Моя непокорная травница (СИ) - Амор Стейси - Страница 42

На пороге появился глава Аркартов. Он прищурился, кивнув мне, развел руками, показывая, что явился сюда не из праздности, а ради дела.

— Шона, — подошел к нам вплотную, — дозорные сообщили, что Эван подъезжает. Готовится пир, нам пора.

— Конечно, — она легко спрыгнула со стула и помахала мне рукой. — Было приятно беседовать с тобой, Лиса.

— Я бы хотел, чтобы и ты пошла, — Брюс обратился ко мне. — Негоже тебе оставаться одной.

— Спасибо, я предпочитаю одиночество, — фыркнула себе под нос и отвернулась. — Не буду мешать воссоединению друзей.

Виновница будущего торжества подмигнула.

— Пожалуй, мне пора, — пятилась она к выходу, — встречу брата у самых ворот.

Она буквально сталкивала меня и лэрда лбами, если предоставлялась возможность.

— Лиса... — Брюс застыл, в очередной раз не ведая, как завести неуклюжий разговор.

— Что? — оторвала глаза от древней книги и воззрилась на него. — Ничего не изменилось и не изменится. Откажись ты от десяти свадеб, я не буду твоей, при условии, что ты не заставишь.

А мне прекрасно известно, что он способен на что-то подобное. Что сил у него хоть отбавляй, а терпение стремится к нулевому показателю.

— Сколько раз я должен подойти? Что мне сделать, чтобы ты передумала? — пальцами он поймал мой подбородок. — У тебя будет ребенок. Мой ребенок. Разве я могу тебя отпустить?

— Значит, эта любовь ненастоящая, — заключила я. — Волнуй я тебя, желай ты мне лучшего, ты бы не заставлял меня оставаться там, где мне неприятно, но ты слышишь только себя, важны лишь твои чувства, а на мои ты наплевал. Нет, Брюс, — замотала головой, вырываясь из захвата. — Уходи, догони Шону. Может, она передумает. Не нужно ругаться с другом из-за безродной ведьмы и бывшей рабыни.

Я так отчаянно желала, чтобы он меня покинул, и вселенная услышала мои молитвы.

Сжав кулаки, он резко крутанулся на пятках и поспешно вышел, с силой дернув несчастную дверь. Если честно, была мысль, что она вот-вот сорвется с петель.

Идти в Брюсом на праздник не хотела. Один раз согласиться с ним значило в его глазах, что я готова пойти на примирения. А я никак не могла простить отца своего будущего ребенка. Как, вообще, можно простить рабство, принуждение и беспочвенные обвинения?

Но я лукавила, сказав, что не неинтересно. Посмотреть на брата Шоны было любопытно. Воины, охранявшие меня, полагали, что я ничего не слышу, беспечно болтали, обмениваясь мнениями о лэрде Мерсеров. Хвалили его, боготворили мощь и силу, радовались, что аркарт дружен с ним. И жутко переживали, что из-за меня может начаться война.

Я и сама нервничала. В связи с этим попросилась сопроводить меня в замок. Собиралась занять пост подсматривающего, да и местечко мне известно, Хелен показывала.

Зачем-то взяла с собой гримуар. Я предпочитала не расставаться с книгой, словно была в безопасности, когда держала ее в ладонях.

Достигнув замка, добравшись до главного зала, я скользнула за угол, в коридор, не разрешая воинам к себе приближаться. А они и рады были. Встали у входа и принялись снова о чем-то рассуждать.

Меня же занимали присутствующие на пиру.

За столом сидела Шона и весело смеялась. Брюс хмурился, Аллан что-то говорил, а незнакомый мужчина отпивал из кубка. Красивый, чем-то похожий и на моего лэрда. Высокий, мускулистый, с короткими черными волосами. Сходство с сестрой бросалось в глаза.

Интересно, о чем они беседуют?

Из помещения раздавался гул множества голосов, постукивания бокалов, звон вилок и тарелок. Все отдыхали, праздновали встречу и заодно избавление от неизвестной напасти.

Внезапно позади меня распахнулось окно от порыва ветра. Через секунду обернулся Брюс и моментально отыскал меня взглядом. То же самое сделал и Эван.

По губам прочитала: «Это она?»

Вместо ответа хозяин клана поднялся и за несколько шагов добрался до меня. Я попятилась, но от него не сбежать.

— Попалась, Лиса, — хрипло рассмеялся он, чуть-чуть захмелев. — Ты пришла.

— Я шла спать, — придумала себе оправдание, но слабое, учитывая, что сумерки только начинались.

— Пойдем, — потащил он меня за собой. — Я хочу, чтобы ты была рядом этим вечером.

Едва я вошла в зал, как все замолчали. Воины перестали шушукаться, толкая друг друга. Наступила тишина.

Кто-то мигом принес для меня стул, Шона подвинулась. Аллан вскинул брови, а Эван помрачнел.

— Это Лиса, наша ведьма и целительница, — представил меня лэрд, по большей части обращаясь к другу.

— И любовница, — мгновенно обозначил мой статус глава клана Мерсеров. — Зачем ты ее привел? Ты хочешь оскорбить Шону?

— Брат, тише, — улыбчивая брюнетка погладила родственника по ладони. — Не обижай лисичку, мы подружились.

— Плевать мне, что вы подружились. Кто зовет рабынь за стол? — разъярился мужчина, стукнув кулаком.

— Она не рабыня, — вспыхнул и сам хозяин дома.

Все присутствующие внимательно ловили каждое слово назревающей ссоры. Осознав это, Брюс утомленно выдохнул. — Расходитесь, — дал знак воинам, — праздник окончен.

Я полагала, что все будут медленно тянуться к выходу, надеясь застать какие-нибудь грязные подробности, но среди жителей дисциплина была железной. И минуты не прошло, как заполненное донельзя помещение, опустело.

— И все же я не понимаю, — продолжал гневаться Эван. — Пусть она не рабыня, пусть заполучила твою любовь, пусть и с моей дурой-сестрой отыскала общий язык. Стоит выведать, не магией ли? Зачем ты ее позвал?

— Эван? — возмутилась Шона.

— Тебе придется извиниться, друг, — встал из-за стола Брюс. — И перед Шоной, и перед Лисой. Они не виноваты, что ты сделал поспешные выводы.

— Какие выводы? — поднялся второй мужчина. — Я не буду ужинать с той, кто портит репутацию Шоны.

— Ничего она не портит! — взвизгнула брюнетка.

Сама я уставилась на Аллана, жестами показывая, чтобы он остановил конфликт, но он лишь головой покачал, предпочитая не влезать.

— Эван, мы обсудили все с Шоной. Лиса ждет от меня ребенка, и я не могу отказаться от наследника, а твоя сестра желает выйти за меня замуж даже меньше, чем я. Если бы она заявила требование, я бы подчинился, я не нарушаю данных слов, но и портить жизнь себе и девушке не хочу.

— Я заявляю требование, — фыркнул брат брюнетки. — Она ничего не понимает. Да вас с рождения Шоны помолвили.

— Ты меня слышишь? Это изначально была глупая затея.

— Почему? Потому что колдунья очаровала тебя? Ты и друида прогнал, не побоявшись гнева богов. Может, ее и следовало сжечь.

В зале стало душно. Ко мне вернулась тошнота и слабость. И ужас, потому что мужчины были в одной секунде от схватки. Впрочем, так оно и произошло.

Первым налетел Брюс, окончательно взбесившийся из-за упоминания праведного костра. Оба упали на пол, махая кулаками. Шона кричала, Аллан медленно поднялся, чтобы их разнять, а я...

Я трусливо сбежала.

Резво пролетела над ступенями, зажав ладонью рот, давила всхлипы, виня себя за произошедшее. И выйдя на улицу, ощутила облегчение. Глоток свежего воздуха помог.

Правда, едва покинув пределы замка, услышала, как дозорные трубят в горн. К воротам собираются воины из обеих дружин, а сверху раздается топот ног.

— Вот ты где, мерзавка, — в боку закололо. Из-за угла выбралась ключница и приставила к моему животу длинный нож. — Скоро все закончится, и я буду милосердна. Не заставлю тебя сильно мучиться.

Ава? Ава напала на меня.

Не двигаясь, я вжималась в стену, словно мечтала слиться с ней. Отчасти понимала ненависть главы прислуги, но нападать на ту, кто носит ребенка...

— Ты, тварь, испортила жизнь мне и моей дочери, — заговорила она, сверля лезвием по одежде. — Ты во всем виновата, я всегда была верна Брюсу сильному.

До меня очень медленно доходили ее слова.

Мужчины, со всей округи сбегались мужчины, попутно надевая кожаные доспехи и пристегивая ножны. Все уже отправились отдыхать, но дозорные предупредили клан об опасности.