Синдром МакЛендона - Фреза Роберт А. - Страница 17

— Ты, грязная сексистская свинья!

— Умничка. Где-то на складе у нас завалялись четыре заряда для расчистки препятствий. Подумай, как лучше связать их в веночек и к последнему прицепить пятидесятиметровый линь.

— Заряды-то у нас есть, но ведь этот корабль не будет сидеть на одном месте, дожидаясь, пока мы не подвесим заряд ему на нос. Мы не сможем управлять зарядами, да и взрывчатки в каждом совсем немного — не более килограмма.

— Я придумал другое. Возьми Дайкстру и Спунер и вытащите лебедку. Надо поднять в воздушный шлюз один из кислородных баллонов, повесить на него веночек и установить таймер на три минуты. Когда я тебе скажу, запусти механизм и вытолкни все наружу. И сделай там что-нибудь с этими Траляля и Труляля.

На мостик заглянул Клайд.

— Я… э-э… не мог не подслушать. — Он потер пальцы о свой пиджак и подул на них. — Я руками хорош-шо работаю. Могу помочь.

— Почему бы и нет? — кивнула Катарина.

— Ну что ж, это и твои похороны тоже. Давай, Макхью.

— Есть, кэп, — козырнула Макхью и убежала, все еще слегка озадаченная.

На ее место села Катарина.

— Почему они в нас стреляют?

— Черт меня подери, если я знаю.

— Когда военный корабль нападает на торговый, торговцу остается надеяться только на две вещи: на удачу и глупость, или на глупость и удачу. Дайкстра сказала, что ты самовольно занял место Дэви Ллойда. Как у тебя с нервами?

— Не очень. Терпимо.

— Смотри. — Она указала на экран. Несколько сотен небольших белых пакетиков плавали в пространстве среди мишуры и гуано. — Должно быть, они выпали из четвертого трюма.

— Черт, с каждой минутой становится все интереснее.

— Так оно и есть, Кен. Не люблю быть пессимистом, но даже если эти ребята пока не видят нас через светлую изнанку твоей коричневой тучки, тучка-то трещит по всем швам. Мне кажется, скоро у нас будут проблемы.

— Корабль качается, помоги удержать его ровно. Думаю, один из "У"-каналов все-таки попал не совсем на свое место, когда я на полной скорости включил обратный ход. Вот так, хорошо. Да, я понял, что ты хочешь мне сказать, но есть две вещи, которые сработают в нашу пользу: во-первых, они не могут не увидеть эти белые пакетики, и я думаю, они не станут палить по ним изо всех орудий, если решат, что могут взорваться из-за них и сами.

— Неплохо. А что еще?

— Скажу, когда придумаю. — Я нажал кнопку внутрикорабельной связи. — Макхью, ты на месте?

— Черт, нет еще! — пришел ответ.

— Нечто большое и близкое, — сообщила Катарина, глядя на метеоритный экран.

— Компания?

— Она самая. Они сильно нас повредили. Эта ржавая мышеловка не годится для ответного удара. Есть какой-нибудь план, Кен?

— Я хочу сделать большое облако из гуано и кислорода. И пустить искру. В идеале мне бы хотелось, чтобы хорошенько бабахнуло, когда облако взорвется.

— А мы где будем?

— Надеюсь, далеко-далеко отсюда. На максимальном ускорении. Кажется, я вижу их на курсе градусов сто, они идут параллельно нашему курсу.

— Это они. Допустим, мы не взорвемся прежде, чем успеем убежать подальше настолько, чтобы перестать об этом беспокоиться. Как ты считаешь, сколько у нас шансов, что кислород с гуано смешаются достаточно хорошо для взрыва?

— Как сказано в Библии: «Из праха вышел и в прах обратишься…»

Она огляделась, вывела на дисплей мою модель и принялась обсчитывать ее.

— Я бы сказала, один к трем тысячам.

— Примерно так.

— Я и сама так подумала, — кивнула она. — Я слышала, ты цитировал Общие Правила, когда узурпировал командование?

— Я процитировал параграф 147.2-а, который может существовать, а может и не существовать. Короче говоря, мой захват капитанского мостика — такое же гуано, но в тот момент мне показалось, что это неплохая идея. Ты не хочешь попробовать?

— Нет, у тебя неплохо получается.

— Не жалеешь, что полетела с нами?

— Я никогда ни о чем не жалею, если это только не увеличивает объем моей талии. — Она отрегулировала выход энергии. — Боишься?

— Черт возьми, нет, — буркнул я, пытаясь придать себе храбрости. — Я испугался, когда первый снаряд просвистел мимо моего носа. А с тех пор уже дошел до полного ужаса.

— Ну, пока мы ждем, ты еще не вычислил, кто убил Фридо?

— Два голоса за тебя; Аннали говорит, что это сделал злой дух; и ни у кого нет никаких догадок. Я решил, что это кошка.

Она протянула руку и потрепала меня по шевелюре.

— Анна Катарина, знаешь, что меня больше всего беспокоит?

— Что?

— Когда я дотрагиваюсь до людей, потом обычно пересчитываю пальцы на руке, чтобы убедиться, а все ли я получил обратно.

— Постарайся, чтобы это не выглядело слишком слезливо. Твоя бывшая жена?…

— Она просто служит примером к общему правилу. Мне совсем не нравится, что лучший друг, который у меня есть на корабле, — это вампир, да еще и, возможно, бывший убийца.

Она попыталась улыбнуться.

— Кен, знаешь… — Она щелкнула меня по носу. — Ты вроде догадливый.

Я немного подумал, потом наклонился и поцеловал ее.

— Я давно собирался это сказать — ты вовсе не плохая.

— Эта лесть кружит мне голову. Может, поддадимся?

Я включил интерком:

— Макхью, как дела?

В ответ раздался взрыв ругательств.

— Проклятая штуковина застряла. Дай мне еще пятнадцать минут.

— Мы скоро там будем, — добавил Клайд.

— Где Твердозадый? — поинтересовался я.

— Заперся в спасательной шлюпке, — доложила Дайкстра.

— Что он там делает?

— Подожди немного… Спунер говорит, он там мочится… Черт, нет, она хотела сказать, молится.

— Спасибо. — Я выключил интерком.

Катарина улыбнулась:

— Я все поняла.

— Вот именно. Дэви Ллойд воспользовался тамошней рацией. Если они до сих пор не приняли его капитуляцию, думаю, уже и не примут.

— И что мы будем делать — лететь прямо вперед в течение пятнадцати минут, непрерывно молясь?

— Жду предложений.

— Ты действительно думаешь, что нам удастся отсюда выбраться?

Вообще— то в это время я думал, как выразить то, что крутилось у меня в голове, не показавшись слишком серьезным.

— Нет, — ответил я, не услышав ее вопроса. Наверное, у меня все было написано на лице.

Она улыбнулась, подняла руку и провела ладонью по моим волосам.

— Тогда у меня есть предложение.

Мы заперли дверь на мостик, и, черт возьми, я и не думал, что именно так проведу последние пятнадцать минут своей жизни. Катарина заставила меня держать одну руку на пульте, чтобы вести корабль по курсу, что было не очень-то честно. К тому времени, как Макхью вызвала меня по интеркому, мы подобрались к самому интересному.

— Ну вот, — доложила она. — Мы с Клайдом собрали все в кучу. Надеюсь, ты знаешь, что делаешь.

Мы с Катариной разъединились.

— Нет, не знаю, но быстро учусь, — пробормотал я и посмотрел на Катарину. — Мы готовы?

Она пожала плечами. Наше маленькое коричневое облачко быстро теряло плотность, скрывая нас не больше, чем может скрыть мокрая ночная сорочка.

Я включил интерком:

— Макхью! Сосчитай вслух до тридцати, вытолкни все наружу, да не забудь про выключатель.

Первые пять цифр, которые она произнесла, все как одна рифмовались со словом «мать».

— Я дам полное ускорение через двадцать секунд после того, как Макхью выпихнет подарочек, — шепнул я Катарине. — Ты должна мне помочь, взяв управление тем боковым двигателем, который пока не сломался.

— Так точно, капитан Блад.

— Держи корабль на курсе, Джереми, пока я не выжму из этого ведра все, на что оно способно.

— Похоже, сейчас и этого будет недостаточно.

— Пошло! — крикнула Макхью в интерком.

— Дайкстра, что там Дэви плетет? — вдруг вспомнил я.

— Он рассказывает им о бомбе!

— Тысяча чертей! Тяжко же нам придется. Мы подождали.

— Даю ускорение, — объявил я. Катарина держала корабль на курсе. — О, Катарина…