Синдром МакЛендона - Фреза Роберт А. - Страница 73

Я не мог не улыбнуться.

— Творческий подход?

— Сэр, — продолжал Чивс, — госпожа Линдквист весит приблизительно пятьдесят два килограмма. Даже если она изменит облик, то вес ее, если верить закону сохранения массы и энергии, останется прежним. Насколько я понимаю, летучие мыши значительно меньше в размере.

— Неужели? '

— Гораздо меньше, сэр. Они весят максимум полкило, так что пятидесятидвухкилограммовая мышь, даже с характером госпожи Линдквист, — это невероятно. Я решил, что такая деталь изрядно подпортит эту во всем остальном восхитительную сказку. Как вам, наверное, известно, сэр, одной из классических историй о вампирах является небольшой рассказ под названием «Кармилла», написанный мистером Дж. Шериданом ле Фаню, на творчество которого большое влияние оказал мистер Стокер. Вампир у мистера ле Фаню превращается в большое, беспокойное, черное, как сажа, животное, напоминающее чудовищную кошку, и я счел такое превращение вполне подходящим.

— Я преклоняюсь перед широтой твоих познаний, Чивс.

— Помимо того, гораздо легче в случае необходимости раздобыть кошку, чем летучую мышь.

Я покачал головой:

— Чивс, это просто бесподобно. Какой ты молодец!

— Благодарю вас, сэр, я рад, что вы одобряете. Мне это казалось самым подходящим способом разрешить все мои затруднения. Однако позволю себе смелость заметить, сэр, эта ваша бледно-зеленая рубашка с клетчатым воротником…

Заворачивая за угол, я набрал в легкие побольше воздуха:

— Считай, что ее у меня уже нет. Отдай ее какому-нибудь нищему.

— Я обязательно разыщу какого-нибудь нищего дальтоника. И эта синяя в клетку перевязь…

— Только не перевязь!

Мы сделали последний поворот.

— Сэр, я вам настоятельно рекомендую…

— Ладно, Чивс, я ее уже снял. Одобряешь, а? Чивс на ходу дернул усиками, что для Грызунов

означало нечто вроде подмигивания.

— Я всеми силами стараюсь соответствовать своему персонажу.

— Еще один вопрос. Эта книга, эта кошка, звон цепей по интеркому, объявление о том, что корабль сейчас взорвется, — это все, что тебе понадобилось, чтобы убедить экипаж покинуть судно?

— Ну, возможно, я дал еще кое-кому взятки, сэр, — признался Чивс.

Перед нами возникла открытая дверь челнока.

— Я нашел Чивса. Где Катарина? — крикнул я Клайду.

— Она только что здесь была. Побежала тебя разыскивать.

Показалась голова Козлика.

— Послушайте, вы, нам нужно рвать отсюда когти, пока эта посудина не взорвалась.

— Нет, у нас еще есть три минуты и пятьдесят семь секунд, — сообщил Чивс, остановившись и взглянув на карманные часы.

— Катарина! — крикнул я. Звук моего голоса тут же затерялся в пустых коридорах. Я повернулся к Чивсу: — Живее, включи эту штуковину. Мне нужен усилитель.

— По-видимому, вам понадобится полная громкость, — пробурчал он, подкручивая ручки.

— Катарина! — По всему кораблю разнеслось звучное эхо моего голоса. Я махнул рукой Козлику: — Заводи мотор. Сейчас я ее приведу.

— Не надо. Ты меня так оглушил, что я еле на ногах удержалась, — задыхаясь, просипела Катарина. — Поехали!

— Превосходная идея. — Чивс отключил звук своей голографической камеры.

Но не успели мы переступить бортик, как услышали знакомый голос.

— Не торопитесь. — Обернувшись, я увидел Генхиса, который держал в руках Сашу-Луизу, приставив ей к шее кинжал. — Сдавайтесь, или я перережу глотку вашей пособнице.

— Я бы искренне не советовал вам этого делать, сэр, — хихикнул Чивс, исчезая внутри челнока.

— Я тут ни при чем, — простонала Катарина и последовала за ним.

— Генхис, не хочу вас разочаровывать, но в зоомагазинах кошки стоят двадцать четыре цента за фунт, — сообщил я, нажимая кнопку, чтобы задраить люк.

Уже пробираясь на место, я услышал отчаянный вопль Генхиса, и в стремительно сужающееся отверстие влетела Саша.

Бросив на меня сердитый взгляд, она принялась вылизывать свои лапки.

Челнок был битком забит беженцами — Грызунами.

— Подумать только, во что превратили корабль, — проворчал Козлик, когда мы отчалили.

— Неужели все позади? — поинтересовалась Спунер.

— Я бы пока не стал этого утверждать, — осторожно заметил Чивс.

Я повернулся к Катарине:

— Катарина, разве мы впервые выходим из такой переделки?

— Нет, такое уже бывало, — согласилась она. Я поглядел на Чивса:

— Чивс, на!Пликсси* всегда принято решать семейные вопросы таким варварским способом?

— Да, сэр, даже в наш просвещенный век зачастую принято сокращать количество потенциальных наследников.

— Позволь полюбопытствовать, а теперь, когда Генхис сошел с дистанции, кто же стал наследником?

— Им должен быть доктор Бобр. Я поглядел на Катарину:

— Тебе не кажется, что нас, вероятно, опять использовали?

— С некоторых пор я уже подозреваю это.

— Не желают ли господа офицеры вспомнить, что сейчас будет взрыв? — напомнила нам Спунер, бледная как полотно.

На наружном мониторе Козлика было ясно видно изображение удалявшейся «Немезиды». Внезапно крейсер тихо разлетелся на куски. Я сосчитал до двадцати самых крупных.

— По-моему, в таких случаях принято кричать «Ура!», — предложил Чивс.

Что мы и сделали.

Когда радостные возгласы утихли, я обратился к Катарине:

— Пока мы не забыли, неплохо было бы, наверное, разобраться с транспортным кораблем.

— Ой, верно. — Она включила передатчик. — Командир следующего без опознавательных знаков корабля Грызунов, говорит лейтенант Линдквист, командующая судном конфедеративных сил «Туфля Рустама». Остальные корабли вашей эскадры уничтожены. Приказываю приземлиться в космопорту Шенектади и сдаться властям, чтобы было кого репатриировать обратно на!Пликсси*.

Мы обождали несколько минут.

— А если они этого не сделают? — прошептал я. Катарина пожала плечами:

— Тогда возьмем мел и напишем на борту что-нибудь неприличное.

Вслед за этим послышался ответ с Грызуньего корабля:

— Мы подчиняемся вашему приказу.

— Не знаю, на сколько мне еще хватит нервов, — вздохнул я.

— Кен, у тебя кровь на руке! — воскликнула вдруг Катарина.

— Вас, очевидно, ранил адмирал Генхис, — предположил Чивс. — Вам положена нашивка за ранение.

Я поглядел на размазанную по левой руке кровь.

— Неприятно в этом признаваться, но это меня цапнула кошка.

— Так как насчет денег, Чивс? — спросила Катарина после того, как мы проводили в космопорт корабль Грызунов.

— Это очень сложная и запутанная история, госпожа Линдквист. Приблизительно год назад принц Адольф вдруг ни с того ни с сего пожаловался на некоторые необъяснимые финансовые затруднения. Доктор Бобр великодушно предоставил ему мои услуги, чтобы разобраться в них. Я обнаружил, что принц Адольф желает втайне произвести платежи некоторым неизвестным мне лицам. От его имени я открыл счета на предъявителя, доступ к которым осуществлялся при помощи специальных жетонов.

Катарина внимательно слушала.

— У меня впервые возникли подозрения, когда принц Адольф попросил меня изготовить дубликаты жетонов. Это давало ему возможность, формально передав деньги другому лицу, самому снимать их со счетов. Я поступил сообразно его желанию. Однако, поскольку в семейных кругах принц Адольф славился исключительной способностью терять всякие мелочи вроде запонок, я изготовил и третий экземпляр, который поместил в сейф консульства на случай, если он вдруг когда-либо понадобится. Затем я сообщил доктору Бобру о своих подозрениях. Но так как я не имел никаких твердых доказательств неправомерности происходящего, доктор Бобр склонился к тому, чтобы разрешить мне действовать в том же направлении.

Планируя свой отъезд, я заключил, что у меня могут возникнуть непредвиденные дорожные расходы, и подумал, что с моей стороны было бы упущением не вступить во владение этими средствами в качестве представителя моего правительства. Как только позволят обстоятельства, я намереваюсь предоставить доктору Бобру самый подробный отчет.