Иной мир. Компиляция (СИ) - Водинов Кирилл - Страница 116

— Наверху тоже кто-то есть, — сказал Угрх. — И не один. Опасайтесь нападения. Похоже, что это горные скорпионы.

Сколько раз я пожалел, что не изучил энциклопедию местной флоры и фауны от корки до корки? Много раз пожалел. И продолжаю жалеть. Задним числом все умные.

— Что за горные скорпионы? — спросил я. — Убить их реально?

— Реально, но их может быть много, — ответил Андрюха. — Не дайте им себя ужалить. Яд не смертелен, но паралич человеку на два-три часа точно обеспечен. Размером они не крупнее барана.

— Бывают и покрупнее, — не согласился Угрх. — С быка размером. С вашего, земного быка.

То, что горные скорпионы не умеют прыгать, меня обрадовало. Ползать они умеют по любой поверхности. Скорее всего даже по потолку пещер.

Первый скорпион медленно выполз из тумана на высоте шестидесяти с небольшим метров. Я выстрелил. Пуля попала в головогрудь скорпиона и тот полетел вниз.

— Разбегаемся! — крикнул я и бросился к противоположной стороне ущелья. Боков рванул за мной.

Не побежали Угрх и Стенли. Первый — потому что понял, что на него скорпион не упадёт. Второй — потому что не понял, что от него требуется. Русского языка он не знает.

Скорпион упал на камни в метре от Стенли. Хруст получился сильный. Насекомое-переросток, весом не превышающее тридцати килограмм, погибло от удара, но конечностями шевелить не прекратило. Испуганный Стенли бросился к нам. Андрюха сказал ему держаться стен ущелья и тот вроде бы понял. А может быть нет.

Вторая ползучая тварь из класса паукообразных появилась спустя пол минуты. Ползёт по дну ущелья, особо не спеша.

Андрюха выстрелил, но скорпиона пуля не взяла. Срикошетила от туловища и ушла в неизвестном направлении. Вот он минус промежуточного патрона «5,56×45 NATO» которым стреляет «HK416». А ведь Боков так нахваливал свою трофейную штурмовую винтовку и приводил много плюсов в сравнении с «FN SCAR-H». Мощный патрон победил!

Я выстрелил, и скорпион не смог продолжать движение. Скукожился и начал бить хвостом по камням. Больше не опасен.

— Они со всех сторон, — сказал Угрх. — Около тридцати, может больше. Еще где-то прячется их мама. Её я чувствую слабо. Мы на целую семью нарвались. Уйти не получится. Это были разведчики. Следующая партия будет намного активнее.

Андрюха скинул свой рюкзак и быстро вытряхнул всё его содержимое на камни. Решил по-быстрому собрать пулемёт «Mark 48», который принадлежал одному из негров. «По-быстрому» вряд ли получится.

— Я пулемёт соберу, а ты пока прикрой, — сказал он. — Тридцать — не три. Надо что-то мощное. Stanley, come to me!

Угрх поднял булыжник размером с баскетбольный мяч и с поразительной точностью швырнул в появившегося из тумана скорпиона. Соприкосновения с каменюгой тот не выдержал. В стороны брызнула ядовито-жёлтая жижа. Да, этому мишке огнестрельное оружие точно не требуется.

Скорпионы начали появляться со всех сторон. Я принялся стрелять, стараясь не подпускать самых ближайших. Сложнее всего с теми, что наступают сверху. Настоящий скорпионопад! Пора бы Андрюхе поспешить. Стенли уже выложил из своего рюкзака короб с лентой для пулемёта. Угрх показывает точное метание булыжников. Ни одного промаха.

Я уничтожил двенадцать скорпионов, потратив на них один магазин, когда загрохотал пулемёт. Дело пошло активнее. Падать они начали вдвое чаще. Стреляя вверх, достаточно просто попасть. При падении скорпионы не выживают.

Когда я застрелил очередного скорпиона, Угрх сказал:

— Это был последний. Осталась только мать. И она идёт. Я сам разберусь. Надоело ваши грохоталки слушать…

Мать-скорпион появилась из тумана. Здоровенная и опасная. Я и Андрюха обрушили на неё огонь из двух стволов. Натиска тяжелых пуль насекомое выдержать не смогло. Полетели куски вырванного панциря. Правую клешню перебило. Затем перебило левую. Одна из пуль разбила хвост с жалом на конце. Всё, можно не боятся.

Я сменил пустой магазин на новый и сказал:

— Грохоталками, Угрх, всяко сподручнее будет…

Нам пришлось поспешно ретироваться с места боя. Из всех щелей начали вылезать мелкие насекомые. Самая настоящая орда ползучих гадов устремилась на неожиданно появившееся лакомство, которыми стали поверженные скорпионы. Пауки, многоножки, сколопендры, жучки и небольшие мухи — всё это ерунда в сравнении с насекомыми-уродами, вылезающими из стен ущелья. Ненавижу насекомых! Готов жечь их огнемётом каждый день! Мечтаю о безобидных Сибирских комарах и мошках…

Ещё десять километров пути пройдены. Ущелье постепенно расширяется. Сейчас оно достигает ширины почти в километр. Стены стали более пологими. Туман рассеялся. Солнце высушило нашу одежду и заставляет потеть. Вдоль ущелья, справа и слева, в небо тянутся могучие, уныло-чёрные, немые и величественные горы. Исполины, прожившие целую вечность, которым ни до чего нет дела. Кто мы для них? Всего лишь мгновения.

— Я хочу жрать! — поставил всех перед фактом Андрюха. — Не знаю, как остальные, но моё тело требует привала. Хорошего привала со вкусной едой, мягкой лежанкой и расслабляющей тело настойкой. Угрх, я ведь прав?

Угрх, не сбросив темпа, ответил:

— У нас нет еды. Поблизости она тоже не бегает. Продолжаем идти.

Мы дошли до места, где к бегущему по дну ущелья ручью примыкает ещё один такой же ручей. Течёт он откуда-то с гор. Из-под гор, если говорить правильно. Пещеру, из которой ручей вытекает было видно отлично, но приближаться к ней мы не стали. Не все пещеры этого мира безопасны.

Шагая вдоль ручья, подпитанного пещерным собратом, Угрх резко остановился и словно приготовился к прыжку. Осторожно сняв рюкзак с плеч и положив копьё на камни, он проворно бросился в воду. Прямо в центре ручья что-то забурлило и разбросав брызги в стороны, бросилось прочь от бегущего медведя.

Погоня была не долгой. Угрх достиг виновника брызг и бросился на него. На сушу полетело что-то бардовое и похожее на скорпиона. Упав на камни, оно начало щёлкать клешнями и стрекотать.

— Мать честная! — воскликнул Андрюха. — Да это же рак!

Угрх поймал рака. Размеру и весу рака может позавидовать даже индюк. Прижав добычу к земле лапой, Угрх довольно объявил:

— Можем устроить привал!

Фрагмент 6

Сложнее всего было собрать дрова. Пришлось рыскать по окрестностям и брать всё, что может гореть. Вдвоём с Андрюхой мы смогли за пол часа натаскать приличную кучу различных веточек, щепок и корней. Угрх всё это время не сидел сложа лап. Казан уже наполнен водой, а рак разделан и лежит в нём, тщательно приправленный специями. Столом нам послужит огромная каменная глыба, которую Угрх перевернул плоской стороной вверх и выровнял путём подкладывания под неё камней. Из некрупных камней Угрх так же сложил пародию на печь и поставил на неё казан. Ветки загорелись неохотно. Чувствую, что ждать нам придётся долго. Стенли развалился на согретом солнцем камешке, и слега похрапывает. Проснётся — будет орать. Стоит ему уснуть, и его память обнуляется.

— Может всё-таки посолим? — предложил Андрюха и вытащил из трофейного рюкзака баночку с солью. — Ты только попробуй солёную пищу, Угрх. Пальчики оближешь!

Угрх, сидящий рядом с казаном, и охраняющий его, продемонстрировал свои жутко большие и острые, как хирургический скальпель, когти. Поиграв ими, он сказал:

— Где ты увидел пальчики?

— Ну это выражение такое, — оправдался Андрюха, пытаясь приблизиться к котелку. — Соль хоть и вредна, но придаёт еде гамму вкуса. И сомневаюсь, что соль сможет навредить такому, как ты. Вмазал настоечку и снова здоров.

Угрх взглядом дал понять, что если Боков попытается посолить еду, то полетит далеко и быстро. Оставив когтем на одном из камней глубокую царапину, он сказал:

— Дело не в том, полезна соль или вредна. Я с рождения ел несолёную пищу. Солёная не кажется для меня вкусной. Ты понимаешь это, человек? Почти две сотни лет есть одну еду, а затем начать есть другую? Солить не будем!