Иной мир. Компиляция (СИ) - Водинов Кирилл - Страница 107

— Встречал таких раньше? — спросил я, прижавшись к спине Андрюхи своей спиной. Стрелять в холостую мы не решаемся. Переместились на относительно открытый участок леса и ждём.

— Не встречал и даже не слышал о ней, Никита. Думаю, как назвать, но годных словечек на ум не приходит. Есть варианты?

Тварь имеет точно такое же как у шимпанзе строение тела, сильные передние и задние конечности, возможность ходить на задних лапах, а при помощи передних отлично хватать предметы. Голова похожа на волчью, но более плоская, с короткими ушками и глазами-бусинками.

— Обезьяна-волк, — сказал я, выискивая цель между ветвей деревьев. — Пусть будет так. Примитивно, конечно, но зато язык ломать не придётся.

Деревья, имеющие мощные стволы и переплетающиеся ветви, свисающие до земли, сильно мешают. Обезьяна-волк находится в своей стихии и прежде, чем удаётся прицелиться, она успевает скрыться.

— Пусть будет по-твоему, — согласился Андрюха. — Меня всё устраивает.

Уловив движение в кроне дерева в сорока метрах от нас, я быстро поймал серо-белое пятно в прицел и выстрелил. Раздался истошный вопль, в сравнении с которым звук выстрела показался сущей мелочью, на которую не стоит обращать внимания.

— Молодец, попал! — обрадовался Андрюха и развернувшись, начал выискивать тварь.

— Слегка зацепил, — сказал я, когда рёв прекратился. — Либо уйдёт, либо ещё больше разозлится.

Поймав движение слева периферическим зрением, я быстро нашёл цель, взбирающуюся по толстым ветвям к кроне дерева и снова выстрелил. Метил в тело, но попал в правую переднюю лапу. Обезьяна-волк, снова заверещав, начала падать с высоты десяти метров, ударяясь о ветви.

— Не стреляй! — скомандовал Андрюха, когда животное рухнуло на корни. — Оно уже не нападёт.

Мы начали осторожно подходить. Животное закричало и захотелось зажать уши. Решили не приближаться. Мой точный выстрел перебил обезьяне-волку лапу в районе четырёхпалой кисти. Первое попадание было в задний коленный сустав.

Когда животное прекратило кричать, закричал Андрюха:

— А не надо было на спокойно идущих людей нападать! Мы тебя не трогали! Сама виновата!

Снова рёв. Не обращая на него внимания, мы продолжили путь. Я поёжился, вспомнив нападение. Обезьяна-волк почти достала нас, прыгнув с высоты, но Андрюха успел заметить тень и оттолкнул сперва меня, а затем отпрыгнул сам. Упав на землю, обезьяна-волк рванула в лес и принялась выжидать удобный момент для следующей атаки. А ведь могла разделать нас пока мы пытались встать. Так сказать, повезло.

— Её местное зверьё добьёт, — сказал Андрюха, когда вой обезьяны-волка уже почти не слышался. — Раненый хищник в этом мире добыча.

— Этот мир мне нравится всё меньше и меньше, — пробормотал я. — Тут даже обезьяны до ужаса страшные, охочие до мяса и при этом слишком большие. Три сотни килограмм, скачущие по деревьям — зрелище не для слабонервных…

Два километра позади и при том без каких-либо опасностей, если не считать таковыми мелких и крупных змей, которых мы обошли стороной. Когда Андрюха воскликнул «Бусук!», я успел испугаться и начать поспешно выискивать цель. Искал я огромного и злого барсука, вознамерившегося нас сожрать.

На деле всё оказалось проще. Бусук — здоровенное дерево, похожее на пальму, но со стволом, от низу до верху облепленным плодами, напоминающими авокадо.

— Съедобное? — с осторожностью спросил я, не забывая поглядывать по сторонам.

— Ещё как! — ответил Андрюха. — И попьём и пожрём!

Плоды оказались мягкими и сочными. Те, что растут выше, сочные до ужаса, немного сладковатые и чем-то напоминают переспевшую земную грушу. Плоды у самой земли твёрдые и по вкусу почти как варёная картошка. По словам Бокова, бусук дерево редкое и встретить его настоящая удача. Плоды бусука имеют в своём составе много белка и углеводов. Для восстановления сил то, что надо. Поели, попили, немного положили в карманы и пошли дальше. Пройдя еще немного, нашли интересное дерево, листья которого тонкие, длинные, узкие и при этом прочные. При помощи имеющегося у Андрюхи ножичка сумели сделать для автоматов ремни. Жить стало проще.

— Хотел спросить, — заговорил я, когда мы устроили небольшую остановку возле удачно подвернувшегося ключика с сильно холодной и вкусной водой. — С магией в этом мире как?

— С магией? — удивился Андрюха, склонившийся над ключиком и черпающий из него воду ладошкой. — С какой магией? Ты о волшебниках, что ли?

— Нет, — ответил я, стараясь не стоять на месте и постоянно контролировать окружающие нас заросли как взглядом, так и стволом автомата. — Волшебники — это слишком. Я о другой магии. Есть здесь что-нибудь такое… как бы выразиться поточнее, то… сверхъестественное, что ли?

Андрюха выпил еще пару ладошек воды, умыл лицо и, поднявшись, ответил:

— Баек всяких дофига и больше. Если по своему опыту, то пару историй у меня имеется. Верить или нет — решать самому.

— Рассказывай, — попросил я и начал пристраиваться к ключику. Так уж и быть, второй раз попью. С собой всё равно взять не получится.

Андрюха начал рассказывать:

— Однажды, в другой части материка, там, где джунгли почти непроходимы, мы повстречали племя местных. Это люди, которые живут в этом мире не одну сотню лет. Ты же знаешь, что спонтанные порталы всегда существовали. И вот мы встретили почти коренных жителей этого мира. Было нас семь и чувствовали мы себя не важно. С одной бандой схлестнулись, потеряли троих, чудом ушли от преследования в джунгли и наткнулись на поселение. Дикари дикарями с виду, но вполне цивилизованные, как оказалось. Небольшое племя, человек тридцать с чем-то. Вождя их звали Тахиту. Что означает не знаю. Он нас приютил, дал пищу и кров, а потом его люди вывели нас из джунглей и при этом совершенно безопасно. Не одной стычки со зверьём.

— Это и есть волшебство? — спросил я. Напившись, мы продолжили идти. Горы иногда мелькают в просветах леса, но ближе они не стали.

— Нет, — отмахнулся Андрюха. — Волшебство было в том, что вождь Тахиту знал всё и вся о каждом из нас. Можешь представить?

— Это как? — поинтересовался я, чувствуя, как мои брови ползут вверх.

— А вот так, Никита. Мы тоже офигели. Тахиту мог рассказать о каждом из нас всё, что случалось прежде. Даже то, что многие из нас уже забыли. Я вообще не понимал, как такое возможно. Он будто бы знал всё. ВСЁ.

— А будущее?

— Будущее не знал или не захотел говорить. У меня на ноге шрам есть, причину возникновения которого я не знаю. Тахиту рассказал, что когда мне было два года, меня укусил енот. Енот! Представляешь?

— Да уж, — пробормотал я.

— Это не всё, — Андрюха быстро глянул на меня через плечо. — У Тахиту и его племени нет конфликтов с местной живностью. Они научились жить в гармонии с природой. Она не трогает их, а они не портят её. Симбиоз, мать его! Я сам видел, как на территорию племя забрела огромная кошечка, в сравнении с которой даже мой Пушок сущий добряк. Эта кошечка попила воды и просто ушла. Там были дети и она их не съела! Это не волшебство?

— Может и волшебство, — ответил я. — А может что-то другое. Этот мир полон загадок. Как же я хотел бы разгадать их…

Фрагмент 20

— Была у меня ещё одна история. — Андрюха остановился, принюхался, посмотрел по сторонам, что-то невнятно пробормотал и пошёл дальше. — Впрочем, почему была? Эта история есть. Она ведь сохранилась в моей памяти, а также в памяти ещё нескольких человек. Возможно, некоторые из них уже давно умерли, но всё же… надеюсь, что большинство всё ещё живы.

Случилась эта история больше пяти лет назад. Точнее — семь лет, три месяца и несколько, не хочу высчитывать точно, дней. Тогда я был новичком. Совсем недавно прибыл в этот мир и осваивал его путём набивания новых ссадин, дырок, ран и укусов. Я ведь тоже с миссией прибыл, как и ты, Никита. И свою миссию выполнил, хотя это уже совсем другая, слишком длинная, история.