Сухой закон (СИ) - Дорохов Михаил Анатольевич - Страница 1

Annotation

«…Ты просишь меня, но делаешь это без уваже…»

Стоп! До того, как стать «крестным отцом» Нью-Йорка еще надо дожить! А я только появился в этом мире.

Что значит – я должен денег? Кому? Ирландцам?

Чей склад мы ограбили? Итальянской мафии?

Почему что-то тикает у нас в машине?

Русская Америка. Сухой закон

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Русская Америка. Сухой закон

Глава 1

Где наши деньги???

Стекло со звоном разбилось на сотни мелких кусочков. Длинная автоматная очередь прошила комнату, круша мебель, разнося чашки на столике и разрывая книги на полках. Граммофон с громким дробным звуком словил пару пуль и с адским грохотом улетел на пол. Я спихнул обнажённую девушку с кровати вниз и упал следом, запутавшись в белоснежных простынях. В ухо ударил пронзительный визг Мэри.

Быстро перекатился по паркету к кобуре, висевшей на стуле вместе с одеждой. Выхватил свой Кольт, лихорадочно соображая. Мой ствол против автоматической винтовки Браунинга может только засвидетельствовать уважение. В том, что нас поливали огнём из чего-то подобного, у меня сомнений не было.

К очереди присоединились гулкие баханья парочки дробовиков. Люстра над головой лопнула, окатив нас хрустальной крошкой. Несколько секунд молотили только дробовики. А затем снова длинная трель автомата. От бедра, что ли, работают? Я подтолкнул девушку в сторону двери. Она прекратила визжать, и на карачках, подняв аппетитную попу, застучала коленями по направлению к выходу. Я протянул вверх руку и крутанул ключ чтобы выпустить красотку наружу.

— Моя одежда! — спохватилась Мэри.

Женщины неисправимы. Погибать будут, а про шмотки вспомнят! Я бросил в неё скомканную простыню, чтобы прикрылась, и захлопнул дверь. Погибать, так джентльменом. У неё тоже «весёлая» ночка. Поработала, называется, с новым клиентом. А вот мне туда — в коридор, путь заказан. На лестнице тоже могут быть вооружённые стрелки.

Я лишь на мгновение выглянул в коридор. Мэри скрылась в какой-то комнате. Из неё, вроде бы, вел ход через балкон вниз по лестнице и во двор. Отлично…

Вдруг оттуда раздался визг девушки.

— В сторону! — заорал на неё мужской голос.

— Не стреляйте! Нет! — запричитала исполнительница мужских грез.

— Пошла вон отсюда!

— Моя одежда!

— Живо! — заревел басом неизвестный.

Понятно… Запасной путь перекрыт. Ну хоть выстрелов не слышно — значит, девушка жива. Из той же позиции лёжа на полу выставил пистолет в сторону двери. Как только оттуда высунулся силуэт в костюме и с дробовиком в руках — я нажал на спуск. Первый выстрел, второй.

Кажется, зацепил урода! Гангстер дёрнулся, как от удара кувалдой в плечо, вскрикнул, и тут же кинулся обратно за спасительную преграду, переходя на отборную ругань.

— Не дайте ему уйти!

На лестнице, ведущей вниз за углом коридора, забухали тяжёлые ботинки. А вот это совсем не радует. Вечер перестал быть томным окончательно.

Я перекатился обратно, захлопнул дверь и с натугой придвинул здоровенный диван к ней. Подкатился под массивный подоконник и затаил дыхание. Огонь с улицы прекратился так же быстро, как и начался.

— Ми-и-и-стер Соколов! Мне кажется, у нас с Вами некоторые разногласия! — послышался издевательский голос, — Приглашаю Вас обсудить наш бизнес!

Этот мерзкий голос я узнаю из тысячи.

— Может, Вы его грохнули, шеф?

— Заткнись. У них второй этаж. И я стрелял высоко. Этот гадёныш мне нужен живым. Пока…

Я облизнул пересохшие губы и слегка выглянул наружу, держа пистолет наготове.

Два «Форда» стояли поперёк дороги, свет от их фар бил в стену здания. В тени расположились, на первый взгляд человек пять. А впереди в расслабленной позе, закинув винтовку на плечо, курил высокий мужчина. Тёплое дорогое пальто и элегантная шляпа отливали серебристыми нитями, сверкающими в свете фар.

— Ну же, мы же с Вами деловые люди! Не стесняйтесь.

Я лихорадочно соображал. Неприятную мысль о том, что моё место «отдыха» сдал кто-то из своих — отогнал подальше. С этим разберёмся потом. Если я останусь жив. Чёрт возьми, совсем недолго в этом мире, а я уже попал в разборки гангстеров.

Но обо всём по порядку…

* * *

3 октября 2009 г.

— Благодарим нашего гостя за очень интересный доклад и развёрнутые ответы на вопросы. Напоминаю, с темой «Экономические риски малого бизнеса для иммигрантов в США в 20-ые годы XX века» выступал коллега из России, Антонов Иван Романович. Рады, что на нашем экономическом форуме присутствуют и историки.

Дежурное, в общем-то, объявление. Кто же знал, что это мой последний доклад в этой жизни…

Я слегка кивнул аудитории, поблагодарил всех присутствующих на английском и направился к своему месту. Лёгкое волнение отступило. Цель моей командировки достигнута. Жаль, что нет возможности остаться на фуршет и неформальное обсуждение докладов в последний день конференции. Я с грустью проводил глазами к маленькой сцене доцента колледжа Сан-Франциско Лию Мэй. Обворожительная полукитаянка–полуфранцуженка. Длинные ноги, тонкая талия, чёрные как смоль волосы и аппетитные формы, несмотря на возраст уже к сорока. Вчера на симпозиуме посылала мне явные знаки, что можно пообщаться и в более приватной обстановке. Но меня ждёт вечерний самолёт Вашингтон-Москва, затем пересадочный домой, а уже завтра надо оказаться в деканате. Сессия у моих студентов начинается в этом году раньше. Заодно и за командировку отчитаюсь — если университет решил раскошелиться и «посветиться» в заграничной конференции, то и по тратам спросит — как положено…

Задав пару вопросов последнему докладчику, я пропустил вперёд дам, и вышел в длинный закругляющийся коридор. Помпезные резные панели из красного дерева, старинные светильники. Только проход узкий, для большой делегации историков и экономистов очень тесный. Всё-таки, библиотека Конгресса США менее удобна для конференций и форумов, чем Ленинская в Москве. Вот как прицепилось в детстве это название, Ленинская, так и не могу избавиться от него.

Попрощавшись с коллегами, я двинулся через высокую колоннаду центрального входа и вышел наружу. Накинул куртку, осень в Вашингтоне холодная. На часах половина пятого, я успею зайти пообедать в столовой рядом с гостиницей и собрать вещи. Потом — аэропорт Даллеса и вперёд — в Шереметьево.

Пока обо всём этом думал — прошёл всю площадь перед библиотекой. Впереди уже была видна неоживлённая дорога, по которой не спеша катили презентабельные авто. Вашингтон — город политиков и чиновников. Жизнь здесь очень дорогая. Фактически, большинство населения либо госслужащие всевозможного пошиба, либо те, кто работает в разного рода сферах обслуживания.

На тротуаре расположилась большая группа демонстрантов, выкрикивающая лозунги и потрясающая размалёванными плакатами. Полицейские машины выстроились вдоль дороги. Служители порядка не давали митингующим занять проезжую часть. Несколько человек винтили полуголого демонстранта, неразборчиво орущего что-то на испанском. Из Мексики, что ли?

Я свернул от входа направо, благо мне не придётся идти прямо через толпу. До моей гостиницы минут семь ходьбы, совсем немного. Можно полюбоваться архитектурой. Прошёл несколько метров и почуял неладное. Вот прямо по спине мурашки пробежали. Холодок достиг затылка и неприятно заколол. Я обернулся на ходу. От толпы демонстрантов отделилось два человека. Они на всех парах летели прямо ко мне. А точнее, сматывались от полицейских, которые припустились за ними, на бегу расстёгивая кобуры и истошно выкрикивая призывы остановиться. В руке одного из беглецов был нож.