Большая книга афоризмов - Душенко Константин Васильевич - Страница 171

Спорт — это физкультура, доведенная до абсурда.

Спорт: развлечение до седьмого пота.

Гимнастика — это полная чушь. Здоровым она не нужна, а больным противопоказана.

Бег трусцой — занятие для людей, недостаточно развитых, чтобы смотреть утреннюю телепрограмму.

Если человек не желает по утрам заниматься бегом, ничто не может его остановить.

Горнолыжный спорт — скоростной спуск денег.

Самое лучшее в физических упражнениях — отдых от них.

Главное — не победа, а участие.

Помни: неважно, выиграешь ты или проиграешь; важно лишь, выиграю или проиграю я.

Спортсмен-любитель в наши дни тот, кто принимает только наличные, но не чек.

Спортсмен-профессионал: публичная девка, от которой требуют честного поведения.

О спорт, ты — мир!

Серьезный спорт ни имеет ничего общего с честной игрой. Серьезный спорт — это война минус убийство.

Если вам нужно составить команду, которая выиграла бы прыжки в высоту, вы ищете одного парня, который может прыгнуть на семь футов, а не семерых, которые могут прыгнуть по футу каждый.

В здоровом теле — здоровый дух.

В слишком здоровом теле помещается слишком мало духа.

Качают мышцы, откачивая от мозгов.

Из страны утекают не только мозги, но и мышцы, если у них есть мозги.

Если мне вдруг понадобится пересадка мозга, лучшим донором будет спортивный обозреватель. Парень с мозгами, не бывшими в употреблении.

Спорт становится любимым предметом размышления и скоро станет единственным методом мышления.

Справедливость — вечная беглянка из лагеря победителей.

Какою мерою мерите, такою же отмерится и вам.

Всякий раз, когда я вспоминаю о том, что Господь справедлив, я дрожу за свою страну.

Каждому свое.

Если каждому свое, то всем не хватит.

Каждому свое, а иным чужое.

Богу богово, кесарю кесарево. А что же людям?

Обычаю надо следовать потому, что он обычай, а вовсе не из-за его разумности. Меж тем народ соблюдает обычай, твердо веря, что он справедлив.

Несправедливость по отношению к одному представляет угрозу для всех.

Все, что несправедливо, оскорбляет нас, если не приносит нам прямой выгоды.

Несправедливость перенести сравнительно легко; что нас ранит по-настоящему — это справедливость.

Справедливость всегда приправлена щепоткой мести.

Справедливость всегда торжествует... в трех случаях из семи.

Жизнь никогда не бывает справедливой. Для большинства из нас так оно, пожалуй, и лучше.

Века были так себе, средние.

Рыцарская эпоха: время, когда мужчины питали самые возвышенные чувства к своим лошадям.

Столетняя война? Вот когда люди никуда не спешили.

Государственное образование, именовавшееся Священной Римской империей, не было ни священной, ни римской, ни империей.

Теперь не строят готических соборов. В былое время у людей были убеждения; у нас, современников, есть лишь мнения; а мнения мало для того, чтобы создать готический храм.

К середине XVII века ноги отказываются ходить — даже в самом интересном музее.

По сравнению со средневековьем человечество продвинулось далеко вперед в направлении свободомыслия. Например, инквизиция уже не святая.

У каждого века есть свое средневековье.

Каждый вздрагивает, когда его впервые всерьез называют стариком.

Старик — человек, который на десять лет старше тебя.

Меня не тревожит, что я уже дедушка; плохо лишь то, что женат я на бабушке.

Старые дураки — самые большие дураки. У них больше опыта.

Нет дурака хуже, чем старый дурак. Это вам скажет любой молодой дурак.

Вы можете не напоминать мне о моем возрасте — для этого у меня есть мочевой пузырь.

Старики ходят медленно не потому, что у них болят ноги, а потому, что им некуда спешить.