Иной мир. Компиляция (СИ) - Водинов Кирилл - Страница 21

В течение получаса семейство англичан поспешно собиралось. Загрузив все пожитки в Дефендер, они уехали в направлении, с которого совсем недавно приехал я. Молодцы англичане. Хотя бы девочка-ирландка выживет. Со мной у неё явно больше шансов, чем с ними. Загнутся англичане. На сто процентов уверен.

– Хватит хныкать, – требовательно сказал я. – Радоваться должна, а не слёзы пускать.

Кейли мгновенно замолчала и захлопала большими зелёными глазами. Так намного лучше.

Осмотревшись, я нашёл место недавнего лагеря вполне обжитым. Двухметровый квадрат очищен от слежавшейся хвои, и в его центре горит костёр. Две алюминиевых рогатки и перекладину англичане забрали с собой. Ничего, у меня свои есть. Скоро стемнеет, и можно смело разбивать лагерь. Поесть приготовить, чайку вскипятить, музыку послушать.

– Ты куда-нибудь торопишься? – спросил я у Кейли.

Она замотала головой. Я улыбнулся:

– И я не тороплюсь. Значит, до утра здесь пробудем, а с рассветом продолжим путь. Только скажу сразу: палатка у меня одна. Либо в ней вместе спим, либо ночуешь в машине. Поняла?

Кейли кивнула. Дар речи что ли потеряла? Или шок не прошёл? Разберемся.

В первую очередь я занялся поиском дров. Оказывается, это довольно сложное занятие. Пока ехал по лесу, много раз видел массивные сучья, отвалившиеся от огромных стволов. Поваленных или засохших деревьев не видел ни разу. Странно.

Кейли, побоявшаяся остаться в одиночестве, вызвалась отправиться на поиски дров вместе со мной. Минут тридцать слонялись по лесу и чуть не заблудились, но набрели на свои же следы и почти вернулись к машине. Увидев Тойоту, я остановился и задумался. Кейли, видимо, осмелев, спросила:

– Мы что-то ищем?

– Да, – кивнул я. – Дрова ищем.

– А у Хардманов дрова с собой были, – осторожно прошептала Кейли.

– Буду я еще дрова с собой возить, – буркнул я. – Пошли к машине, сейчас что-нибудь придумаю.

Проблему питания костра решил с помощью коры. Обтесав топором одно из деревьев, бросил кору в костёр и понял, что горит она отлично. Дымновато и с запахом смолы, но это уже не изменишь. Хвойные деревья ведь. Смола у них везде.

В том месте, где стесал кору, начала собираться смола. Спустя какое-то время эта смола застыла и стала похожей на желтоватое стекло. Интересно. Наша, земная, так не умеет. Нужно взять на заметку. Вместо эпоксидки вполне сгодится.

На организацию временного лагеря ушёл час, большее время из которого я перекладывал вещи из машины на улицу и обратно в машину. Следующее, что сделал, приготовил ужин. Макаронно-картофельную похлёбку с тушенкой и котелок свежезаваренного чая со сгущенным молоком. В роли стола выступил ящик с патронами. Привилегию сидеть на походном стульчике отдал Кейли. Самому пришлось сидеть на чём придётся.

Распробовав похлёбку, нашёл её вполне удачной. В лесу еда всегда вкусная получается, чего не скажешь о приготовленной в квартире. Строго посмотрев на Кейли, я сказал:

– Ешь.

Девушка осторожно взяла тарелку с похлёбкой и алюминиевую ложку. Незаметно понюхав, начала есть. Спустя несколько минут тарелка опустела.

– Понравилось? – с улыбкой спросил я.

Девушка энергично закивала и жестом попросила добавки. Похоже, что она побаивается меня.

– То-то же, – сказал я. – Это тебе не английскую требуху жевать. Русский солдатский супчик!

Добавку Кейли съела с меньшим энтузиазмом. Чай со сгущённым молоком ей тоже понравился.

– Сколько лет-то тебе? – поинтересовался я, устав молчать.

– Двадцать один, – тихо ответила Кейли.

– Мне тридцать четыре. Староват.

– Не старый, – улыбнулась Кейли. – Ты русский солдат?

– Был, – сухо отозвался я. – Сейчас уже не солдат. Уже несколько лет не солдат.

– Ты солдат, – уверенно поставила вердикт ирландка.

– Пусть будет по-твоему, – согласился я.

– Мы умрём? – неожиданно резко спросила Кейли и задрожала.

– Почему? – удивился я. – Умирать не собираюсь. Да и тебе не дам. Всё будет хорошо.

Мои слова успокоили девушку. Решив, что пора заканчивать посиделки у костра, показал на палатку и сказал:

– Спать пора. Ты где спать будешь, в палатке со мной или в машине?

– В палатке… – растерялась Кейли. – Или в машине… я боюсь…

– Боишься спать одна или боишься спать со мной? – уточнил я.

– Одна… с тобой боюсь… страшно…

Я тихо рассмеялся:

– Меня можешь не бояться. Не насильник, не обижу. Хочешь спать со мной, спи. Одеял у меня два. Даже три, точнее. Ночи здесь не холодные, так что не замерзнем. В общем, выбирай сама…

Спать мы легли в палатку. Как положено, я сперва занялся безопасностью. Даже если в энциклопедии написано, что в мёртвом лесу ночью безопасно, то обольщаться не стоит. Появление агрессивных двуногих никто не отменял. Люди, они ведь коварные. Расставив несколько растяжек, на установку которых ушло более получаса, я пришёл в палатку и лёг спать рядом с заснувшей уже Кейли. Девушка уснула в позе эмбриона, с головой укутавшись в одеяло. Пролежав с открытыми глазами почти час и думая о новом мире, я не заметил, как уснул.

***

Проснулся в объятьях Кейли. Видимо, всё-таки замёрзла и на автоматизме прижалась к чему-то более тёплому. Точнее, к кому-то. В отличие от неё, я лёг спать в одних трусах. Так теплее, если кто не в курсе. Осторожно освободившись от объятий ирландки, выбрался из палатки.

Лес молчалив и темен. Лес ещё не проснулся. Я же, наоборот, бодр и свеж. Решил не одеваться, а сделать зарядку. Новый мир, безусловно, требует хорошей физической формы.

Набрав коры, развёл костёр и поставил подогреваться чайник и вчерашнюю похлёбку, а затем решил снять растяжки.

Кейли проснулась к завтраку. Жаль, что не умеет по-русски говорить. Балякать на английском порядком устал. Не профи я. Любитель.

Сделав все дела, мы собрали пожитки, сели в машину и продолжили путь. Интересно, когда этот лес закончится? Надоел уже.

Часа три пути прошли в полном молчании, а затем мы увидели интересную картину. Небольшого кабанчика, того самого, похожего на вьетнамского вислобрюхого поросёнка, килограммов двести – двести пятьдесят весом, заловила лавандовая пантера. Стадо поросят численностью в тридцать-сорок особей свалило на безопасное расстояние в сторону и наблюдает, дружно похрюкивая. Кабанчик, трепыхающийся в лапах лавандовой пантеры, верещит на всю округу.

– Какая красивая кошечка! – восхитилась Кейли. – Блестящая!

– Ага, – согласился я. – Блестящая и опасная. Сейчас кое-что попробую. Авось мясом обзаведёмся. Всяко лучше тушёнки.

Включив передачу, я погнал прямо на лавандовую пантеру и орущего в её лапах поросёнка. Кошка добычу не выпустила. Разжала челюсти и зашипела на стремительно приближающегося врага, продолжая передними лапами удерживать поросёнка и прижимать его к земле.

Я нажал на сигнал. Мощный гул полетел по лесу. Стоящие вдалеке поросята решили не испытывать судьбу и свалить. Лавандовая пантера на звук пневматического сигнала ответила злобным мярганьем.

– Она не боится, – почти крикнула Кейли. – Ты её давить собрался?

Я покачал головой. Давить кошку точно не стану. Только напугаю. Уже заметно, что она боится.

Когда до лавандовой пантеры осталось метров пятьдесят, она решила действовать. Мощные челюсти сжались на шее поросёнка. Рывок, затем прыжок и кошка оказалась рядом с мощным деревом, при этом не выпустив добычу. Сильна! Почти с равным своему весом прыгает.

Ещё один прыжок и когти вцепились в дерево. С верещащим поросёнком в зубах пантера начала карабкаться по стволу дерева вверх.

Я остановил машину и высунул голову из окна. Метров десять пантера преодолела достаточно бодро, а затем начала уставать. Кора, отдираемая мощными когтями, посыпалась вниз.

Преодолев отметку в тридцать метров, пантера окончательно устала. Уже почти не издающий звуков кабанчик был выпущен и рухнул на землю рядом с мощным стволом дерева. Потеряв добычу, пантера с лёгкостью продолжила подъём. Спустя десять секунд с трудом различал её в кроне дерева, а затем она пропала совсем. Наверняка затаилась. Ничего, кошечка, потерпи минут двадцать, и всё будет.