Синдром МакЛендона - Фреза Роберт А. - Страница 26

— Сожалею, что мы пытались с тобой сделать то, что делали, Кен. Теперь, когда все позади, мне как-то не по себе из-за этого.

Я и сам ощущал то же.

— А как насчет экипажа? — спросил я у писаря. Банкер.

— Сэр, у меня приказ доставить вас и лейтенанта Линдквист к капитану Хиро. Остальных могу высадить где угодно.

— Угол бульвара Вейнтичинко-де-Майо и Эскимо-стрит! — громко объявила Макхью. Мы высадили там их с Дайкстрой и продолжили наш путь на военно-космическую базу, которая оказалась всего в шести кварталах от порта, откуда мы начали наше путешествие. Банкер припарковала машину и проводила нас в кабинет Хиро.

Кабинет у него был просто прелестный. На ковре вполне мог потеряться мячик для гольфа, а стены были обшиты настоящими деревянными панелями. Письменный стол выглядел просторнее, чем кровать, на которой я сплю.

Капитан третьего ранга Хиро сидел за столом, задрав ноги, и изучал некий листок, напоминавший местное расписание скачек. Мы вошли, Банкер откашлялась, и листок, как и подошвы ботинок Хиро, тут же исчез.

— Добро пожаловать на Мир Шайлера! Пожалуйста, присаживайтесь, — поздоровался он.

Мы с Катариной пожали ему руку и сели на стулья у дальнего конца стола.

— Могу я предложить вам что-нибудь выпить? Лейтенант Пайпер передала мне текст вашего рапорта об: м-м: убийстве и контрабанде наркотиков. И об атаке другого корабля! — Его глаза загорелись. — Жаль, что меня там не было!

Поворачивая голову, чтобы взглянуть на Катарину, я услышал «хлоп, хлоп, хлоп» — словно пара людей стучала кольцами выпускников Академии по столу.

— Примите мои поздравления по поводу успешного окончания операции, лейтенант Линдквист! — улыбнулся Хиро зубастой улыбкой. — Двадцать три.

— Тридцать четыре. Вы очень любезны, капитан, — ответила она.

Я решил, что цифры обозначают номера их выпускных классов. Обычно вояки при посторонних такого не говорят, но для Хиро я сделал скидку — он, без сомнения, застрял в этой дыре на краю галактической карты, как ему казалось, навсегда.

— А это у нас Мики? — спросил Хиро, задумчиво глядя на меня.

— Мичман Маккей. Именно ему мы обязаны успехом операции, — сказала Катарина от моего имени.

На этот раз я удостоился целой улыбки.

— Очень хорошо, мичман! В каком году выпустились?

Катарина сдержанно кашлянула:

— Он мичман запаса.

Хиро моментально выключил свою улыбку. Строевой вояка держит чувства к военным запаса про запас.

— Ну что ж. Все равно хорошая работа, — повторил он, поворачиваясь к Катарине. — Какие формы благодарности? Премия? Какую медаль вы бы хотели получить?

— О, что-нибудь попроще. — Она посмотрела на меня. — Пожалуй, еще рекомендацию о повышении в звании для мичмана Маккея?

— В запасе? Никаких проблем. Я отправлю командующей сектором, капитану Креншоу, приказ на подпись. — Хиро опять заулыбался. Строевой служака считает, что повышение резервиста в чине стоит не дороже печеной картофелины.

— И наверное, необходимо выплатить мичману Маккею небольшое денежное вознаграждение, — прибавила Катарина, пиная меня в лодыжку.

— Уполномочен ли я на это? — спросил Хиро неуверенно. Он посмотрел на дверь.

Писарь Банкер просунула голову в комнату и торжественно кивнула.

— Согласно седьмой главе Законодательного акта о контроле за наркотиками. В случае, подобном данному, когда один корабль контрабандистов разрушен, а второй захвачен, мы имеем замечательные прецеденты. Я должна заметить, что он действовал, рискуя своей жизнью. Все это отражено в моем рапорте. — Катарина хорошенько пнула меня еще раз.

Писарь Банкер снова кивнула.

— Значит, глава седьмая, говорите. — Капитан Хиро задумчиво почесал затылок. — Это практикуется?

— Да, сэр. И я могу со всей откровенностью сказать, что без мичмана Маккея нам бы никогда не Удалось провернуть это дело так, как нам удалось, — продолжала давить Катарина, превращая мою ногу в сплошной синяк, ведь всякий раз, как только я собирался открыть рот, следовал предупреждающий пинок.

Хиро озадаченно нахмурил брови:

— Но:

— Мичман Маккей действовал как сугубо гражданское лицо, когда помогал нам перекрыть канал доставки наркотиков, — негромко прибавила Катарина. — А я находилась на службе, так что с моей стороны не подобает принимать какую бы то ни было награду из денег налогоплательщиков.

— Как вы думаете, сколько? — прямо спросил Хиро, поглаживая челюсть. — Скажем, тысячу?

— Лучше пять.

Хиро бросил взгляд на Банкер, которая в третий раз кивнула.

— Хорошо, черт возьми, мы это сделаем! Банки, оформи бумаги!

— Вот мой предварительный рапорт, он поможет вам быстрее во всем разобраться, — завершила атаку Катарина, протягивая Хиро толстую пачку бумаги.

— Замечательно. А теперь позвольте предложить вам выпить. — Хиро поднялся и подошел к красивой витрине, украшенной деревянной резьбой.

— Он знает, что ты вампир? — прошептал я.

— Узнает. — Катарина деликатно кашлянула. — Я сообщила об этом в рапорте. Так или иначе, об этом все равно бы стало известно.

Хиро, стоя у витрины, повернул голову.

— Капитан, в своем рапорте я упоминаю, что у меня синдром Маклендона, — любезно сообщила ему Катарина. Когда вояка непонимающе заморгал, она прибавила: — Я вампир.

— О, — только и сказал он. — Полагаю, я должен отправить вас в карантин.

— Да, сэр. Я понимаю. Я подам в отставку, как только выясню все подробности по этому делу.

Слова, которые он произнес в ответ, подействовали на меня как удар кирпича по затылку.

— От имени всего космического флота я хотел бы выразить вам глубочайшее сочувствие и пожелать вам скорейшего выздоровления от этого заболевания, — елейным голосом выговорил он.

Заметив выражение на моем лице, Катарина сильно пихнула меня локтем под ребра. Хиро ненадолго задумался.

— Давайте сделаем так: вы пока поселитесь в ВОК, — предложил он. — Если сейчас, пока мы еще не закончили дела, поместить вас в больницу, хлопот с вами не оберешься.

Он вытащил бутылочку сакэ и два стаканчика. После недолгого колебания он прибавил третий стаканчик и вернулся к нам. У меня появилось четкое ощущение, что мое звание офицера запаса в его глазах выглядело гораздо большим недостатком, чем синдром Маклендона. Наливая, он поинтересовался:

— Так остались ли еще какие-нибудь дела? Я сдержанно кашлянул:

— Корабль:

Хиро слегка приподнял брови, словно я произнес нечто глубокомысленное, примерно из той же серии — мол, неудивительно, что лошадь говорит так неразборчиво, удивительно, что она вообще говорит.

— Ах да. Мы должны собрать суд Адмиралтейства. — Он посмотрел на часы. — Лейтенант Линдквист, если вы готовы, мы можем заняться этим прямо сейчас, чтобы покончить разом со всеми делами.

— Отслужить белую мессу? Боюсь, что никогда не принимала в этом участия. И не соответствую своему облику.

— Тогда вы будете моим гостем. Мичман тоже. — Хиро взял маленький корабельный колокольчик и позвонил.

— Мы принимаем ваше предложение, — ответила Катарина, сжимая мне запястье, прежде чем я успел подумать о более резком ответе.

— Банки? Банки! Мы хотим провести суд! Набросай план.

Его писарь просунула голову в дверь:

— Можно начать, как только вы будете готовы, сэр. Принести вам парик и мантию?

— Да, думаю, случай подходящий. Передайте лейтенанту Пайпер, что она назначается консультантом защиты и пусть встретится со своими клиентами. Пяти минут хватит? — Он взглянул на Катарину — мол, прошу прощения, лейтенант Линдквист.

Катарина поправила:

— Лучше десять минут. Иногда мистеру Твердобокому приходится объяснять по два раза.

— Тогда десять минут, Банки.

— Есть, сэр. Они как раз, наверное, закончили их регистрацию в тюрьме. Я возьму с собой лейтенанта Пайпер, и она сможет по дороге назад поговорить с ними. — Писарь Банкер ушла, вышел и Хиро, чтобы переодеться.

Я наклонился и прошептал Катарине: