Большая книга афоризмов - Душенко Константин Васильевич - Страница 124

Будь писатели хорошими бизнесменами, им бы хватило ума не быть писателями.

Писатели, чьих книг никто не покупает, быстрее всего продаются.

Известный писатель — тот, у кого берут и слабые вещи; знаменитый — тот, кого за них хвалят.

Образование погубило больше американских романистов, чем пьянство.

Иные писатели напоминают мне берлинских дамочек, которые, приставая к вам ночью на улице, мурлыкают по-кошачьи: «Я такая неукротимая...»

Фундаментом литературной дружбы служит обмен отравленными бокалами.

Писательство — приятная игра на нервах.

Эссеист: счастливчик, нашедший способ говорить, не опасаясь, что его перебьют.

Я отношусь к писателям, про которых люди думают, что другие люди их читают.

Если читатель не знает писателя, то виноват в этом писатель, а не читатель.

Любить писателя и потом встретить его — все равно что любить гусиную печенку и потом встретить гуся.

Это свободная страна. Люди имеют право писать мне письма, а я имею право не отвечать на них.

С авторами поладить легко — если вы любите детей.

Он утверждает, что в своих книгах спускается до читателя, а на самом деле читатель опускается вместе с ним.

Кто-нибудь всегда смотрит из-за твоего плеча, как ты пишешь. Мать. Учитель. Шекспир. Бог.

Писатель должен писать.

Писатель должен много писать, но не должен спешить.

Чем больше человек пишет, тем больше он может написать.

Писатель всегда должен что-то писать, пусть даже это будет предсмертная записка.

Последним словом многих писателей должно было бы быть молчание.

Писать — значит читать себя самого.

Я пишу для того, чтобы понять, что я думаю.

Думать легко. Писать трудно.

Писать трудно, но еще труднее было бы не писать.

Писатель — это человек, которому писать труднее, чем остальным людям.

Для писателя-профессионала самая большая помеха — необходимость менять ленту в пишущей машинке.

Если мне хочется прочитать роман, я пишу его.

Каждый может написать трехтомный роман. Все, что для этого нужно, — совершенно не знать ни жизни, ни литературы.

Жизнь чаще похожа на роман, чем наши романы на жизнь.

Вернемся к реальности — поговорим о Евгении Гранде!

Искусство романиста заключается в том, чтобы из короткой истории сделать длинную.

Истинный романист — это человек, наделенный отменной памятью и убежденный, что такой же памятью обладает читатель.

Хороший роман говорит правду о своем герое, плохой — о своем авторе.

«Потерянный рай» — это книга, которую, однажды закрыв, уже очень трудно открыть.

Он второй во всех жанрах.

Ауффенберга я не читал. Полагаю, что он напоминает Арленкура, которого я тоже не читал.

Если мы отдаем некоторое предпочтение Гёте перед Шиллером, то лишь благодаря тому незначительному обстоятельству, что Гёте, ежели бы ему в его творениях потребовалось подробно изобразить такого поэта, был способен сочинить всего Фридриха Шиллера, со всеми его Разбойниками, Пикколомини, Луизами, Мариями и Девами.

Величайшими английскими романистами девятнадцатого века были Гоголь, Достоевский, Толстой, Стендаль и Бальзак в английском переводе.

Александр Дюма крадет у прошлого, обогащая настоящее. В искусстве нет шестой заповеди.

Виктор Гюго был безумцем, который вообразил себя Виктором Гюго.

Лучший французский поэт? Увы, Гюго.

То, что Х сумел написать такую хорошую книгу, может отбить всякую охоту к литературе.

Это не написано — это напечатано на машинке.

Польские литераторы не читают меня — а я не читаю их. Их приговор единодушен? Мой тоже.