Ланс (СИ) - Фирсова Светлана Дмитриевна - Страница 8

И еще хорошо, что пришедшая шерба оказалась мамой Шер. Почувствовала, как мои губы растягиваются в мечтательной улыбке. Единственное, что случилось хорошего – это моя встреча с Шармелькой. Славным пушистиком.

И все же, непонятно. Нафига нужны эти странные пеленки у меня в ящике??? И хорошо, что есть пространственный мешок со средствами гигиены. А то чтобы я делала? Вот пеленки бы эти только использовала. Но у них явно какой другой тайный смысл, потому что тут одни мужики, у которых не бывает такой радости.

Как же есть хочется. Когда там ужин-то. Может пойти консерву схомячить? В животе согласно булькнуло. Главное – я и моя одежда, наконец-то чистые.

Пока мысли ленивым калейдоскопом кружились в моей голове, незаметно пришло время ужина. За нами опять зашел тот-же самый офицер-куратор и приказал следовать за ним. Неорганизованной толпой мы резво потопали на ужин. Шли до столовой минут пять. Отдельно стоящее здание, разделенное на две части. В одной готовят еду повара, в другой мы едим. Помещение, в котором мы оказались было так же из дерева. Около пятидесяти столов, рассчитанных на шесть человек. В начале столовой длинная стойка, за которой повара раздают еду. Пустые подносы и груды чистой, похоже, алюминиевой, посуды в начале стойки. Я первая взяла поднос с посудой и подошла к поварам. Мне положили две поварешки зеленой каши, и макароны с мясом и чем-то белым. Налили полный стакан компота. И выдали два кусочка хлеба.

Я расположилась со всем этим богатством за одним из столиков, поближе к выходу. Будем пробовать местную баланду. Дожилась. Есть ведь у нас поговорка: от сумы и тюрьмы не зарекайся. Видать правдивая… Попробовала зеленую штуку. Ну… ожидала, что будет намного хуже. По вкусу похоже на овощной суп пюре с добавлением чего-то еще. Внезапно, ко мне подошел паренек, который вступился за меня.

– Можно? – С опаской глядя на меня, спросил он.

– Ну садись.

– Я Ронен из Веснянки. Можно просто Рон. Мы крестьяне. Когда меня поймали, то надели рабский браслет. Это случилось вчера вечером, когда я шел с ярмарки из города в нашу деревню, – рассказал он мне свою историю, при этом глядя исключительно вниз, а потом добавил: – Эта школа смертников. Отсюда не возвращаются. И сбежать невозможно. Кто ты? – И затравленно посмотрел на меня.

– Я Ланс. Меня воспитал отшельник, который недавно умер, – я ненадолго замолчала, доедая суп-пюре, потом продолжила: – Про то, что невозможно сбежать и выжить…. Возможно все. Я лично слышал, что выжить можно. Хотя и очень сложно. Если выживаешь три раза – становишься свободным и с деньгами. Если пять раз – дают дворянство и землю. Из последней вылазки выжило два человека из сотни. Так что, теоретически, выжить и стать свободным – реально. Хотя и, я повторюсь, очень сложно. Для повышения наших шансов нас будут обучать. Хочешь выжить – учись как можно больше и усерднее.

– Даже если про награду и правда, никто не может пережить ни одной встречи с тенями. Нас, смертников, готовят просто им на съедение. Пока они нас будут есть – маги готовят плетение, которое уничтожает теней.

– Я, когда лежал в лазарете, лично слышал разговор старших офицеров.

– Эх. Мне бы просто освободиться и вернуться домой, – грустно, но все же с надеждой и понятной тоской, произнес Рон, – Слушай! А ты, ведь, младше меня, а дерешься странно так и ведешь себя как взрослый опытный воин. Сколько тебе лет? – Вот этим молодежь и отличается от старшего поколения. Дай надежду – и вот уже интерес к жизни и неуемное любопытство. И никакой обреченности и затравленности. И что ему ответить? Не поверит ведь.

– Мне тридцать шесть.

– Не может быть! На вид тебе лет восемнадцать-двадцать! Наверное, у тебя в роду были эльфы или драконы? А мне двадцать два, – тяжело вздохнул Рон. Да, брат, молодость – это недостаток, который увы очень быстро лечится временем.

– Может быть и были, – пожала плечами я, – Ешь давай. Приятного аппетита.

Макароны были вкусные. Белое в них, похоже на сыр. Я доела все, даже хлеб с компотом съела, как и мой собеседник. Глядя на остальных, мы убрали подносы с грязной посудой к стойке со специальным окошком и вышли на улицу. Наконец-то можно спокойно оглядеться.

Лагерь состоял из пяти бараков по типу нашего и нескольких административных корпусов. Здания располагались посередине лагеря. Каждый из бараков включал десять комнат вместимостью двадцать пять-тридцать человек в каждой и одну такую же большую душевую. За бараками стояли туалетные будки – сортиры. Вот так глядишь, научусь по фене ботать, я мысленно усмехнулась. Аналитик бизнес-процессов, два высших образования.

Административный комплекс включал в себя администрацию, склад, больничный корпус и столовая. С другой стороны лагеря располагались тренировочные площадки. Некоторые площадки были как обычный стадион, некоторые содержали разные интересности. Я так понимаю, тренажеры и другие тренировочные комплексы, совершенно непонятные.

Я села на корточки возле нашей казармы. До отбоя осталось меньше пары часов. Рон, видимо понял, что мне надо побыть одной, ушел бродить по лагерю. День был по-весеннему солнечным. Вот еще бы одуванчиков сюда, и совсем бы весна как у нас была бы. Странное дело, я ни разу в этом больном мире не видела полевых цветов. Попыталась слиться с миром, как это делала дома. Эмоций никаких. Мир глух или уже мертв… Что ж, жаль конечно, но мне надо почувствовать радость и гармонию. Вспомнила дом Бабушки и дедушки в деревне, завалинку у окошка в саду, как мы сидели там. И как точно так же, как и здесь, весной припекало солнышко, и пчелы жужжали, летая по ярким одуванчикам, молодая зелень, присущая только красавице весне… И все было такое яркое и светлое… и вот это все теперь здесь, со мной. В этом мире. Раз он пустой и без души – будем наполнять его сами. Я улыбнулась своим мыслям и местному солнцу. На душе наступило умиротворение. Хорошо!

До отбоя осталось полчаса, и я направилась к своему топчану. Все пустые места уже были заняты. Вероятно, пока я отдыхала после ужина, оставшихся неудачников успели расселить. Думаю, в скором времени мой отдых закончится.

Глава 3. Новые учителя

Утро началось внезапно в семь утра. Наш куратор распахнул дверь и гаркнул так, что у меня чуть перепонки не лопнули.

– Подъем! Через две минуты построение на площади перед администрацией. Кто опоздает – две недели исправительных работ после тренировок!

С трудом представляю, что это такое. Но уверена, что мне точно не понравится. Хорошо, что я у двери и сплю в одежде. Быстро надеть свои прежние носки, сапоги и выбежать на улицу. Странно, что носки нам не выдали. Кирзовые сапоги на голые ноги – это ж пипец будет! Раннее утро, свежо. С наслаждением вдохнула сырой прохладный воздух. И побежала к администрации. Там собралось уже много народу. Решила встать поближе, чтоб лучше слышно было. Через мгновение площадь наполнилась народом. Из администрации вышли несколько мужчин. Один из них щелкнул по амулету у себя на груди и над нами раздался его голос.

– Приветствую вас, будущие солдаты и защитники! Многие из вас догадываются, зачем вы здесь и что вам предстоит. Тем не менее, я уполномочен довести до всех вас соответствующую информацию. Наше государство ведет войну на два фронта – это орки и тени. Про орков, думаю, все ясно. Расскажу о тенях. Все чаще стали открываться врата потустороннего мира, из которых рвутся тени. Тени – это неопознанные субстанции, выпивающие жизнь. По сути, прикосновение тени приводит к полному истощению жизненной энергии, сопровождающемуся мгновенным старением телесной оболочки. После прикосновения тени остается лишь прах. Единственное возможное оружие – это заклинание, основанное на четырех стихиях. Чтобы маги смогли его сплести, необходимо время, которое обеспечите нам вы. Смертники. Вы все, приговоренные к смертной казни и выброшенные на произвол судьбы рабы. Но повелитель решил предоставить вам еще один шанс. Вы сможете выйти из этих стен свободными и богатыми, если сможете выдержать три прорыва. Если удастся выдержать пять прорывов – Повелитель наградит вас титулом барона и выделит во владение сто гектар земли с освобождением от налогов на десять лет. Что вас ожидает – подробнее расскажет начальник этого лагеря.