Эра Мангуста. Том 9 (СИ) - Третьяков Андрей - Страница 24

— Что я более не имею доступа к их производству, — пожал я плечами.

На самом деле, я был уверен, что парень уже полностью в курсе ситуации. Он крутится в таких кругах, где подобная информация распространяется моментально. И не обманулся.

— Да в курсах я, — поморщился княжич. — Потому и предлагаю, пока доступ есть. Заработать хорошо. Крутая же возможность!

— Нет, — усмехнулся я. Отлично, пусть Олег и станет носителем плохих новостей. — Доступа уже нет. Ни у кого. Я уничтожил ключи, поскольку, по велению батюшки нашего императора не имею права к доступу. А уж, как они будут его получать, мне неведомо.

— Ты с ума сошел? — опешил парень. — Ты реально против Кречета попёр? Ты же не вывезешь! Как это ключи уничтожил? У тебя же там самая крутая зашита переходов в империи. Без пропуска пройти — сказка. Невозможно!

— Стоп! — делано возмутился я. — Мне сказали, что допуска у меня туда быть не должно. И что земли теперь не мои. Произвол, понятное дело, и аукнется ещё Кречету, как только влиятельные семьи узнают. Беспредел никто не любит. Ну и вот, я свой допуск аннулировал. А что там он будет делать, мне посрать. С высокой колокольни. Пусть хоть чечётку танцует. Дальше это его проблемы.

— Ну ты… ну ты… — княжич, выпучив глаза, хватал ртом воздух. — Ты же понимаешь, что ты труп? Государь подобного не простит.

— Вот только не надо меня на войну вызывать, — вздохнул я. — Это может оказаться неприятнее, чем кажется. Да и потом, его тотем конкретно знает, что убей меня, и ему будет хуже. Так что физиологически я неприкосновенен. Но, это наши с ним тёрки. Забудь!

— Ты понимаешь, что несёшь, парень? — пунцовая рожица Мышкина меня забавляла… бы. Если не ситуация в общем. — Блин, ты мне нравился. Пожелания на похороны есть? После окончания пыток. Я постараюсь исполнить твою последнюю волю.

Глава 14

— Олег, давай начистоту, — вздохнул я. — Это мои родовые земли. Так? Не отвечай, это так. Как лично ты отнесёшься к тому, что император просто своей хотелкой отберёт у вашего рода половину ваших родовых земель? Причём лучших, приносящих вам основной доход. Оставив вам немного скал и кусочек озера. Ну, к примеру!

— Взбешусь! — понимание проявилось в глазах молодого княжича. — Буду не согласен, возможно, в высший суд обращусь. Но, погоди, у этого же должна быть причина?

— Так она есть, — усмехнулся я. — Я не отдал богу Кречетов то, что он хотел. Моё, личное. И чем я был не согласен делиться.

— Ты общался с самим Кречетом? — выпучил на меня глаза парень. — И какой он?

— Урод он, — отмахнулся я. — Привык, что ему преподносят все и всё на блюдечке с голубой каёмочкой. А я не захотел. Результат ты знаешь. Так что, что бы ты не думал, я в своём праве был, уничтожая ключи от прохода. Пусть угробит там пару армий. Служивых жалко, но я табличку у входа повесил: «не влезай, убьёт!». А дальше будет работать теория Дарвина, все самые тупые сдохнут.

— Дарвина? — уловил несоответствие своему мировоззрению княжич. — Это кто? И что за тотем? Иностранец какой?

— Забудь, — отмахнулся я. — Европеец один приезжал, в ресторане познакомились, утверждал, что выживают только сильнейшие и приспособленные. Интересная теория, но, в фамилии не уверен, он шепелявил сильно.

М-да, чуть на ровном месте не спалился. Надо аккуратнее быть. И вообще, разговор пора сворачивать. Зерно сомнения в Кречетах заронил, а большего не надо.

— Ладно, я понял, — задумчиво протянул Мышкин и сам помог мне закруглить разговор: — Мне пора, ещё увидимся, надеюсь. И не у тебя на похоронах.

— Я тоже был рад пообщаться, — усмехнулся я. — Ты тоже береги себя и свой род. Я первый, но не факт, что последний. Наш император может и во вкус войти. Бывай!

Судя по взгляду паренька, я заронил в его душу серьёзные сомнения. Которыми он поделится с отцом, входящим в тройку первых лиц империи. А дальше понесётся. М-да, не завидую я Петру Алексеевичу и его власти. Моя ситуация — очень удобный повод для переворота. Я этого категорически не хочу, страна ослабнет, а врагов у неё, как грязи, но и себя топтать не позволю. Интриги? Так, а почему нет? Не я это начал.

«В чём сила, брат?», вспомнил я слова харизматичного героя из фильма моего мира. Ну да, сила действительно в правде. Я же даже нигде не соврал. Пусть теперь глава оправдывается. Ещё бы до Орлова эту информацию донести. Можно и до Медведева. Но, просто так прийти на приём и вывалить всё это… воспримут как слабость и плач невесты, не поверя. А это мне точно не нужно.

Я полностью погрузился в свои мысли, и невест заметил только тогда, когда они облапили меня и чмокнули в щёки так, что оба уха заложило. Я с удовольствием вынырнул из задумчивости и прижал их к себе, обнимая за талии.

— Рад вас видеть, любимые, — расслабился я. — Составите компанию?

— А то! — острая на язычок Коброва тут же среагировала.

А Наташа промолчала, смотря на меня влюблённым взглядом. Я моментально вскочил, пододвигая стулья девушкам. А потом убежал набрать им блюд, в этой столовой было принято самообслуживание. Хотя, можно было заказать и лакея, но на таких посетителей смотрели криво. К тому же, я досконально знал вкусы девчат и быстро набрал то, что они любят.

Я смотрел, как они уплетают, то, что я им выбрал, а в моей голове играла песня Квинов и лично Фильки Меркури — «We Are The Champions». Наконец, примерно тогда, когда все блюда были опробованы и даже наполовину съедены, Надя спросила:

— И что будешь делать? Если что, мы уже в курсе, все в курсе. Обсуждают абсолютно все. И все на негативе. Это перебор, у князя ресурс отжать имперским указом! Беспределом пахнет. И революцией. Некоторые уже планы смещения действующей власти строят. Демонстрации и митинги готовят, идиоты!

Я оглянул зал столовой. Он был уже полупустой, было занято не более пятидесяти столиков. И с каждого на меня смотрели. Кто-то осуждающе, кто-то с непонятной надеждой, кто-то стыдливо отводил глаза. Но, как мне кажется, смотрели вообще все, и равнодушных не было.

— Да ничего, родная, — ласково улыбнулся я. — Всё, что надо было, я уже сделал. Так что отдыхаем и наслаждаемся жизнью. Денег хватит на несколько поколений. Так что я не парюсь.

— Но как же! Это же, по сути, рейдерский захват, причём неприкрытый! — возмутилась розововолосая красотка. — Нельзя это так оставлять! Нужно бороться, освещать в прессе, собирать забастовки, да много чего можно!

— Я себя слишком уважаю, — я покачал головой. — Об этом уже, не знаю как, знают огромные пласты населения. И ушлые репортёры мимо такой жаркой темы не пройдут, поверь мне. А все ваши молодёжные протесты никому не интересны. Главное — чтобы эта информация дошла до власть имущих. Надо, чтобы испугались они. Если у любимчика, которого лично курировал Антон Сергеевич, отжали, то что говорить об остальных? Паника будет у всех. А вот она мне и нужна. Переворота я не хочу, хотя, если оппозиция не идиоты, воспользуются. Вот только лишнее это. Просто ждём. Улыбаемся и машем, улыбаемся и машем!

Конечно, отсылку к мультику из моего мира и пингвинам девушки не поняли, но явно подуспокоились. И даже вернулись к еде. Кстати, здесь не было кинематографа! Были зачатки, но это не то. А ведь технологии позволяли. Может, изобрести? Точно озолочусь. Ещё и актрис можно будет того… Ну, как это принято было в моём прошлом мире. Впрочем, там и актёры туда же направлялись, ужас. Хотя нет, я своих красавиц люблю. Лишнее это, для меня лично точно лишнее.

— Ты такой умный, — зачем-то польстила мне Наталья, но, взглянув в её глаза, я понял, что это было искренне, от души. — Я тебе верю. Ты у меня просто камень с души снял. Я больше не переживаю. Ты вернёшь себе свою землю!

— Не факт! — честно сказал я. — Далеко не факт. Но вот то, что Кречет много раз пожалеет о своём решении, это я гарантирую. И вообще, давайте закроем тему? Какие планы на вечер?

В этот момент раздался звонок мобилета. Звонил Владыко. Я ответил.