Аристократ на отдыхе. Том 5 (СИ) - Рудин Алекс - Страница 41

— Я об этом не думаю, — усмехнулся я. — Расскажите мне о Лабуале и Трубецком.

— Хорошо, — кивнул ректор.

Он снова нажал кнопку на пульте своего кресла. Подъехал к мячу, подобрал его и бросил в корзину. На этот раз мяч попал точно.

— Если вы разговаривали с князем Трубецким, — начал ректор, — значит, догадываетесь, сколько мне лет. Да, я ненамного моложе вас, Никита Васильевич. Только выглядим мы очень по-разному.

Я пожал плечами.

— Случается.

— Случается, — кивнул Кравцов, уловив мое нетерпение. — Так вышло, что я давно знаю всех, кто замешан в этом деле. В какой-то мере все они — мои ученики.

— И профессор Лабуаль тоже? — удивился я.

— Да, — кивнул ректор. — Николай учился у меня. Под моим наблюдением он защитил диссертацию и стал преподавать право. Я не был его научным руководителем — вы же знаете, что я специализируюсь на магии. Но я принимал участие в судьбе Николая. И пригласил его преподавать в академии.

Кравцов нахмурился.

— Если я ошибаюсь, и Юру Трубецкого убил Николай Лабуаль, то в этом есть и моя вина. Внучка Николая, Маша, часто приходила к деду в академию. Наверное, здесь они и познакомились с Юрой.

— Возможно, — не стал возражать я.

Это казалось вероятным. Юрий Трубецкой вполне мог впервые увидеть Машу именно в академии. Девушка ему понравилась, а потом он познакомился с ней в ночном клубе.

— Вы говорите, что знаете Николая Степановича Лабуаля с юности.

— С детства, — поправил меня Кравцов.

— А его отца, Степана Лабуаля вы тоже знали?

— Вашего друга? — улыбнулся Кравцов. — Не удивляйтесь, Никита Васильевич. Степан много рассказывал мне о вас. Все мечтал однажды вас отыскать. Да, я хорошо знал Степана Лабуаля. Мы работали вместе.

— И вы знаете, что с ним случилось? — поинтересовался я.

Лицо ректора стало строгим и серьезным.

— Знаю, — кивнул он. — Об этом я и хотел рассказать вам с самого начала, но не решался. Это я его убил.

— Убил? — прищурился я. — Несчастный случай? Неудачный эксперимент?

— В каком-то роде, — кивнул ректор. — Но я убил Степана своими руками. Зарубил мечом.

Он поднял взгляд на меня:

— Вы позволите рассказать все по порядку?

— Потребую, — криво усмехнулся я. — И прослежу, чтобы вы ничего не упустили. Рассказывайте.

— Я познакомился со Степаном Лабуалем, когда Смутные времена были в самом разгаре, — медленно заговорил ректор. — По всей Империи вспыхивали восстания аристократов. Орден Ликторов к тому времени распустили, и Степан Лабуаль остался без лаборатории. Его приютил старый граф Трубецкой. Позволил ему работать в своем поместье. Но Степану был нужен лаборант, и тут подвернулся я.

— Продолжайте, — кивнул я.

— Мы работали вдвоем. Жена и маленький сын Степана жили в их крохотном поместье. Степан работал на Трубецкого и высылал им деньги. Иногдаа жена и сын приезжали к нему — так я и познакомился с Николаем Лабуалем. А однажды Степан пригласил меня в гости, в свое поместье.

Ректор погрузился в давние воспоминания, но я вернул его к действительности.

— Вы сказали, что убили Степана. Как это случилось?

— Да, — словно очнувшись, кивнул Кравцов. — Я все расскажу. Вы ведь знаете, как Одержимые контролируют своих демонов?

— Знаю, — прищурился я. — При помощи порошка магоцвета.

— Именно над этим мы и работали. Да, Никита Васильевич! Свойства магоцвета открыл именно Степан Лабуаль. А я был при нем лаборантом.

— Значит, вы много работали с демонами? — уточнил я. — И с Одержимыми?

— Верно, — кивнул Кравцов. — Для этого нам и был нужен князь Трубецкой. Его гвардейцы доставали нам демонов для экспериментов. Кроме того, Трубецкой платил хорошие деньги. Он мечтал сделать всех своих гвардейцев Одержимыми и собрать непобедимую армию.

— Ты хочешь сказать, что Степан Лабуаль работал против императора? — резко спросил я. — За деньги?

— Подождите! — взмолился Кравцов. — Все было совсем не так. Я расскажу по порядку.

— Рассказывай. Только во всех подробностях.

— Постараюсь. Но вы должны учесть, что я был совсем молодым, неопытным человеком. Вчерашним студентом, к тому же, без магического Дара. Почти всю работу делал Степан, и он же вел записи. А я только помогал ему.

— Без магического Дара? — прищурился я. — А откуда он взялся у тебя сейчас?

— Об этом я тоже расскажу. Наверное, с это и надо начать.

Ректор поморщился.

— Черт, как сложно! Я столько раз представлял этот разговор и даже репетировал его. И все равно сбиваюсь.

— А почему ты его представлял? Откуда ты знал, что я к тебе приду?

— Степан был уверен, что вы не погибли в аномалии и рано или поздно появитесь. Никита Васильевич, в своих работах он вдохновлялся именно вашими способностями. И много рассказывал о них.

— А какое отношение мои способности имеют к магоцвету?

— Не к магоцвету. Степан Лабуаль работал сразу в двух направлениях. Искал средство контролировать демонов — на этом настаивал Трубецкой. А в свободное время экспериментировал с сущностями убитых демонов. Он мечтал понять, как вы их удерживаете. Это и привело к его гибели.

— Так, — решительно сказал я. — Идем!

Я подошел к длинной деревянной скамейке, которая стояла вдоль стены спортивного зала. Ректор ехал за мной на своем тихо жужжащем кресле.

Я сел на скамейку и кивнул Кравцову:

— Сначала расскажи про магоцвет и про то, почему Степан работал на Трубецкого.

— Эту работу он начал еще в Ордене Ликторов. Но потом началась Смута, Цитадель разрушили, и Степан бежал. Все его записи остались где-то в архивах Ордена Ликторов. Он продолжил работу на деньги Трубецкого и нанял меня помощником. Но когда у нас появились результаты, то Степан не сразу отдал их Трубецкому. Сначала он коротко изложил суть нашего открытия в письме и отправил меня с этим письмом к императору. Это отдельная история. В конце концов я доставил письмо, и это помогло войскам Империи не проиграть.

— Ясно, — с облегчением вздохнул я.

Степа Лабуаль не мог оказаться предателем, и подтверждение этого меня обрадовало.

— Теперь расскажи, что вы делали с сущностями демонов.

— Степан надеялся их приручить, — Кравцов развел руками. — Он даже сконструировал специальную ловушку для сущностей. Но ничего не получалось — сущности убитых демонов просто исчезали. А потом получилось. Гвардейцы Трубецкого принесли ловушку с пойманным демоном в лабораторию. Мы начали эксперимент.

— В чем была его суть?

— Степан надеялся, что я смогу договориться с демоном.

— Почему ты?

— Потому что во мне был спящий Дар Видящего мага, — улыбнулся Кравцов. — Степан считал, что Видящие маги могут общаться не только с призраками людей, но и с сущностями демонов. Ведь сущность — это тот же призрак.

— Так вот что у тебя за Дар!

— Да, — кивнул Кравцов. — Эту работу Лабуаль скрывал даже от Трубецкого. Придумал для него другое объяснение. Гвардейцы охраняли лабораторию снаружи, но входить внутрь Степан им запретил. Так что мы были там вдвоем.

— И что случилось?

— Демон вырвался из ловушки, — вздохнул Кравцов. — И воплотился в Степана.

— Как это произошло?

— Я не знаю. Степан словно обезумел. Вырвал железную стойку и набросился с ней на меня. Ударил по спине и повредил мне позвоночник.

Длинные пальцы Кравцова сжались на ручках кресла.

— Мы всегда носили при себе оружие вот на такой случай. Это Степан настаивал — он ведь был ликтором, как и вы. Говорил, что с демонами всегда надо держаться настороже.

— Да, — кивнул я.

— Мне повезло, что в тот момент он забыл про меч и схватил стойку. А я…

Кравцов тяжело вздохнул.

— Лежа на полу, я отбил мечом его второй удар. Понял, что сейчас он меня убьет, и ударил сам.

— Ты убил Одержимого? — недоверчиво спросил я.

— Тогда я думал, что убил, — вздохнул Кравцов. — Решил, что мне помог ритуал.