Синдром МакЛендона - Фреза Роберт А. - Страница 12

Потом мы взялись за Дайкстру. Из всех ее вещей удивление вызвала только коробка с пленками, где среди прочих были записаны Сартр и Камю.

Шаря в нижнем белье, я поинтересовался у Макхью:

— Слушай, а что мы ищем?

Она уставилась на меня так, словно ничего глупее в жизни не слышала.

— Улику! — выпалила она.

— А как она выглядит? — настаивал я. Макхью свирепо зыркнула на меня:

— Откуда мне, черт возьми, знать? Это же ты придумал. Дьявол, здесь нет ничего. Пошли в комнату Кандла.

Мы тщательно досмотрели комнату Кандла. Раз или два все видели дневник, который он вел. Но сейчас ни я, ни Макхью его не нашли.

— Итак, что у нас есть? — вздохнул я, когда мы осмотрели все полки.

— Плетка, собачий ошейник, пачка грязных книжонок, пара пакетов бразильских орехов. Разрази меня гром, то же, что у нас было и час назад. Ты что, уснул и все позабыл?

Я пожал плечами:

— В ванной мы тоже были. Осталась только кровать.

Макхью покосилась на нее и скрестила руки на груди:

— Я до этого ни в жизнь не дотронусь.

— Ладно. — Я быстро стянул простыни, но ничего интересного не увидел. Пытаясь приподнять матрас со стандартной пластиковой рамы, я оперся о спинку рукой, и та чуть подалась в сторону. Я надавил сильнее, и спинка вышла из пазов. Внутри лежало с полдюжины пакетов с белым порошком. Я вытащил верхний и кинул его Макхью. Она молчала. — Что это?

— Хороший вопрос. Не думаю, что это мыло. Она открыла пакет, лизнула палец и обмакнула кончик в порошок.

— Странно, — пробормотала она, — а на вкус как мыло.

Цвет лица у нее никак не изменился, а когда я попробовал, то тоже ничего страшного не произошло. Мы затолкали пакеты вместе с остальными вещами покойного Фридо в корабельный сейф и сообща пришли к выводу, что, не зная, что это такое, мы вполне можем счесть это уликой. Люди не прячут без причины нечто, напоминающее стиральный порошок, даже если они такие олухи, как Фридо.

Следующей по списку значилась кухня. Я разрешил Макхью пошарить по горшкам и сковородкам, а сам сел и попытался разобраться, какие у кого могут быть причины ухлопать Фридо.

Дайкстру я бы заподозрил в последнюю очередь. Она не имела явной причины сделать из Фридо фрикасе, да и вообще у нее не хватило бы воображения задумать такое. Хотя, конечно, если у кого-нибудь на корабле и хватило бы физических сил прижать Фридо к стене и пырнуть его ножом, так это у нее.

И из Макхью вышла бы нелучшая подозреваемая. Несмотря на то, что девять десятых натуры Макхью составляла голая безжалостность, да и видела она от Фридо мало хорошего, такое было не в ее стиле. Аннали хватало на зуботычину, не больше. Я не мог представить себе, как она хладнокровно всаживает во Фридо нож. Быть может, бензопилу или отбойный молоток, но уж никак не нож. Хотя, зная ее в течение десяти месяцев, я не мог допустить, что она станет портить себе карьеру или даже просто тратить свое личное время на Фридо.

Спунер, пожалуй, была самой подходящей подозреваемой, к тому же она изрядно озадачила меня. Не похоже, чтобы она была жестокой, но мы с Макхью порылись в ее пожитках. Не у каждого есть плетка-девятихвостка. Да и ее реакция на смерть Фридо казалась несколько ненатуральной. Побыв женатым, я обратил внимание, что люди, обманывающие друг друга, обычно ведут себя не очень рационально, и вот это на Спунер было уже похоже. Я пометил ее как возможного убийцу.

Оставались Твердобокий и Берни Бо-бо. У Бо-бо был только один явный мотив. Этот клоун страстно желал Вайму Джин всем своим маленьким оловянным сердцем в течение уже нескольких месяцев. Соответственно, он ревновал к Фридо да и ко всем остальным, кто был выше метра ростом, но прятал свои чувства так же тщательно, как и все остальное. К несчастью, мне пришлось вычеркнуть его, потому что Берни так боялся острых предметов, что даже ел при помощи пластиковых приборов.

Зато его приятель Твердобокий был единственным, кого бы мне хотелось обвинить. Он не придерживался никаких принципов, о которых стоило бы говорить, — ведь он оказывал знаки внимания самой О'Дей. К несчастью, даже его лучший друг, если у него вообще были друзья, должен был бы признать, что силы рук ему не хватило бы, чтобы прирезать и слепого паралитика, а представить криминальный талант в человеке, который не мог толком составить расписание вахт на восемь человек, было и вовсе затруднительно.

Последней в моем списке, разумеется, значилась Катарина, которая, по-видимому, и послужила причиной или катализатором того, что случилось. Пока она не появилась, все у нас шло вполне мирно, а о себе она рассказывала очень мало, даже мне. И все же, хотя modus operandi явно указывал на определенные наклонности, я бы на нее не поставил. Если бы она преднамеренно напала на Фридо, то справилась бы с этим получше, а если она совершила убийство в беспамятстве, тогда слишком уж странно выглядело такое своевременное появление распечатки Макхью.

Лично я не убивал Фридо, к тому же я был совершенно уверен, что он не попал под поезд, да и мясника у нас в штате не числилось. Я уже был склонен включить и кошку в список подозреваемых. Но прежде, чем я смогу ответить на вопрос, кто убил Фридо, следовало выяснить — почему. У Фридо не было ни одного явного врага, хотя и друзья его не очень-то любили.

Я дошел в своих рассуждениях до этой точки и уже собирался начать все сначала, когда Твердобокий, просунув голову в дверь, прервал мои размышления.

— Вы собрали отпечатки пальцев? — требовательно спросил он.

Аннали грохнула сковородкой по разделочному столу:

— Чьи? Мы все здесь едим!

— К тому же я все равно не знаю, как это делается, — прибавил я. — Почему бы тебе не вернуться на мостик поуправлять кораблем?

Голова Дэви Ллойда исчезла. Через минуту появилась голова Бо-бо.

— Кен, могу я поговорить с тобой наедине?

— Конечно, Берни. — Я вышел в коридор вслед за ним.

— Кен, последнюю пару дней я постоянно слышу какие-то посторонние звуки на корабле. — Берни выглядел необычно возбужденным. Может быть и я тоже был таким же, поэтому постарался удержаться от напрашивавшегося ответа.

— Так, — осторожно проговорил я.

— Знаешь, в одном кино я видел, как вампир превратился в дым, и я подумал, что таким вот образом Линдквист и пробралась на камбуз и убила Фридо, когда ее никто не видел.

— Берни, — ласково улыбнулся я, — такого даже в кино теперь не увидишь. Не будешь ли ты так любезен вернуться на мостик и помочь Дэви Ллойду управлять кораблем? Мы с Аннали справимся.

— Честное слово, Кен, я все время что-то слышу!

— Конечно-конечно. А теперь иди на мостик. — Я развернул его и отправил прочь, а сам вернулся в камбуз.

Аннали, взгромоздившись на стул, рылась в стенных шкафах.

— Что там у Берни?

— Он тоже что-то слышит.

— Черт! — Она озадаченно посмотрела на меня. — Только этого нам еще не хватало. Разрази меня гром, если здесь можно что-нибудь найти. Будем проверять склад?

— Давай, пошли.

Мы вместе зашагали по коридору.

— Проклятая кошка меня оцарапала, ты видел? — Макхью показала свое запястье.

— Я же говорил тебе, не надо было пытаться побрить ее, чтобы выяснить, нет ли у нее на коже вытатуированных посланий.

— А вдруг бы что-нибудь нашлось, — оправдываясь, проворчала Макхью. Она откатила дверь на склад и взялась осматривать нижние полки. — Проклятье, — пробормотала она. — Клянусь, кто-то здесь шарил.

— Дух Фридо? — предположил я.

— Перестань! — выпалила она. — Говорю тебе, Вайма Джин тоже что-то слышала несколько раз. — Она повернула голову и вопросительно посмотрела на меня. — Ты слышишь — кто-то дышит?

— Нет.

— Где-то там. О Боже, у нас на корабле привидения!

— Макхью, а ну перестань!

— Кен! — Она аж побелела и начала медленно отступать к двери. — Серьезно. Я тоже слышу. Звук вон оттуда. — Она указала на контейнер с овощами. — Господи! Оно стонет!

— Макхью! В этом контейнере ничего, кроме репы, нет. — Я подошел и одним рывком открыл дверцу контейнера.