"Фантастика 2024-152". Компиляция. Книги 1-18 (СИ) - Кравченко Игорь Игоревич "warwarig" - Страница 193

– Поищи вьющуюся по земле лиану с большими круглыми листьями на толстых черенках, – отозвался мастер-сержант, не открывая глаз. – Это сахта. Если черенок размером с локоть, то в нем может быть до полулитра дистиллированной воды. Только срезай аккуратно, под самое основание, чтобы не разлить.

Геркулес некоторое время продолжал сидеть, вероятно, решая, какое чувство сильнее – усталость или жажда. И все же поднялся и, волоча по песку ноги, поплелся обратно в лес.

Мне тоже нестерпимо хотелось пить. Но кроме того ужасно болела голова, из-за чего не было желания совершать какие-либо лишние телодвижения. Однако, услышав радостный крик Геркулеса: «Нашел!» – я поднялся и побрел в заросли, манимый возникшим в голове образом прохладного, покрытого росой полого стебля, наполненного до краев среза живительной влагой.

Когда увидел растение, перед которым стоял Сегура, то вспомнил, что не раз переступал через подобные стелющиеся по земле стволы, пока пробирались к берегу. Странно, почему Ратт сразу не указал на него, как на источник питьевой воды?

Ствол сахты, вьющийся по земле меж других деревьев, толщиной превышал стволы многих из них и был не менее трех четвертей метра в диаметре. Довольно редкие листья, расположенные порой на расстоянии нескольких метров друг от друга, представляли собой огромные бледно-зеленые чаши, вздымающиеся прямо от ствола на толстых, с человеческую руку, черенках.

– Крепкая, – прокомментировал Геркулес, старательно пиля ножом основание черенка.

Подойдя к другому листу и опустившись на колени, я пощупал черенок, и там, где он становился более плотным, взмахом ножа отхватил лист. Брызнула кристально чистая влага. Припав губами к зеленому краю, сделал несколько жадных глотков. Вопреки ожиданию, сок сахты оказался противно теплым и абсолютно безвкусным. Однако чувство жажды сразу прошло. И все же, наклонив обезглавленный черенок, я сделал еще несколько глотков про запас, после чего устало откинулся на шершавый ствол.

– Этот я Солу отнесу, – произнес Геркулес, откладывая наконец-то отпиленный лист и направляясь мимо меня к следующему. – А сам так же, как и ты попью.

– Допей из моего, тут еще много осталось, – предложил я, испытывая чувство стыда, что сам в первую очередь думал о собственной жажде, забыв о других, и одновременно испытывая теплые чувства к заботливому товарищу.

Пока Геркулес пил, шумно высасывая влагу из полого стебля, я отпилил еще один черенок. Срезав с них листья так, чтобы не вскрылась полость с влагой, мы вернулись под пальмы.

С благодарностью приняв удивительный природный сосуд, Сол сделал несколько глотков и протянул его мастер-сержанту, который так и сидел с закрытыми глазами.

– Эй, Ратт, спишь, что ли? На, попей. И я думаю, что сейчас самое время тебе рассказать нам обо всем.

Открыв глаза, мастер-сержант несколько секунд смотрел на протянутый ему стебель с напитком, будто не понимая, что от него требуется, но все же взял сосуд.

– Знаю я не так уж и много, – произнес он, утолив жажду, – но кое о чем догадываюсь. Например, о том, что всех вас, тех, кто прибыл в составе взвода на эту планету, кто-то заказал.

– Это как? – Геркулес вопросительно поднял свободную от бинта бровь.

– Кто-то на твоей родине, солдат, очень не желает твоего возвращения. И, судя по всему, отвалил за это немалые деньги. То же касается и тебя, и тебя, – Ратт поочередно ткнул черенком в меня и Сола, после чего, не обращая внимания на вытекающую влагу, указал им в сторону джунглей, – и всех тех, кто остался там.

– Да кому я могу помешать? – Геркулес даже вскочил на ноги от возмущения.

– Ну, это тебе лучше знать, – пожал плечами мастер-сержант.

Я хотел поддержать возмущение Сегуры и потребовать, чтобы Ратт не забивал нам головы нелепыми бреднями, а рассказал правду, но в памяти вдруг всплыла дебильно улыбающаяся физиономия Адиля, высокомерный взгляд заплывших глазок его матери и недоумения сержанта Бужина по поводу некоторых нюансов моего попадания на службу в армию Конфедерации. Неужели…

Повернулся к Уиллису, желая узнать его мнение. Но тот словно застыл, вонзив взгляд в песок. И без того узкие вертикальные зрачки его желтых глаз превратились в едва заметные ниточки. Похоже, и ему было кого подозревать. Неужели это его родной братец, о котором он мне как-то рассказывал?

Но не может быть, чтобы у каждого из тридцати одного человека, попавшего в этот взвод, была подобная история…

И словно в ответ на мои мысли в голове всплыл рассказ Халиля Фаттахова и упоминание о его дяде, который не остался с остальными мужчинами рода защищать родную планету и всячески пытался подмять под себя главенство, которое должно было перейти от деда Халилю.

– Не может быть! – снова заявил Геркулес. – Не было у меня врагов, и не могло быть!

– Это только догадки, – очнулся от раздумий Сол. – Расскажи о том, что знаешь точно.

– Не желаете верить – не надо, – Ратт снова откинулся на ствол пальмы, будто решил закончить разговор. Я уже готов был возмущенно потребовать продолжения объяснений, когда он заговорил: – Когда-то Хатсон поймал меня на одном нехорошем деле. Тогда заканчивался мой второй контракт, и я, пользуясь случаем, попытался улучшить собственное материальное положение за счет армейских складов. Думал убраться в какой-нибудь глухой уголок Галактики и зажить тихой обеспеченной гражданской жизнью. Жениться, завести кучу детишек…

– Ратт, нас твои мечты интересуют меньше всего, – опередил мое восклицание Сол. – Кто такой Хатсон, и какое отношение он имеет к нам?

– Прямое. Он тогда замял дело, но посадил меня на надежный крючок, с которого не было шансов сорваться. Пришлось пойти на новый контракт и выполнять различные задания по всем пограничным окраинам. В конце концов я попал на эту фиолетовую планету седьмого класса и задержался здесь почти на два года. Очередной контракт подходил к концу, Хатсон не появлялся, и я уже начал надеяться, что он забыл про меня.

– Ты провел здесь целых два года? – удивился Геркулес.

– Не непосредственно на планете, конечно. Сюда приходилось проникать только для выполнения определенных задач, – заметив наши взгляды, Ратт усмехнулся: – Нет, не таких, как это. До сих пор мы работали только вдвоем с Робертом. Он, кстати, ничего не знал о том, что весь взвод должен был быть уничтожен.

– Ты про лейтенанта Хилла? – уточнил я и, когда Ратт подтвердил, задал следующий вопрос: – Если он не был посвящен, значит, должен был быть уничтожен вместе с нами?

– Подожди, Олег, – перебил меня Сол. – Пусть расскажет все по порядку.

– Я уже считал недели до окончания контракта, когда появился Хатсон, – продолжил мастер-сержант. – Теперь, вместо одного капитанского погона, на его плечах красовалась пара майорских. Меня он будто бы не узнавал и всякий раз при встрече проходил мимо, машинально отвечая на воинское приветствие. Меня это более чем устраивало. Я не желал знать, за какими делами он появился на базе, и надеялся, что меня они не коснутся. Мои надежды, как вы вероятно уже догадались, не сбылись. Но сперва я вздохнул с облегчением, когда майор все же покинул базу. Настораживало лишь то, что он прихватил с собой Роберта.

Ратт заглянул в пустой черенок листа сахты, отшвырнул его в сторону и продолжил:

– Роберт прибыл с вашей командой. Когда вы находились в регенерационном блоке, я встретился с Хатсоном. На этот раз он не прошел мимо, а позвал меня для приватного разговора. В общем, моей задачей было проследить, чтобы ни один из вас не вышел к месту эвакуации. И не надо на меня так смотреть. Я такой же, как и вы, солдат и так же, как вы, обязан выполнять приказы. А это был приказ. Кроме того, вы, по идее, и так были обречены.

– Почему? – хмуро спросил Геркулес.

– Да кто вы такие были, когда прибыли сюда? Желторотые юнцы, прошедшие полугодовое начальное обучение, никаким образом не связанное ни с разведкой, ни с освоением, ни с диверсионной работой, ни с другими профессиями, увеличивающими шансы на выживание в чужом враждебном мире. Честно говоря, я и согласился-то на это задание отчасти потому, что без моего участия результат был бы тот же, только погиб бы взвод гораздо быстрее. А ведь основной задачей было не ваше уничтожение, а вполне конкретная задача командования по отвлечению на себя сил аборигенов. Так что, исходя из этого, можно сказать, что моим заданием как раз было как можно дольше сохранять ваши жизни.