Большая книга афоризмов - Душенко Константин Васильевич - Страница 191

Фольклор — песнь пастуха — есть речь, рассчитанная на самого себя: ухо внемлет рту.

Народные песни — это когда на сцене больше народа, чем в зале.

В жизни нужно испробовать все, кроме инцеста и народных танцев.

Ансамбли народной песни и пляски доказывают, что наш народ необычайно богат людьми, не умеющими ни петь, ни плясать.

Следует отличать народное искусство от народно— демократического.

За деньги нельзя купить одного — бедности. Тут нужно обратиться к помощи фондовой биржи.

Маклер: человек, который перебрасывает ваши деньги из акции в акцию, пока они не исчезнут.

Акционеры — глупый и наглый народ. Глупый — потому что покупает акции, наглый — потому что хочет еще получить дивиденды.

Счастье — это когда ваши акции за год удваиваются в цене.

Биржевой спекулянт — человек, изучающий будущее и действующий до того, как оно наступит.

Кто знает, не говорит; кто говорит — не знает.

Убивают на войне и грабят на бирже люди, которых ты никогда не видишь.

Осторожный бизнесмен: человек, который забирает деньги с фондовой биржи и едет с ними в Лас-Вегас.

От спекуляций на бирже следует воздерживаться в двух случаях: если у вас нет средств, и если они у вас есть.

Октябрь — один из самых опасных месяцев в году для игры на бирже. Остальные опасные месяцы: июль, январь, сентябрь, апрель, ноябрь, май, март, июнь, декабрь, август и февраль.

Биржевой курс зависит от того, кого на данный момент больше: акций или идиотов.

Самый надежный способ удвоить свои деньги — сложить их пополам и сунуть в бумажник.

Если вы выглядите как ваше фото на загранпаспорте, вам, вероятно, необходимо отдохнуть за границей.

Некоторые лица на негативе выглядят позитивнее.

В наше время все существует ради того, чтобы окончиться фотографией. Фотография мумифицирует время.

Жизнь — кинематограф, смерть — фотография.

Я думаю, дьявол — и тот огорчился бы, если бы его фотокарточка выдала его безобразие и ту низкую роль, которую он играет во вселенной.

Электронная эра имеет свои неудобства. Раньше отцы донимали нас фотографиями своих сыновей, теперь — полуторачасовыми видеофильмами.

Франция: страна, разделенная на сорок три миллиона французов.

Франция — страна, где нет ни зимы, ни лета, ни нравственности; в остальном же это чудесный край.

У каждого человека две родины — его собственная и Франция.

У него была одна иллюзия — Франция, и одно разочарование — человечество.

Во Франции долго царил деспотизм, ограничиваемый эпиграммами.

Французский народ — это кошка, которая, даже если ей случается свалиться с опаснейшей высоты, все же никогда не ломает себе шею, а каждый раз сразу же становится на ноги.

Во Франции пять минут на десять минут короче, чем в Испании, но немного длиннее, чем в Англии, где пять минут обычно составляют десять минут.

Мы, немцы, поклоняемся только девушке, и только ее воспевают наши поэты; у французов, наоборот, лишь замужняя женщина является предметом любви как в жизни, так и в искусстве.

Французы почти никогда не говорят о своих женах: они опасаются, что собеседник может знать об этом предмете больше, чем они сами.

Прожив неделю в Париже, я как нельзя лучше понял Францию, прожив в ней три года — совершенно не понимаю ее.

Две системы подозрений: фрейдизм и марксизм.

Фрейд из души сделал второе тело, здоровенный кусок плоти.

Фрейд — отец психоанализа. А матери у психоанализа нет.

У старика был беспощадный взгляд; не было в мире такой иллюзии, которая могла бы его убаюкать — за исключением веры в его собственные идеи.

Не рассказывайте никому своих снов — что, если к власти придут фрейдисты?

Если кому-то снится влагалище, означает ли это шкаф?

Иногда сигара — всего лишь сигара.

Мне снился Фрейд. Что бы это значило?