Чужие звезды (СИ) - Дорн Неждана - Страница 17

— Папа говорит, что я должна социализироваться! — объясняет Нея. — То есть, приспособиться к этому миру, научиться жить среди злых и бесстыжих людей. Конкурировать с ними. Как он выражается, не стесняться идти по головам! Но я знаю, что у меня так никогда не получится.

Глава 22

Почему-то мне никак не удаётся отделаться от мыслей о тен Наро. Он мне даже однажды приснился. Меня гложет чувство вины и беспокойство о нём, и я прошу Бога защитить его от всякого зла. А ещё мне хочется надеяться, что я больше никогда не буду взламывать чужие аккаунты.

Я стараюсь отвлечься от неприятных переживаний с помощью интересных для меня занятий. Например, я хочу по-настоящему познакомиться со здешней музыкой, созданной после разделения арья. Какие-то сведения, конечно, доходят до Нового Айрина, но я желаю получить полную картину. Я радуюсь, когда Марк все-таки разрешает мне пойти в здешнюю консерваторию.

Тен Марн знакомят меня с несколькими преподавателями оттуда. Мне составляют индивидуальный план аттестаций, и я определяюсь с дисциплинами, которые буду посещать и изучать. С одной стороны, я очень довольна, с другой, все это кажется мне слегка противоестественным, как будто бы я начинаю врастать корнями в чуждую почву.

Тем временем Айли изучает, наконец, всё то, о чем мы с ней договорились, и я говорю Дине, что надо бы заказать ей обруч для управления флаером. Такие вещи делаются индивидуально для каждого человека, после того, как специальный аппарат зафиксирует некоторые анатомические особенности и параметры работы его мозга. Дина относится к этой идее с некоторым сомнением, но ее дочь мастерски умеет добиваться желаемого.

И вот Айли, держа в руках обруч, садится в кресло пилота. Собственно, таковых во флаере два — те, что находятся впереди. И даже имеется режим совместного пилотирования, при котором отдавать команды могут оба пилота, но у одного они приоритетны. Это обычно используется при обучении.

— Смотри, Айли, между креслами что-то типа широкого подлокотника. Здесь находится инт флаера, который связывается с твоим обручем для управления, а также с твоим личным интом.

— Как всё-таки странно управлять без руля! — комментирует она.

Действительно, перед пилотскими креслами нет вообще ничего. Зато вся передняя часть корпуса представляет собой экран, отображающий то, что находится снаружи. Поэтому она кажется прозрачной, когда сидишь внутри флаера.

— Руль и прочие вещи были бы здесь абсолютно бесполезными, — объясняю я. — Это все-таки не мобиль. Движение в трехмерности, совсем иные скорости. Человеческий мозг просто не успевает. Поэтому управляет инт. А человек лишь дает команды. Мысленно, чтобы не терять времени на передачу сигнала от мозга к руке, которая куда-то будет нажимать или что-то поворачивать.

— А если я что-то сделаю неправильно?

— Пока я сижу рядом с тобой, я просто отправлю нужную команду, сейчас мои команды инт считает более важными, чем твои.

Я объясняю Айли, как сформулировать мыслеобраз подъема вверх и прошу её надеть обруч:

— Давай!

Флаер рывком поднимается вверх и зависает в воздухе.

— Всё правильно, теперь поднимись повыше!

Затем мы тренируем спуск вниз и посадку. Убедившись, что у нее все получается, я говорю:

— Теперь надо довести эти навыки до автоматизма, когда ты думаешь, а флаер тотчас поднимается и опускается!

Я объясняю, как выводить на экран, в ту его область, на которую удобно направлять взгляд, разные данные типа высоты, скорости, характеристик маршрута.

— Потихоньку меняй высоту спуска и подъема, это все надо почувствовать! Это займет несколько часов, но дальше, с другими командами дело пойдет всё быстрее.

Я опять играю концерт у тен Марн.

— А где Винни? — спрашиваю я Лену. — Что-то давно ее не видно.

— Она учится сейчас на профессиональных курсах. Мы все-таки купили ей школьный сертификат. Думаю, из нее получится вырастить прекрасного специалиста для нашей корпорации. Она такая талантливая, ты даже не представляешь, что она выжимала из этих примитивных технологий, допущенных в экопоселениях! Теперь верю рассказам, что дети там зачастую получают образование не хуже, чем у аристократов.

— Да, я заметила, когда мы с ней по городу гуляли, — соглашаюсь я. — Она очень умная и разносторонне развитая.

— Ну вот мы и решили ей помочь. Она такая чистая и честная девочка! Надеюсь, через пару лет у нас будет в ее лице очень ценный и добросовестный сотрудник. Сейчас таких трудно найти.

Наши занятия планетологией продолжаются, Айли и Лея реально увлеклись этим. Я решаю слетать с ними на Лелу, не забыв пригласить и Нею. Точнее, ее зовёт Айли, я лишь подсказываю ей эту идею. Наш флаер вмещает семь человек помимо пилота, поэтому я предлагаю отправиться с нами Дине. Но она отвечает, что уже была в Лелапарке, и ей этого хватит.

Сначала мы несколько раз облетаем спутник, иногда опускаясь совсем низко. Мы сохраняем с экрана флаера огромное количество великолепных видов поверхности, рельефа и ландшафтов с голубым шаром Айрина в небе.

Затем мы отправляемся в Лелапарк, где построен специальный шлюз для небольших частных флаеров. Девочки приходят в дикий восторг от аттракционов с низкой гравитацией. Я же едва сдерживаю слёзы, потому что они напоминают мне о моей прежней жизни в родном мире. Лишь теперь я осознаю, как феерично прекрасны были те дни учебных погружений с тренировками на астероидах и спутниках планет в компании с любимыми друзьями, которым можно было доверять, зная, что они всегда помогут и поддержат. И почему я не понимала этого тогда? Ещё порой роптала из-за трудных заданий и напряженного графика. Впрочем, этим время от времени страдали все.

Мы возвращаемся домой, а Нея буквально светится от радости, что мы взяли ее с собой. Я помогаю ей сделать собственную страницу в инфосети, где она выставляет лучшие снимки с Лелы и несколько своих пейзажей.

Глава 23

Дина спрашивает, как это у меня получается столько всего успевать.

Хороший вопрос. Как бы теперь на него ответить, чтобы её не сильно обидеть?

— Понимаешь, Дина, — осторожно начинаю я, — я привыкла жить своей жизнью, а не чужой. Мне важны мои интересы и мои близкие. Мне жаль тратить драгоценное время, чтобы следить за жизнью каких-нибудь знаменитостей, которых я скорее всего никогда не увижу вживую. И уж тем более за приключениями или отношениями выдуманных персонажей. А обсуждать с кем-то героев сериалов, тех, кого на самом деле вообще нет, мне кажется совершенно абсурдным и бессмысленным занятием. В моей реальной жизни так много всего настоящего, и я даже жалею, что в сутках слишком мало часов!

— Тэми, ну надо же хоть иногда расслабиться и отвлечься! — возражает Дина. — К тому же я всё-таки не до такой степени одержима этим, как некоторые мои знакомые. Ты лучше скажи, как успевать больше!

Я советую ей записывать в течение дня всё, чем она занимается, с указанием, сколько это длится.

Она делает, как я сказала и приходит в ужас, подсчитав и проанализировав результаты:

— Я даже не подозревала, что это занимает столько времени!

Вот только менять что-либо в своей жизни она, похоже, не собирается.

После Лелы я решаю отправиться на четвертую планету системы, Легию. Почему-то все звездные системы с подходящими для жизни людей биосферными планетами имеют схожую структуру: две ближайшие к светилу планеты слишком горячие и безжизненные, третья идеальна для людей, четвертая и пятая холодноваты и тоже безжизненны, правда, иногда на четвертой обнаруживаются совсем примитивные живые организмы.

Далее идут газовые гиганты с кучей спутников, потом ледяные планеты. А среди всего этого в самых неожиданных местах обнаруживаются астероиды и кометы, зачастую с очень странными орбитами.

Легия, как и Айрин, имеет только один спутник, Тинис. Правда, он намного меньше Лелы.