"Фантастика 2024-13". Компиляция. Книги 1-19 (СИ) - Хай Алекс - Страница 983

— Тоже боящаяся раскрытия секретов? Поэтому у Шерлока Холмса не было ни жены, ни любовницы, а только доктор Ватсон. Милая, ты сильно преувеличиваешь мои таланты, я в самом начале карьеры. Но хорошо, что предупредила — не торопиться звать замуж.

Легонько взяв Ингу за плечи, он столь же легко её поцеловал, стремясь не размазать помаду. Она не противилась, но и не отвечала. А ведь ещё суток не прошло, как была самим воплощением разнузданной страсти. Сегодня даже коньяку не предложила.

Зато повезло в другом. Сазонов, ранее привязанный к кабинету словно пёс цепью, не ответил на звонок, ни на сделанный сразу после ухода от Инги, ни около столовой, где кормили за динамовские талоны. По резервному номеру ответили: сегодня не будет в управлении.

В общежитии почти сразу встретил Настю и Варю, о чём-то судачивших в коридоре. Первая радостно выбросила руку с пятернёй — сдала на «отлично». Вторая выглядела не так уверенно и стояла в зимнем пальто.

— Варя, а ты?

— Только иду сдавать. У нашей группы с Ядей и Марылей вторая смена.

— Всё будет хорошо.

— Будет. Но у нас не столько времени было на подготовку.

Как только та скрылась за поворотом, Настя буквально бросилась на Егора и привычно повисла у него на шее.

— Не занят? Пошли — отметим!

— Сейчас. Только разденусь в комнате.

— У меня сбросишь куртку, потом заберёшь.

Пока поднимались, он спросил:

— Варя до сих пор досадует?

— Среди девушек всегда присутствует зависть. У кого лучше парень, ярче косметика, моднее шмотки. Мы говорим гадости за спиной у подружек, часто ссоримся. А потом обнимаемся и снова живём дружно. Но не долго, до следующего повода для зависти или ревности. В нашем террариуме не заскучаешь! — в комнате она сообщила «главную новость»: красные дни ещё не начались.

Они отметили экзамен.

Лёжа рядом с Настей, отдававшейся душевно, но безыскусно, Егор пытался понять и разобраться в себе — что ему важнее. Инга обслужила с искусством профессиональной гетеры, Настю такому научить сложно. Вообще, сравнивать их несправедливо. При любом раскладе Настя по-человечески точно лучше и порядочнее. Какие у неё были приключения с парнями до, он не спрашивал. Не поддерживал разговор, если девушка сама скатывалась к скользкой теме. Можно быть уверенным: там не было женатого папика, взявшего юную любовницу на содержание.

Инга не только спит за деньги. Она помогает дельцу в незаконных операциях. Конечно, с точки зрения россиянина 2000-х годов частное предпринимательство — никакое не преступление, а нормальный бизнес. Но здесь оно вне закона. Инге плевать. Руку на отсечение, если бы Бекетов торговал наркотой, она точно также собирала бы его в командировку и встречала.

Напраздновавшись досыта с Настей, Егор спустился, наконец, к себе. И вновь начал самокопание.

Изменять Насте нехорошо. Подло. Она не заслуживает такого отношения, факт. Старается изо всех сил. Практически дарит себя без остатка, чего не скажешь о другой.

И в то же время в Инге есть нечто особо притягательное, в чём-то порочно-отталкивающее и в то же время необоримое. Она красивее, разнузданнее, с развитыми формами. Если снова представится случай вступить в «интимно-деловую связь», Егор, скорее всего, уступит вожделению и будет мечтать о следующей возможности.

Прав был доцент Афанасий Петрович, втравивший в поход по библиотечному подземелью! Пока поступками руководят гормоны, бедствия на женской почве не закончатся. Препод обещал, что лет через сорок мысли о бабах никуда не исчезнут, но будут вызывать раздражение, а не похоть.

Сейчас раздражение вызывалось собственной нерешительностью.

Егор понимал, что не нашёл ещё «свою». Сочетающую мягкость и участливость Насти с сексуальностью Инги. Возможно, никогда не найдёт и со временем успокоится, избрав компромиссный вариант. Пока что не получилось.

Глава 16

Поездка студентов куда-либо компанией непременно сопровождалась болтовнёй, шуточками. Если ехать долго, скидывались на пиво или даже беленькую.

В «Волге» Госбезопасности разговор на темы отвлечённые затихал буквально на второй-третьей фразе, о деле вообще не вспоминали. Помощник Сазонова, откликавшийся на Аркадия Леонтьевича, периодически поглядывал на шефа и, не получив новых указаний, продолжал молча крутить баранку.

Сам подполковник проявил разговорчивость единственный раз, и то — пока не выехали из города. Он взял телефонную трубку и куда-то позвонил прямо из машины, уточнив, всё ли готово в Лепеле.

Мобильный телефон, даже размером с авто, в 1982 году был крутизной немереной.

Егор с Лёхой сидели сзади и впечатлялись оказанной им честью. Опер, перед тем как садились в машину, бросил напарнику единственное слово «ох…еть», студент мучился догадками, для чего целому заместителю начальника 2-го управления КГБ БССР, такая должность у Сазонова, лично выезжать на район для проверки второстепенной версии.

Через два с лишним часа езды по скользкой дороге «Волга» притормозила у РОВД. В коридоре Лёху ждала бурная встреча.

— С эскортом, водителем и личной охраной? Растёшь, брат.

Санька Майсевич, окончивший Академию на год раньше, с которым миллион раз колотили друг другу физиономии в спортзале, стиснул Лёху в объятиях, а Егор с некоторым злорадством заметил мину гэбешного подполковника, услышавшего, что его приняли за эскорт милицейского лейтенанта.

Около минуты заняли традиционные: «Ты как? — А сам как?» — и расспросы об общих знакомых. Потом Санька переключился на дело.

— Историю этой Юли Старосельцевой я помню. Мордаха как картинка, её весь Лепель знал. А вернулась из Минска изменившаяся, с дитём, как говорят старики, в подоле. Резкая такая стала, заносчивая даже. А с чего заноситься? Деньги какие-то привезла, тряпьё чемоданами, но кончилось всё. В школу простой учительницей вышла… К ней тут многие клеились. Думали, с ребёнком на руках будет поотзывчивее, что уж носом крутить, а она — от винта.

Вихрастый и конопатый Санька произнёс это «от винта» с некоторым огорчением, выдавшим печальное обстоятельство: он тоже в команде отшитых, хоть по районным меркам был совсем неплох внешне и перспективен как жених.

— Родственников её привезли?

— Сидят у меня в кабинете, — Санька как раз подвёл приезжих к двери с несколькими фамилиями на табличке и его в том числе. — Мать погибшей с мелким на руках и младший брат. Старший год как в Россию уехал, он точно не при делах.

Опер хотел открыть дверь своего кабинета, но Лёха его придержал.

— А кто при делах? Вроде ж суицид, утопление. Уголовное дело не возбуждалось, так?

— Не возбуждалось… Но стоило. Сейчас материалы проверки прочтёшь, с людьми погутарим, всё сам увидишь. Пошли!

Женщина сорока пяти лет по документам и пятидесяти пяти, а то и шестидесяти по виду, держала на коленях ребёнка в ярком синем комбинезончике, пресекая его попытки вырваться на волю. «Ён — усё, шо засталося ад маёй донi…»

Младший брат усопшей, таких обычно дразнят «ботаниками», едва начал говорить, как мать его одёрнула не трепать лишнего. Явно боялась потерять сына, как и дочь. Саня тут же выпроводил женщину в коридор.

— Вижу, у вас самая настоящая Сицилия с омертой, — покачал головой Сазонов. — Кого же она опасается?

— Есть тут такой Сёма, местный пахан, — Майсевич, наоборот, ничего не хотел скрывать от минчан. — Со всем начальством на короткой ноге, с нашим милицейским — тоже. У него хутор на озере. Перестроен в мини-гостиницу. Берёт дорого, но обслуживает хорошо. Рыбалка, шашлыки, бухло. Подозреваю — и травка. Когда мальчики устают, девочек им подгоняет по сходной цене — отдохнуть. И так уже больше десяти лет.

Егор даже головой тряхнул, прогоняя наваждение. Во как, Нарочь 2022 года мало отличается от Лепеля в 1982 году. А с виду всё так пристойно…

— Стабильность — признак мастерства, — согласился подполковник. — Скажите, молодой человек, вы подозреваете этого Сёму в попытке вовлечения вашей сестры в проституцию и в убийстве?