Не убояться зла - Иващенко Валерий В. - Страница 83

— Что вы себе позволяете, дочь моя? — в голосе всесильного Императора слышалось лёгкое неодобрение.

Ввиду ремонта в большой Тронной зале дворянское собрание пришлось переместить в Зелёную бальную — когда сообразительный дворцовый распорядитель приказал притащить сюда и установить на оркестровом возвышении малый трон. Но неодобрение Императора имело своей причиной не только и не столько неслыханно дерзкий вид будущей Императрицы в скудной… гм-м, пусть это будет одежда. И не способ, коим она добралась в дворцовую залу — верхом на хоть диковинном, но всё же коне.

Более удручило старого Императора то обстоятельство, что свой спор с сыном он всё-таки проиграл. Обрадованный добрыми известиями о своей ненаглядной, прилетевшими по магическим шарам сразу от внешних ворот, Ян как в эльфийский колодец глядел — капризная красавица хоть и завернула в свои покои, но лишь для того, чтобы обнять дочерей. Озаботиться одеждой донья даже не подумала — показывать характер, так уж до конца!

Даже не пригибаясь под высокой притолокой золочёной с бело-зелёным двери, донья бесцеремонно, пятками направила своего скакуна к середине залы. Перебросив безукоризненную ножку через голову коня, она беззаботно спрыгнула на руки своего сопровождающего.

Завернув свою ношу всё же чуть плотнее — приличия ради — Valle с непроницаемым лицом отнёс беззаботно помахивающую ножками красавицу и передал на руки принцу.

— Пост сдан, — бесстрастно заметил молодой чернокнижник, и только Ян заметил в его глазах озорных бесенят.

— Пост принят, — изо всех сил стараясь сохранить серьёзный голос, ответил принц и ласково обнял своё сокровище.

А Valle с хорошо заметным облегчением спрятал в ножны уже изрядно оттянувший руку меч. Обвёл взглядом присутствующих — все ли поняли маленький урок? Судя по убегающим глазам, если не все, то уж большинство точно.

— Зря, ваше величество, вы не приняли тогда мою клятву верности, — заметил он вполголоса. — Да, кстати — когда состоится моя казнь?

— Завтра в девять утра, на площади Этуаль, — ровным голосом ответил Император, и только боги знали, чего ему стоило это внешнее спокойствие.

Ибо только что высшее дворянское собрание объявило ему свою волю — либо чернокнижника казнят, либо ты не наш Император.

Вот так, дорогие мои…

Однако молодой барон только ухмыльнулся.

— Я буду там завтра к этому времени. Но учтите — ни один топор или меч не сможет даже поцарапать мою шею. В петле могу висеть сколько мне будет угодно — и при этом корчить вам неприличные рожицы. Магией меня не прошибить… — он уже отвернулся от Императора.

— Донья, я вечерком отправлюсь немного погулять с вашими дочерьми?

Та охотно кивнула, добавив, что она уже распорядилась — и дворцовые повара должны были собрать в корзинку ужин для принцесс, да нянечки набросать смену одежды. Вслух поблагодарив за доверие, Valle уже почти вышел из залы. Но остановился в дверях и обернулся в притихшую залу вновь.

— Да, маркиза де Лани — будьте так любезны, составьте список тех, кто желает вам зла или санкций. Нынче же в полночь я зайду за ним.

Сероглазая красавица-маркиза, чья бледность уже начала бросаться в глаза, улыбнулась — и на щёчки её выполз несмелый румянец. Заверив, что непременно будет сделано, она поинтересовалась — а каким же образом некто в чёрном плаще?.. На что последовал повергший людей в ужас и глубокие раздумья ответ, что сильный чёрный маг и с того света найдёт, как напакостить. Да так, что весь род до пятого колена в муках вымрет…

Глава 35

— Привет, Беркович, — лениво процедил Valle, едва спустившись по длинной каменной лестнице и толкнувшись в кабинет начальника тайной службы.

Тот поднялся со стула. И глядя в его утомлённое, с кругами под глазами лицо, молодой барон втихомолку подивился — это что ж, главпалач тоже переживает?

— И не хотел бы приветствовать вашу светлость здесь, в моей епархии — да приходится, — удручённо ответствовал хозяин.

— Понимаю, — покивал барон, скидывая на вешалку плащ и перевязь с мечом. — Не рад меня здесь видеть, в своих постояльцах?

Беркович тихой рысцой подскочил к двери, воровато выглянул в коридор.

— Барон, ещё не поздно, — от его лихорадочного шёпота и горящих в возбуждении глаз Valle сразу перехотелось зевать — ибо время было далеко за полночь.

— Ещё не поздно вам удрать в своё тайное укрывище, — жарко зашептал угнетённый своим состоянием тихарь. — Год-два, Императора сменит сын… а я уж без вашей помощи как-нибудь это время постараюсь Яна и семью уберечь.

Valle поразмыслил. Можно, конечно… уйти на пару лет, окопаться в своём маленьком мирке. С едой и прочим проблем никаких — всегда можно вынырнуть где-нибудь в большой, поесть да по рядам торговым пройтись, запас сделать. Опять же, поработать над чем-нибудь животрепещущим или не очень — вдумчиво, неспешно, в своё удовольствие. Спать сколько влезет, валяться на солнышке кверху брюхом и поплёвывать на всё и вся. Или даже махнуть к стигийцам или даже хоть к степнякам…

И всё же — дать повод мнению, что барон и чернокнижник струсил?

— Нет, Беркович — за свои действия надо нести ответ.

Тот огорчился так явно, что в другое время ему, возможно, стоило бы и посочувствовать. Он вернулся к своему заваленному бумагами столу. Потеребил рассеянно какую-то так и норовящую свернуться обратно в свиток бумагу, для пущей необходимости прижатую покрытыми окалиной щипцами… судя по размеру — для пальцев.

— Отчего так, барон? — взгляд его наконец оторвался от столешницы и блеснул в свете магического шара. — Только начало что-то получаться… парни сноровку приобрели, методики и связи наработаны, а мои люди и дознатчики на местах внедрились да пошли от них сведения. Охрану я Императорской семье подобрал, выдрессировал чуток. Плюс вы рядом, для полного спокойствия. Казалось бы — работай, да сохраняй Империю от потрясений…

— И что же? — Valle подумал чуть, и жестом фокусника выудил из воздуха бутылку. Уж не пустую, знамо дело.

Беркович столь же привычно извлёк пару стаканчиков, сдвинул с одного угла бумаги. Сковырнул кинжалом пробку, набулькал понемногу.

— Да уж… — он скривился, взяв ёмкость с вином в руку. — Пить за ваше здоровье перед завтрашним — было бы кощунство.

— А почему бы и нет? — молодой чернокнижник чокнулся стаканчиком с молодым тихарём. — Если чего особого не придумают, шиш у твоих заплечных дел мастеров завтра что выйдет.

— Да то-то и оно, — Беркович залпом опрокинул в себя напиток. — То-то и оно, что опасаться надо чего-то эдакого, неизвестного. Обязательно ж какая-нибудь высокопоставленная сволочь пакость удумает…

Они ещё долго втихомолку перебрасывались фразами, кому другому запросто стоившими головы. Допили и эту бутылку, и следующую. И лишь потом, в ответ на вопрос, какую камеру занимать, получив ответ «да любую, вашсветлость» Valle отправился поспать немного. Не зря же маркиза тоже отшила его, вполне резонно возразив, что одному барону завтра потребуется вся сила и хладнокровие — а посему лучше бы тому предпочесть спокойный сон, не отягощённый неподобающими устремлениями.

Кое-как устроившись на жёстких тюремных нарах, он сквозь открытую дверь слышал, как один пленный офицер из Королевства Всадников, расквартированный где-то почти по соседству, уныло и безнадёжно мурлычет старый напев каторжан-колодников.