Лихоморье. Трилогия (СИ) - Луговцова Полина - Страница 50

– Ага. – Наматывая поводок на руку, Женька с гордым видом подтягивает Бармалея поближе к себе. – Я всегда с ним едой делюсь.

– Молодец! – говорит она и обращается к Тильде: – Я так понимаю, ты в игре не участвуешь? Хитрый ход, когда знаешь, что проиграешь, но не хочешь позориться. Ой, да шучу я, шучу! – Она смеется, заметив, что Тильда вот-вот вспылит.

– Можно оставить Женьку на детской площадке, – предлагает Лика. Она и Дашка только что подошли и слышали весь разговор.

– Попросим кого-нибудь за ним присмотреть, – поддерживает ее Дашка. – А что? Там всегда полно мамаш с детьми!

Тильда задумчиво смотрит на Дашку, с удивлением замечает ее высокую прическу из мелких рыжих кудрей, вздыхает и спрашивает брата:

– Побудешь немного без меня?

Тот отрицательно мотает головой.

– Куплю мороженое, – обещает она.

– Два! – торгуется Женька. – Мне и Бармалею.

Всей толпой они идут к киоску с мороженым. Женька выбирает любимое йогуртовое для себя и с двойными сливками – для кота. Свое сразу начинает есть, в одно мгновение развернув ярко-розовую обертку. Потом спохватывается и протягивает Тильде, предлагая откусить. Она склоняется над брикетом и широко раскрывает рот, делая вид, что собирается оттяпать половину, а потом смеется, глядя, как его глаза округляются от возмущения.

– Пошутила. Сам ешь! – Она выпрямляется, и в этот момент брат неожиданно говорит ей:

– Ты у меня такая хорошая, Тильда! И очень красивая. Лучше всех.

– О! Вот и первый офлайн-лайк! – восклицает Лика, небрежным движением смахивая длинную малиновую челку со лба. – Жаль, диктофон не включен!

Тильда берет Женьку за руку, и он сжимает ее пальцы. Ладошка у него вся липкая от мороженого.

На детской площадке шум и невообразимая суета. В глазах рябит от ярких красок: сооружения диких расцветок облеплены пестро разодетой, непрерывно движущейся малышней. Лавочки, стоящие кольцом вокруг площадки, заняты родителями.

Пока Женька скармливает Бармалею его порцию мороженого, предварительно откусив от него треть, предприимчивая Дашка уговаривает одну из женщин присмотреть за ним, придумав какую-то вескую причину, объясняющую, почему они не могут взять ребенка с собой.

– Все, можно начинать марафон! – объявляет она, довольно потирая руки. – Я договорилась на полчаса. Ну что, двигаем?

– Да! Пора на променад! – Алина встряхивает длинными волосами. При ярком дневном свете особенно заметно, какие они безжизненные – все из-за частого и очень агрессивного осветления. Но, сколько бы Алина ни старалась, такого скандинавского оттенка, как у Тильды, ей не добиться никогда, потому что волосы у Алины от природы чернее смолы.

Тильда берет с Женьки обещание, что он не будет ни с кем драться, привязывает Бармалея к скамейке, переноску оставляет там же, на сиденье, смотрит, как брат смешивается с толпой малышни, и отходит к подругам. Девчонки стоят на краю детской площадки, поджидая ее.

– Друг за дружкой не ходить! – говорит Алина и, подняв тонкую руку, указывает на боковые дорожки, отходящие от главной аллеи: – Выбирайте, кто куда пойдет: направо, налево, прямо или назад.

Тильде все равно. Она ждет, пока выберут подруги. Алина и Лика спорят, обе хотят пойти вправо, потому что в той стороне расположен комплекс силовых тренажеров. Вмешивается Даша и говорит, что слева от них тоже есть спортивная площадка, только не с тренажерами, а с турниками. Лика соглашается. Даша сообщает, что пойдет назад, в сторону центрального входа, где находится просторная лужайка, облюбованная собаководами.

– Тильда, ну, а тебе остается идти прямо, – говорит Дашка, которая лучше других знает этот парк, потому что живет поблизости. – Аллея ведет к озеру, а это самое оживленное место. Вокруг озера много открытых кафешек, мимо которых вечно ходят толпы народа. Можно просто сидеть за столиком на видном месте и ждать своих лайков.

– Так и сделаю, – соглашается Тильда.

– Ну что, включаем диктофоны – и разбежались! Встречаемся здесь же через полчаса! – командует Алина.

Девчонки уходят. Тильда оборачивается и смотрит в гущу детворы, резвящейся на детской площадке. Взгляд цепляется за фигуру светловолосого мальчишки в белой курточке и чуть великоватых джинсах. Женька стремглав бежит куда-то, уже раскраснелся, хохочет во все горло. За ним – девочка в желтом свитере. «Здесь безопасно. – Тильда успокаивается. – С ним ничего не случится за полчаса».

Она идет по аллее, пролегающей сквозь хвойную рощу. Телефон с включенным диктофоном зажат в руке. Вокруг очень людно: прогуливаются семьи с детьми, влюбленные парочки всех возрастов, дружные компании. От одной такой компании отделяется парень и приближается к Тильде со словами: «Привет, красотка! Куда спешишь?» Тильда молча ускоряет шаг, и парень отстает. «Один лайк есть!» – Она чувствует, как у нее поднимается настроение. Еще двое встречных парней в яркой спортивной одежде обращают на нее внимание, один из них улыбается и подмигивает ей, но ничего не говорит. «Жаль, что мимический «лайк» записать нельзя», – думает Тильда, неожиданно для себя улыбается ему в ответ и поспешно отводит взгляд.

Через несколько минут эти же парни преграждают ей путь. Один из них – тот, которому она ответила улыбкой – сверлит ее взглядом.

– Ты – чудо! Я не смог пройти мимо! – говорит он, но явно не всерьез: видно, что кривляется.

– Мне некогда, я тороплюсь! – Тильда пытается обойти их, но те вдруг обступают ее с двух сторон, нагло подхватывают под руки и тянут к боковой дорожке, уходящей в глубь еловой рощи.

– А мы тебя проводим! – усмехается второй парень.

– Таким красоткам без охраны нельзя! – добавляет первый. – Особенно в парке, где полно маньяков!

Упираясь ногами, Тильда кричит:

– Отпустите меня, вы, уроды!

Жесткая ладонь накрывает ее рот.

Она в панике озирается и понимает, что помощи ждать неоткуда: парни успели увести ее за еловый заслон, и с главной аллеи их уже не видно. Надо было сразу заорать, позвать на помощь, но все произошло слишком быстро, и она не успела вовремя почувствовать опасность.

Впереди, за стволами деревьев, виднеется невысокое, вытянутое в длину кирпичное сооружение с двумя огромными желтыми черепами у ворот металлического ограждения. Это аттракцион «Комната страха», который не работает уже года три. Издалека заметно, что он заброшен: краска с бетонных черепов слезла, в окнах здания выбиты стекла, между рельсами, ведущими внутрь, валяется мусор. Нормальные люди обходят это место стороной, подозревая, что там могут скрываться забулдыги и прочие темные личности. Тильда с ужасом понимает, что парни ведут ее именно туда, и отчаянно пытается вырваться, но их хватка крепка, как железные клещи.

Все происходящее напоминает Тильде эпизод из фильма, который она видела когда-то давно и сочла неправдоподобным, поскольку была уверена в том, что в людном месте невозможно похитить человека, не привлекая внимания окружающих. Теперь то же самое случилось с ней, и это уже не кино – на хэппи-энд можно не рассчитывать.

Однако помощь все же приходит, когда до «Комнаты страха» остается несколько шагов. Громкий мужской голос, раздавшийся сзади, заставляет парней остановиться и обернуться. Тильда тоже выворачивает шею, пытаясь увидеть кричащего. Рука одного из парней, закрывающая ей рот, сползает на подбородок, и Тильда визжит во все горло. Одновременно она видит высокого худого мужчину в длинном, наглухо застегнутом черном пальто и шляпе – странная одежда для теплого майского дня. Глаза незнакомца прикрыты очками с затемненными стеклами.

– Отпустите девушку! – требует он, направляясь к ним быстрым шагом.

– Не беспокойтесь, уважаемый! Это моя подруга! Она просто дурачится! Обожает всякие шутки! – весело кричит в ответ парень справа.

Возразить Тильда уже не может и способна только мычать и таращить глаза: ее рот снова крепко зажат широкой ладонью одного из парней.

– Отпустите ее немедленно, или я вызываю полицию! – грозит человек в черном и, расстегнув верхнюю пуговицу своего пальто, лезет во внутренний карман.