Измерение магии: по следам пересеченных гор (СИ) - Власов Алексей - Страница 9

Вставай! Я сам себя подсознательно заставлял выжить. Что-то внутри меня еще горело и хотело бороться.

Не поднимаясь, начал ползти. Сил совсем не было, еще вот-вот и отключит. С горем пополам заполз вглубь этой сраной пещеры и выключился.

— Эй, проснись! — где-то там далеко я услышал знакомый голос. — Да проснись ты уже, блин! Ты собираешься вставать? — мучительно кто-то продолжал меня звать.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Я чуть приоткрыл глаза и увидел как яркий луч солнца осветил деревянную комнату. Видел я лишь только одну стену из-за того, что мою обзорность закрывало одеяло. Этой ночью было достаточно холодно и я укрылся под одеялом почти вместе с головой. Тяжелое пуховое одеяло так уютно прижало меня, что совсем не хочется оттуда выбираться.

— Изяслав, вставай уже, времени не так много. — продолжал противно ныть Велимир.

Я лёг на спину, стянул с себя чуть одеяло. И продолжил, рассматривать потолок. Ничего примечательного в этом доме не было, просто обычная деревянная постройка из бруса. На потолке висела люстра с разными завитками, которую не протирали уж точно полвека. Кружевная, белоснежная штора висела до самого пола, чуть прикрывая собой комнатные растения.

Стоп, это уже было. Велимир стоял с бутылкой воды, живой. Это был сон? Если это и так, то очень хреновый сон. Ладно, сон это всего лишь сон. И так продолжался мой день с точным таким же поэтапным жизненным циклом, как во сне.

До момента пока мы не очутились у той самой первой пещеры. Где снова увидел смерть своих товарищей, но теперь от обрушения пещеры. Мне придавило камнем ноги, я медленно истекал кровью. Было ужасно холодно и страшно наблюдать за остатками от моих друзей. Теряю сознание. Снова тишина и темнота.

— Эй, проснись! — где-то там далеко я услышал знакомый голос. — Да проснись ты уже, блин! Ты собираешься вставать? — мучительно кто-то продолжал меня звать.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Я чуть приоткрыл глаза и увидел как яркий луч солнца осветил деревянную комнату. Видел я лишь только одну стену из-за того, что мою обзорность закрывало одеяло. Подскочил в холодном поту, всматриваясь в длинного.

— Все хорошо? — поинтересовался он убирая бутылку за спину.

— Дай воды.

— Откуда ты...

— Дай мне эту чертову воду, — закричал я, протягивая руку.

Надо срочно что-то менять, мы не едем в эту чертову гору, нет!

Дальше утро шло точно так же как и раньше, но в один момент когда приехала машина, поговорив с водителем, попросил его отвести нас в аэропорт. При этом молчать о том, что мы едем именно туда. Пока они сами не додумались, что что-то не так. Начали спорить. Проезжая мост, машину резко развернуло на большой скорости вправо. Подпрыгнув о бетонную конструкцию, пролетели перила, полетев в бушующую реку. Жесткий удар об воду, разбил лобовое стекло, в салон начала заливаться вода, тянув нас на дно. Ледяная вода ударила в грудь, потерял дыхание. А потом и вовсе захлебнулся ей.

— Эй, проснись! — где-то там далеко я услышал знакомый голос.

— Да хватит уже — закричал, не открыв еще глаза.

— Что хватит?

— Прости, — чуть успокоившись, проговорил. — Страшный сон приснился.

— Не тот самый, где мы все погибли по твоей вине?

Я резко вскочил и посмотрел на него. Его лицо начало меняться. Появлялись не свежие, рваные раны, текла кровь. Он смотрел на меня и улыбался. В комнату зашел Богдан, в его из его груди торчал гарпун, текла кровь.

— Я просто сплю, — закрыв глаза руками, проговорил про себя.

— Зачем? — снова услышал этот вопрос от Богдана. Они оба засмеялись.

— Что хоть, зачем? Что за зачем? — снова закричал.

— Тихо ты, — обеспокоенно подбежал ко мне длинный. — Ты точно нормально себя чувствуешь?

Я опустил руки и посмотрел на него, он был обычным. Как это тупо не казалось. Что это, снова сон с известной кончиной? Или же теперь реальность?

— Ау, — обеспокоенно, немного трепал.

— Мне не хорошо, давайте откажемся от восхождения, — тяжело проговорил. Меня колотило по страшному, мурашки бегали по всему телу.

— Так, ложись, поспи еще, — начал укладывать он меня.

— Не не не, — истерично отбил его руки.

— Ладно, хорошо, не трогаю, — убирая руки сказал он.

— Чай, пожалуйста, заварите.

— Хорошо, тебя можно одного оставить?

— Да.

Он покинул комнату, я пару раз ущипнул себя проверяя сплю ли я. После чего отправился на кухню, где обеспокоенно ждали ребята.

Пока я пил чай, а они ели, решил рассказать им всю дичь, что происходило во сне. Они очень внимательно слушали и не проронили ни слова.

— Давайте собираться, да поехали отсюда, — сказал Богдан посматривая на трясущегося меня.

— Спасибо, — вымолвил тихо, ставя кружку на стол.

Собрались и выехали из этого городка, спокойно проехав тот самый мост. Мое сердце в тот момент очень быстро билось, а ребята видели мою реакцию. И пытались всячески отвлечь. Сели благополучно на самолет и полетели домой, первым же рейсом.

Прилетев в свой родной город, я начал успокаиваться и дал себе расслабиться. Это был всего лишь сон, ничего более. Все это время в дороге, я старался не спать, боясь снова очутиться в той страшной временной петле. Но атмосфера родного города сильно успокаивала. Я дал себе слабину и уснул.

— Эй, проснись! — где-то там далеко я услышал знакомый голос.

Вскочил в холодном поту, осматриваясь по сторонам. Моя комната, это моя комната в квартире. Рядом сидела сестра и встревоженно смотрела на меня:

— Все хорошо?

— Да, прости, что напугал, — извинился, втягивая носом очень знакомый запах.

— Уже утро, блинчики остынут, вставай завтракать, — она встала и пошла на кухню не закрывая дверь за собой.

Я спал одетый, вонючий, убитый. Но волшебные блинчики моей сестры спасут меня угнетающего состояния.

Придя на кухню, сел напротив нее и спросил:

— Сколько я спал?

— Ребята тебя принесли вечером, сказали, что с тобой все хорошо, просто ты себя очень плохо чувствуешь и не спал нормально, — рассказывала, мокнув блин в банку сгущенки.

— Понял, хорошо, — ответил и закинул первый блин к себе в рот.

Позавтракав, пошел в свою комнату разбирать вещи. Надо было привести себя в порядок. Ребята чуть позже написали сообщение, где спрашивали мое самочувствие и предложили встретиться возле метро. По их словам мне надо было развеяться, чтоб те кошмары вышли из меня не оставляя следа.

На улице было достаточно морозно, я укутался в шарф и направился пешком до станции. Совсем непримечательный город, со своей внутренней суетой. Грязный снег от дорог, местами большие сугробы, кашеобразные тропинки, раскидан мусор, зато дома красивые, цветные и не высокие. Но пускай этот срач и выглядел нелепо разрушая вид города. По крайней мере мне здесь было намного уютнее, чем где-либо.

Ребят я увидел еще издалека, один длинный и здоровый, второй в оранжевой куртке. Подойдя к ним:

— Куда мы?

— Поехали съездим в кино, он платит, — улыбаясь проговорил Богдан, показывая на друга.

— Эй, чего я? — недовольно глянул он.

— Кто предложил, тот и платит, — ответил ему почесывая репу тощий.

Велимир просто молча кивнул и посмотрел на меня:

— Ты как?

— Да нормально я, не волнуйтесь.

— Больно ты нам нужен, волноваться за него, — стукнув Велимира, чуть с усмешкой проговорил Богдан.

— Спасибо, — понимая его шутку, совершенно спокойно проговорил я. Ведь я понимаю, что ребята отказались от мечты к которой мы уже очень давно стремимся. И вот так просто отказываться от нее, из-за каких-то тупых снов, ну такое.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Ну что, погнали, — одушевившись и разбив всеобщую паузу, чуть толкнул меня Богдан и направился вниз по лестнице.

Направились за ним, вышли на главный холл с большим количеством людей. Отсюда в разные направления шли коридоры, в каждом своя ветка со своим названием. Уже был слышан шум приближающегося в какой-то из веток, электрички. Достаточно громкое место, все куда-то спешили.

Наша платформа называлась «Доброчерская», а ехать с нее нам минут двадцать от силы, почти в другой конец города. Подходя к ней, нас встретили доблестные охранники. Прошли под рамкой металлоискателя и пошли оплачивать проход в электричку. Довольно тусклое место, в высоту два метра проклеена разного рода плиткой, создавая как на полу, так и на стенах разные разноцветные завитушки. Потолок был белый, с него свисали пыльные, винтажные люстры, с очень тусклым, желтым светом освещавшим пространство над ним.