"Фантастика 2024-13". Компиляция. Книги 1-19 (СИ) - Хай Алекс - Страница 1031

Она взяла в руки солонку и принялась вертеть её в пальцах.

— Думаю, ты понял. Я забивалась в раковину. Поставила себе цель быть высокооплачиваемой содержанкой богатого мужика и зареклась оглядываться по сторонам.

— А я заставил оглянуться.

— За что тебе благодарна. Ты нашёл другой путь, где мне не обязательно торговать телом и одеваться на работу как на панель. Шанс быть обнаруженной трупом — тоже куда меньше.

— Не стоит благодарности.

— Но что касается политики… Мне удобнее делать вид, что я верю судьбоносным решениям ЦК КПСС, как в детстве верила словам матери. Хоть понимаю, что все эти кремлёвские дедушки вряд ли сумеют придумать что-то толковое.

— Дорогая! На тысячах минских кухонь сейчас обсуждается большая политика, и ни одна кухня не в состоянии что-то сдвинуть даже на миллиметр. Более того, в жизни обитателей кухонь ничего не меняется. Но начнутся перемены, которые коснутся всех нас. Ты тоже не сможешь остаться в раковине, когда её будет кидать по штормовым волнам.

— Что же делать?

— Пока — ничего. Готовиться морально. Зарабатывать деньги, до конца года не думаю, что произойдут крупные перемены. Но… Готов поспорить, Кабушкина намеревается за год-два заработать на всю оставшуюся жизнь. Кто у неё муж?

— Стоматолог.

— Если хватит мозгов, вложит бумажки в золото, а потом муж прокрутит золото через протезы. Пока они не выйдут из моды. Обрати внимание на американские и французские фильмы, никто золотыми фиксами как Прокофьевна не блестит. В общем, деньги нужно вкладывать с умом. Иначе превратятся в фантики.

— Ты же в машину собрался вложиться?

— Машина — это траты, а не вложение. Транспортное средство. Расходный материал. Вот недвижимость, драгметаллы, валюта… Нет, валюта тоже не вариант. Доллар постепенно дешевеет.

Она подпёрла лицо руками.

— Похоже, я опоздала родиться. В семидесятые было спокойно. Стабильнее.

— Или поторопилась. Родилась бы при капитализме. В общем, пока что мы с тобой распорядились ситуацией наилучшим образом.

Он снова поднялся и, как нетрудно было предсказать, подвергся атаке. Ненавязчивой. Даже не стал особо сопротивляться, наоборот — обнял.

— Эля! Дорогая моя! Подумай своей не только красивой, но и умной головкой. Если у нас начнётся роман, а мне очень сложно сохранять дистанцию, самого к тебе влечёт безумно, то я не смогу принимать решения с трезвой головой. Но должен контролировать ситуацию, коль сам тебя втянул в дело, и даже не важно — ты одна, со мной или даже с кем-то. Конечно, если с кем-то, даже с Лёхой… — девушка возмущённо фыркнула, но он продолжил: — Тогда буду ревновать. Гастроли с «Песнярами» — дело случая. Раза два, может — три. Они в музыке глыбы, я — прыщ на ровном месте. К тому же режим два дня дома — восемь в поездках, он не по мне. Летом ещё военные сборы после пятого курса. К осени прочно осяду в Минске. Вот тогда… Не знаю, что тогда. Посмотрим. Прости, что не вешаю сладкую лапшу на уши и говорю правду.

— Хорошо. Ступай.

— Скоро загляну. Нужна приличная куртка на демисезон, пара свитеров, обувь. Пора чуть прибарахлиться.

Если бы Настя видела, как они расставались, лопнула бы от злости.

По дороге домой он вдруг подумал: а если отмотать назад, и перед ним бы стоял выбор: Инга или Настя? Тот выбор Инга сделала сама, он оказался трагическим, но вот если… Голос разума рогами и копытами проголосовал бы за Настю или, на худой конец, подсказал поискать другой вариант. А голос тела напоминал, что в погибшей девушке была какая-то особая порочная привлекательность, будившая первобытные чувства, и ей противостоять очень трудно. Наверно, он и не пытался бы.

В жизни столько противоречий!

Егор видел воочию, насколько коррупция разъедает поздний СССР. А сам запросто вписался в правила игры и вовсю пользовался возможностями. Щелчком пальцев организовал водительские права и медсправку. Выстроил прикрытие «Верасу», обеспечив себя заработком куда большим, чем любой из одногодков-выпускников юрфака. Фактически усилил этот же коррупционный механизм.

Коррупция скоро развалит страну, уничтожит всё лучшее, что в ней есть от «развитого социализма».

Что может сделать один Егор, если даже решится плыть против течения? Ничего. Именно потому и рухнул Советский Союз, что каждый считал: лично от меня ничего не зависит.

Но можно сделать мелкие полезные дела. Выяснить, например, что же творится в «Песнярах», как погиб помощник звукорежиссёра.

Если бы каждый на своём месте делал это «хоть что-то», то СССР просуществовал бы ещё десятилетия.

К постановлению об отказе в возбуждении уголовного дела по факту убийства Дениса Сафронова было подколото всего несколько бумаг, присланных в Минск в виде копий. Протокол вскрытия, заключение, что смерть наступила в результате асфиксии вследствие заполнения дыхательных путей рвотными массами, два объяснения: Серёгина и Волобуева.

— Николай, самое интересное содержится в протоколе осмотра места происшествия. Читали внимательно?

— Бегло. Получили только утром.

Егор сложил бумаги на панель под ветровым стеклом «Волги», оставив себе протокол.

— В вещах покойного найдены следы белого порошка. Как вы думаете, когда свободно доступен болгарский «Поморин» или советская зубная паста «Клубничная», кто будет покупать зубной порошок? Или крошить мел на одежду в своём чемодане.

Даже в полумраке салона «Волги» стало заметно, что Образцов побледнел.

— Ты намекаешь, что это — наркотик?

— С большой степенью вероятности. Но где его вещи? Где одежда? Где тело?

— Тело кремировано там же в Горьком, для удобства перевозки в виде урны. Одежда возвращена родственникам. В каком виде, постирана ли, выброшена, не знаю, сегодня выясним.

— Николай, это очень плохо?

— Хуже не бывает. Ну, если только Мулявин крикнет в микрофон в Лужниках «долой КПСС».

— Почему?

— Любой человек под наркотическим воздействием может крикнуть что угодно и где угодно. Если не разберёмся с наркотиками до отлёта в Мехико, никаких гастролей не будет.

— Быстро не обещаю. Мне нужно внедриться в коллектив, стать своим. Простите, спешу к «Песнярам».

Глава 12

В четверг назначили прослушивание песен нового репертуара, комиссия, худсовет. Явилось руководство филармонии, чины из Министерства культуры и горкома КПБ. Дёмин показал Егору на Волобуева, официально — заместителя художественного руководителя ансамбля.

— Вот наш Пиночет. Доморощенный. Умеет только морду надувать и покрикивать. Да стращать: «вы ещё узнаете у меня», «на гастроли дальше Бреста не уедете». Вдохновляет, короче.

За полчаса до появления высокопосаженных гостей репетировали новые вещи. Егор попросил в виде эксперимента «Русский лес» сыграть с оригинальной мелодией «Скорпов», подговорил бас-гитариста и ударника. Сам вывел гейн на микшерском пульте почти на максимум. Тронул струны, «Музима» отозвалась, реагируя на прикосновение владельца как верный пёс на хозяина. В том месте, где в оригинальной композиции Still Loving You звучит мощное If we'd go again аll the way from the start, врубил футсвичем овердрайв[31]. Гитара взревела, поддержанная тяжёлым басом и ударными.

— Стоп-стоп! — замахал руками Мулявин, звукач по его сигналу отключил усиление. — Этот вариант играем только на концертах. Егор! Ты с ума сошёл? Придёт комиссия, нас зарежут без ножа. Тяжёлый рок — реакционная буржуазная музыка. Бас-гитару используем минимально. Ударные — тоже минимум, из них больше тарелочки. Все по местам, начинаем.

Начали. Длинный проигрыш на двух гитарах.

— Лес… Русский лес… — очень высоко затянул Пеня, к пятой строчке подключился Кашепаров, подыгрывая на баяне. Берштейн боязливо прикоснулся к струнам бас-гитары, её вообще почти не было слышно. Демешко стучал по тарелочкам. Там, где у «Скорпионс» звук взлетал до форте, Пеню голосами поддержали Мулявин и Дайнеко. Примерно то же самое случилось и с суровой песней «Комбат». Чтобы пропустил худсовет, «Песняры» переделали её, добавив длинное лирическое вступление. Потом якобы грохнула пушка, возвещавшая переход от мира к войне, чтоб милитари-текст звучал логично, после её выстрела вступали сразу четыре тенора. Они могли спеть низко, но Мулявин велел тянуть вверх на манер «Молодость моя, Белоруссия». Саркастичный Дёмин называл это «хором мальчиков-зайчиков», а Владимир Георгиевич обещал разрешить на концертах нормальную рок-версию.