Главная роль 5 (СИ) - Смолин Павел - Страница 44

Закатав рукав, я кулаком проломил крышку бочонка — хоть на что-то придворный виночерпий сгодился, научил. Народ упражнение оценил и с улыбками начал коситься на бочонки.

— Сегодня без слуг, господа, — поощрил я.

За наполнившим зал треском дерева сдавленное шипение поранившихся было почти не слышно. Я кружкой зачерпнул вина, подождал, пока остальные сделают так же и начал излагать тост:

— Тысячу лет назад на берегу Волхва жили славянские племена. В «Повести временных лет» сказано, что не было промеж них согласия, а потому призвали они княжить варягов, сиречь — викингов. Было ли так на самом деле — неизвестно, больно уж дело давнее. Лично я склоняюсь, что никакого «призыва на княжение» не было — просто Рюрик сотоварищи пришли сюда, чтобы «держать» важный торгово-логистический узел «из варяг в греки». Без согласия славянских племен, однако, усидеть здесь у родоначальников Российской государственности не получилось бы. Нормальный социальный договор феодального толка — воины воюют и за подати не дают воинам-чужакам грабить народ. Минули многие века. Темные века, полные тяжких испытаний и смуты. Переварила Россия варягов, переварила монголо-татар, выплюнула от отвращения польских Лжедмитриев…

Мужики хохотнули.

— … И сделала их всех плотью от плоти земли русской. Смешалась кровь, смешались языки, смешался жизненный уклад так, что и разделить его пытаться смысла нет — всё это наше, родное, русское. Многие страны государственностью викингам обязаны — те же британцы да Габсбурги за чистоту крови веками тряслись, покоренные народы в стойле крепко держали. Другой у нас подход, самой матушкой-Россией в самую душу накрепко зашитый. Россия, господа, это гигантский плавильный котел, который переварит и приведет к общему знаменателю всех. Недруги наши пестуют миф, якобы правящий дом Романовых — не русский, а Гольштейн-Готторпский. Бред сивой кобылы — ежели я на русском языке думаю, русской душой к православному нашему Господу тянусь, да о благе народов великой России пекусь, какой из меня Гольштейн-Готторп?

Внимательно слушающие господа от такого неожиданного поворота удивились, а я чертыхнулся про себя — не туда понесло. Удивительно, но у меня, похоже, тоже комплексы ни на чем не основанные пробуждаются. А я ведь вообще не «Готторп», я, блин, Жора Федоров, и в моем роду одни крестьяне!

— Недруги не одно, так другое выдумают, Георгий Александрович, — заметил князь Кочубей. — А я с каждым вашим словом согласен — пусть и смуглый да с фамилией необычной, но иначе как русским я себя воспринимать отказываюсь!

«Каминг-аут» личного адъютанта заставил в течение следующей пары минут высказаться и остальных «непривычных»: грузина, калмыка, цыгана (бывает и такое!), татарина, дагестанца, рыжего (к огромному веселью присутствующих), немца, еврея, финна, поляка и голландца. Не без инклюзивности в голове я свою Канцелярию собирал, об этническом разнообразии позаботился.

— Выпьем же за Россию, господа. Стоять у ее руля на пороге небывалого века — величайшая честь и счастье для меня, и я рад, что в этом мне поможет такая надежная опора, как вы!

Выпили и принялись ножами и руками кроить куски кабанчика — первая половина тоста исчерпывающе ответила на незаданный вопрос «что тут вообще происходит». Сегодня у нас вечер в стиле викингов — конунг поит и кормит своих людей, тем самым показывая, что уважает и ценит их. Косоворотки и выбранная дата призваны снять подозрения в заигрывании с язычеством — их бы и не было, что такое «посиделки в сеттинге» хроноаборигены понимают — и придать происходящему сакральности.

Следующие два часа протекли в неспешной, упорядоченной беседе — каждый удостоился моего внимания, каждому были заданы личные, но приличные вопросы, каждый услышал от меня добрые слова, и не просто так, а основанные на их личных и неоспоримых достижениях — поработать на благо Родины так или иначе успели все.

Ну а дальше градус взял свое — потеряв аристократический лоск, но сохранив рассудок и честь, мы пели песни, говорили о России — эта тема поистине неисчерпаема! — травили смешные байки, обсуждали будущую войну и поедали кабанчиков — одного на такую ораву конечно не хватило! «Ближники» веселились на всю катушку, а я не забывал внимательно вглядываться в лица — одного «Иудушку» я выгнал, но кто сказал, что не появится или уже не появился другой, осторожный, умный, намеренный играть «в долгую», а потому — опасный?

Глава 23

Весна 1892 года неумолимо приближалась. Так-то все нормально: важные дела выполнялись согласно планам, дела чуть менее важные запаздывали по объективным причинам и согласно тем же планам — не бывает так, чтобы без задержек и ЧП, но на общую картину они не влияют: так, где-то постройку не успели возвести, где-то погода подкачала, где-то — как на строительстве Мурманска — как-то быстро «фонды» закончились, и я прекрасно знаю, в чьи карманы переехали денежки со строительства стратегического объекта.

«Сетка» у дяди Леши моё почтение! Разумеется, сам он личными визитами в конторы с запуском загребущих лап в сейфы не утруждается, доверяя это почетное дело прикормленным деятелям: как служивым, о карьере которых «Пуды» лично позаботился, так и гражданским — откаты за допущение к госзаказам нужных себе подрядчиков дядюшка получает сказочные. По документам выйти на Алексея Александровича не получится при всем желании — командующий флотом со своими печатью и подписью фигурирует лишь там, где это необходимо, без участия в хозяйственно-денежной жизни вверенного подразделения. Именно это и дает ему право отмахиваться от семейных просьб воровать поменьше: за руку не пойман, идите нафиг. В общем — на месте будущего Мурманска образовалась финансовая дыра, затыкать которую пришлось траншами из моих личных средств, иначе стройка попросту бы встала. Очень плохо, но сделать пока ничего не могу — разве что велеть разбираться самим, а через пятилетку обнаружить вместо порта с инфраструктурой парочку фундаментов и пяток котлованов. Спасти от загребущих дядюшкиных рук новые корабли получилось — вместо него на приёмку ездят более адекватные товарищи, а мистеру Крампу в связи с прошлогодним кейсом я отправил длинное письмо, наполненное пониманием — мы, конечно, сами виноваты, что брак за откат принимаем, но мы с вами ведь собирались работать на перспективу.

Архангельск на днях «разморозится», и Мурманску станет полегче — с перевалочным морским пунктом снабжение стройки выйдет на новый уровень, а сами жители Архангельска и окрестностей на этом деле заработают — сплошные плюсы.

Лучше всего в тех краях на данный момент ощущает себя железнодорожная ветка — над ней Флот не властен, а воров не подпускают назначенные мной руководители. Неплохо чувствует себя и Транссиб — за последние полгода туда прибыло очень много заказанных мной на китайские деньги материалов, техники и дополнительных низкоквалифицированных рабочих — китайцы в основном, и часть из них останется у нас насовсем, если захочет: по истечении годового контракта имеют право подать прошение на получение подданства. Едва ли останутся — жалование там хорошее, питание — казенное, спальные места в наличии: получается нормальная «вахта».

В мое время в интернете как-то видел блог про посещение места, где китайцы выстроили себе парк с миниатюрами чудес света. Народ потешался, но мне хватило знаний о тех краях, чтобы понять простую вещь: Китай в глазах аборигенов самая лучшая страна, а значит нет ни одной причины не завозить в нее самое лучшее — так можно полюбоваться варварскими достижениями, не тратя время на посещение варварских стран. Если воспринимать этот пример в качестве метафоры, можно привязать к нашим реалиям: нет ничего зазорного в том, чтобы тащить к себе стоящие штуки. Нет ничего плохого в том, чтобы купить патент и наладить производство нужного здесь, у себя. Если производить по патенту не выгодно, нет ничего зазорного в том, чтобы импортировать готовый товар — если, конечно, это не стратегически важная фиговина, без которой загнется всё. Типа как подшипники — их закупать готовыми выгоднее, но парочку заводов «под ключ» я заказал: с появлением автомобилей потребность в железных шариках вырастет до небес.