Аристократ на отдыхе. Том 5 (СИ) - Рудин Алекс - Страница 54

— Почему? — не понял Илья.

— Он хотел, чтобы Трубецкой умер именно в пентаграмме. У него было всего несколько секунд.

— Зачем?

— Потому что он верил, что ритуал сработает. Он почуял в Трубецком демона и не хотел, чтобы демон ускользнул от него.

— Но ведь Трубецкой не был Одержимым!

— В том-то и дело, Илюха, — кивнул я.

Я обошел подвал. Стены были сложены из кирпича, и я внимательно вглядывался в каждый шов кладки.

почему призрак упорно оставался здесь? Если верить ректору, призрак преследовал его в парке Магической академии. Академия далеко отсюда.

Или ректор соврал?

Но как тогда быть с показаниями безумного Видящего мага из лечебницы? Он ведь тоже видел призрака в парке.

У каждого призрака есть свое место силы. Или предмет, к которому он привязан. Чем старше и сильнее призрак, тем дальше он может уходить от этого места. Но ведь не бесконечно же!

Я осмотрел одну стену и перешел к следующей.

Вот оно!

В углу я увидел очертания дверного проема, заложенного кирпичом. Кладка была старой. Но все же, выглядела новее, чем сама стена.

— Знаешь, Барон, мне как-то не по себе здесь, — откровенно признался Илья, оглядываясь по сторонам.

— Так и должно быть, — кивнул я.

Достал из кармана ключи от квартиры Киры и легонько постучал по кирпичной стене. Высохшая глина звонко откликнулась.

— Знаешь что, Илюха, — сказал я напарнику. — Иди-ка ты наверх. Выходи из подвала и закрой за собой дверь. А я посижу здесь один.

— Что ты задумал, Барон?

— Призрак боится не тебя, а меня. Это я могу его увидеть и услышать. Я могу его убить. Логично, что он мне не доверяет.

— И что ты собираешься делать?

— Доверюсь ему. Зажгу эти свечи и сяду в центре пентаграммы. Возможно, это его соблазнит.

— Мне не нравится эта идея, Барон, — нахмурился Илья. — Ты уверен, что ритуал не работает? Возможно, магия как раз завязана на кровь, а мы об этом не знаем. Ты сильно рискуешь.

— А другого способа нет, Илюха, — усмехнулся я.

На самом деле, другой способ был. Например, спалить дачу дотла, как и собирались сделать студенты. А потом разобрать стену в подвале, вскрыть тайную нишу и сжечь ее содержимое.

Но об этом способе я упоминать не стал. Сообщить призраку, что ты собираешься уничтожить его место силы — это верный способ его разозлить.

— Иди-иди, — кивнул я Илье. — И закрой дверь.

Илья неохотно поднялся по ступенькам. Я дождался, чтобы наверху хлопнула дверь. Одинокий огненный элементаль в лампе вздрогнул и забился быстрее. Наверное, у него кончались силы. Удивительно, как он вообще здесь выжил! Наверняка призрак тянул из него энергию.

Я обошел подвал, легкими прикосновениями зажигая свечи. Совсем чуть-чуть магии Огня, всего пара искорок.

Толстые фитили свечей еле слышно потрескивали. Одна свеча не хотела гореть. Она вспыхивала и гасла. Я отколупнул пальцем кусочек воска, который мешал пламени, и снова высек искру.

Как раз в тот момент, когда я зажигал пятую свечу, огненный элементаль под потолком вздохнул и погас.

У него кончились силы.

Теперь подвал освещали только желтые огоньки свечей. Сумрак отодвинулся от углов, зато сгустился посреди помещения. Неровные отсветы подрагивали на кирпичной кладке. Запахло расплавившимся воском.

Я уселся на каменный пол и обхватил колени руками.

— Степа, я знаю, что ты здесь. Я тебя не слышу, зато ты можешь слышать меня. Но если ты дашь знак, я пойму, что говорю не в пустоту.

Холодный ветерок коснулся моего затылка. Пламя свечей задрожало.

— Достаточно, — улыбнулся я. — Иначе ты погасишь свечи, и мне придется снова их зажигать. Ведь без свечей твой ритуал не сработает, верно?

Я чувствовал, что призрак стоит прямо за моей спиной. Невыносимо захотелось оглянуться, но я сдержал себя.

— Я занялся этим делом по просьбе моей девушки. Она будет защищать твоего сына. Ты знаешь, что он в тюрьме?

— Зна-а-ю, — простонал призрак.

Его голос нисколько не напоминал голос Степана. Скорее, завывание ветра, перемешанное с еле различимым шепотом.

— Ну да, — усмехнулся я. — Ты ведь навещал его в тюрьме.

— Ты не пустил меня к нему!

— А что ты хотел? — удивился я. — Ты напугал его и заставил взять вину на себя. Теперь ему грозит казнь. В лучшем случае — каторга или пожизненная лечебница.

— Спаси-и-и его!

— Это я и собираюсь сделать. Вот только мне не обойтись без твоей помощи. Да и с ней будет трудно.

Я вздохнул и потер глаза. Дрожащее пламя свечей здорово их напрягало.

— Давай начнем сначала. Это ты убил Трубецкого?

— Да-а-а…

— А зачем? Не мог просто напугать его и выгнать?

— Не-ет. Им владел демон.

Голос призрака по-прежнему был еле различим. К тому же, он постоянно тонул в шорохе и посвистывании ветра.

— Так не пойдет, Степа, — сказал я. — Я с трудом тебя слышу и совсем не вижу. Как мне убедиться, что я говорю именно с тобой?

Я почесал лоб и предложил:

— Может, отведешь меня в мир Призраков? Меня это не убьет, я уже пробовал. А у тебя будет больше сил. Может, хоть это придаст тебе смелости?

— Я видел тебя та-ам. Ты и там можешь меня убить.

— Могу, — резко сказал я.

— Я бою-у-усь.

Демоны, и этот довод не подействовал. Призрак был слишком напуган. Но я не собирался сдаваться.

— Тогда подумай вот о чем. Я не знаю, одержим ты демоном, или нет. Но имей в виду, что я могу вытащить демона из тебя и убить только его. Если ты сам этого захочешь. Понимаешь? Я могу убить демона, не убивая тебя. Ты останешься обычным призраком. Ну?

Призрак что-то торопливо забормотал.

Я вслушивался изо всех сил, но мог разобрать только отдельные слова.

— Близко… боюсь… он…

— Хватит, Степа! — нетерпеливо оборвал я этот безумный шепот. — Я не понимаю тебя. Проявись, и поговорим нормально. Обещаю, что не убью тебя. Больше мне нечем тебя убедить.

Повисла тягостная минута молчания. Призрак раздумывал, а я просто смотрел на огонек свечи и дышал.

Вдох.

Выдох.

— Хорошо-о, — вздохнул призрак.

А затем тень, на которую я смотрел, сгустилась. В ней проступили очертания прозрачной фигуры.

Призрак висел над самым полом, его ступни почти касались истертого камня.

Фигура задрожала и стала плотнее. Я разглядел курносое лицо Степана Лабуаля.

Он выглядел куда старше, чем во время нашей последней встречи и даже обзавелся аккуратной бородкой. Но я узнал знакомые вихры растрепанных волос, ввалившиеся щеки и горящие круглые глаза.

Он даже был одет в мятый лабораторный халат, на котором я заметил знакомые пятна — то ли от реактивов, то ли от еды.

А еще на халате была рваная дыра — как раз напротив сердца. По краям дыры запеклось что-то темное. Кажется, кровь.

— Здравствуй, Степа, — улыбнулся я. — Давно мы не виделись.

— Привет, Никита, — отозвался призрак.

Вот теперь я узнал и его голос.

— И стоило так долго прятаться? — усмехнулся я. — Поверь, я тебя не съем.

— Я должен был убедиться.

Призрак покачал головой.

— Если ты убьешь меня, то моего сына уже никто не спасет.

— Давай, начнем с главного, — предложил я. — Расскажи мне, как ты погиб. Тебя убил ректор Кравцов?

— Да, — кивнул Степан. — Только тогда он был моим лаборантом.

— Вы где-то раздобыли сущность наивысшего демона и решили его изучить, верно? Демон вырвался. И что случилось дальше?

— Сущность демона воплотилась в Кравцова, — вздохнул Степан. — Он набросился на меня, хотел задушить. Я вырвался и ударил его железной стойкой. Хотел ударить второй раз, но он меня опередил.

Степан дотронулся прозрачной ладонью до рваной дыры на своем халате.

— Ясно, — кивнул я. — Так я и думал. Ты не против, если я встану? Ноги затекли.

— Конечно, — кивнул призрак.

Но на всякий случай отлетел подальше.

Я поднялся на ноги, чувствуя покалывание в онемевших ступнях. Возраст, что ли, начинает сказываться? Как-никак, за сотню лет перевалило.