас Яксли уехал в Норвегию, где всё ещё работает целителем-естествоиспытателем.

Его сестра через какое-то время вышла замуж за Августина Барка и вскоре на свет появилась Мэлани. На заре Тёмной Революции юная мисс Барк поступила в Хогвартс, откуда на четвёртом курсе перевелась в гимназию Тёмного Лорда.

С тех пор как Яксли стал Министром магии, его супруга, до того безвылазно сидевшая в фамильном замке, вынуждена играть роль примерной Первой леди Магической Великобритании. Привыкшая к подчинению, она всеми силами старается следовать этому долгу, но время и лишения сделали своё чёрное дело с этой несчастной ведьмой. Супруга министра стала тихой, молчаливой и кроткой, она часто терялась во время разговора, не находя нужных слов, но всегда сохраняла на лице какое-то безжизненное, механическое спокойствие.

Миссис Яксли сложно было назвать интересной собеседницей, и потому Гермиона от души порадовалась присутствию Мэлани.

– Мадам Малфой! – просияла молодая колдунья, едва заметив свою бывшую преподавательницу. – Здравствуйте!

– Здравствуйте, дорогая, – улыбнулась ей Гермиона. – Эбен, Кассиопея, рада вас видеть.

– Моё почтение, – учтиво поздоровался Яксли, тогда как его супруга лишь неловко улыбнулась и потупила взгляд. – Мы заждались!

– Мадам Малфой, посмотрите, что я принесла для вашей дочери! – Мэлани встала и подхватила со стола красочный картонный пакет. – Вот, взгляните-ка!

Она осторожно вынула большую стеклянную шкатулку, полную метающихся многоцветных бабочек: там было несколько очень больших, много обыкновенных и небольшой рой невообразимо крошечных насекомых. От них как будто шёл приятный мерцающий свет.

– Дедушка, можно? – Мэлани бросила на Яксли выжидательный взгляд, и тот коротко кивнул.

Тогда она открыла шкатулку.

Целый сияющий рой с мелодичным звоном вырвался наружу и закружил по комнате: необыкновенные создания заполнили всё вокруг – расселись на мебели и стенах, красивыми стайками порхали по воздуху, срывались с мест и занимали новые. Гостиная преобразилась и напоминала теперь иллюстрацию из детских сказок о стране фей. Одна огромная лилово-белая бабочка опустилась на плечо миссис Яксли и трогательно трепетала крылышками. Пожилая дама пробормотала что-то невразумительное и с извинением улыбнулась.

– Браво, маэстро! – провозгласил Люциус. – Генриетта будет в восторге. Они живые?

– Нет, мистер Малфой, – ответила Мэлани, закрывая шкатулку. Как только она стала опускать стеклянную крышку, многочисленные бабочки взвились в воздух и многоцветным роем полетели обратно в свой ларец, – это магия. Нашла в магазине свадебных украшений, но, мне кажется, ребёнку тоже должно понравится.

– А ты вся в хлопотах? – спросила Гермиона, благодарно принимая подарок. – Мои поздравления, дорогая.

– Спасибо, мадам. Мне эти хлопоты приятны. Мы боремся за них с матушкой и миссис Эфэлькорнер, причём моя будущая свекровь явно побеждает!

– И вам приходится удовлетвориться мыслью о том, что вы когда-нибудь сами организуете свадьбы своим детям, Мэлани?

– О, мы для начала и на этом поле ещё повоюем, – рассмеялась ведьма.

– А не пройти ли нам в столовую? – заметил тем временем хозяин дома.

* * *

– Орден Феникса сейчас напоминает симулякр, – говорил за ужином Министр магии, – но эта организация должна существовать для успокоения народа. Я пока не очень понимаю, изменится ли что-то после смерти Минервы, но всё же полагаю, что нет.

– Бруствер ведь был её правой рукой, – пожал плечами Люциус, – не думаю, что ситуация сильно поменяется.

– Да там и меняться, в сущности, нечему, – кивнул Яксли. – Что может Орден Феникса?

– Грюм и его команда не раз вставали у нас поперёк дороги за эти годы, – напомнил Люциус.

– В мелочах, – возразил министр.

– Мелочи мелочам рознь. К тому же я не уверен, что Брустверу хватит толерантности для сохранения прежних отношений между Орденом Феникса и Тёмным Лордом. Он слишком молод. И слишком долго был на вторых ролях.

– У них осталось мало людей для того, чтобы представлять какую-либо угрозу. Вступать в конфликты для Ордена Феникса сейчас – себе дороже.

– То, что Орден покинули несогласные с политикой МакГонагалл, разумеется, потрепало организацию – но их сейчас не так мало, как тебе, возможно, кажется.

– Люциус, я в курсе ситуации, – блеснул глазами Яксли.

– Не сомневаюсь в этом.

Гермиона бесстрастно резала отбивную на своей тарелке. Она знала, что Аластор Грюм возглавляет в Ордене Феникса подпольную группу, которая, в отличие от основной организации, ставшей вполне официальной, занимается исключительно тем, что вставляет палки в колёса Пожирателей Смерти и её отца в тех… инцидентах (так для себя определяла подобное Гермиона), которые не оказываются особо законными и гуманными. Спасают и укрывают неугодных, защищают их семьи и занимаются прочей полезной и необходимой в сложившихся условиях деятельностью. С переменным успехом.

Из Ордена Феникса ушли многие старые его члены. Из известных Гермионе – с громким скандалом покинул организацию Элфиас Дож и вступившие туда сразу после школы Невилл с супругой; тихо, но решительно ушла Тонкс, хотя её муж и остался членом Ордена. Фактически отошёл от дел Хагрид. Молли Уизли, после постигших её потрясений почти полностью утратившая рассудок, тоже больше не могла служить правому делу, заложенному Дамблдором и столь диковинно изменившемуся сейчас.