Пожиратель III (СИ) - Опсокополос Алексис - Страница 35

Впрочем, это была не моя проблема. Мы тоже никому не отчисляли авторские за те фильмы, что у себя крутили.

Закончив с завтраком, я встал из-за стола, поцеловал мать в макушку, а сестру потрепал по волосам.

— Ладно, мне пора в суд, — объявил я. — А вы не переживайте, всё будет хорошо. Арина Андреевна — отличный адвокат, все доказательства невиновности отца у неё на руках. Так что скоро отец вернётся домой.

— Ох, надеюсь, сынок, — ответила мать.

Я кивнул и направился в свою комнату. Заседание было назначено на десять, но Арина Андреевна предупредила, что в первый раз могут закончить и за час, ограничившись знакомством с участниками процесса и зачитыванием обвинения. Но могут и затянуть — тут уж на усмотрение судьи. Но я в любом случае запланировал приехать к одиннадцати, потому собирался спокойно — не спешил.

В дополнение к первому костюму у меня появилось ещё несколько, чуть других оттенков. И сегодня для похода в суд я надел чёрную тройку. Поправив одежду перед зеркалом, я прошёл в прихожую и, обувшись в новые ботинки, покинул квартиру.

— Я ушёл! — оповестил я родных, прежде чем закрыть за собой дверь.

Дорога до самого суда мне не запомнилась. Как ни старался держать себя в руках, а переживания всё равно никуда не делись. Я человек, у меня есть эмоции. И несмотря на то, что в прошлой жизни у меня имелся некий опыт в таких вопросах, никогда мне не приходилось самому оказываться на скамье подсудимых или видеть на ней членов моей семьи. Так что моё волнение было вполне обоснованным.

В сам зал меня ожидаемо не пустили, но позволили сесть на скамейке у дверей. В руках я держал стаканчик с дрянным кофе из здешнего автомата, а у прохода в зал заседаний расположилась пара мужчин в форме с балаклавами на лицах и шевронами ИСБ на плечах. Наверняка не на каждое заседание приходит такая охрана.

Что происходит внутри, мне было неслышно. Возможно, стой я у дверей, что-нибудь смог бы разобрать, но нервировать охрану с боевым оружием я не стал. В конце концов, если слишком дёргаться, можно и судью разозлить, и тогда он просто в отместку предвзято к отцу отнесётся.

Время шло, двери не открывались. Я допил свой кофе и, выбросив стаканчик в урну, снова отправился к автомату по продаже напитков. Купил себе чай и вернулся на скамейку. Часы на руке показывали половину двенадцатого. Парни из ИСБ, охраняющие двери, тоже уже начали переминаться с ноги на ногу. Кажется, им в новинку подпирать стены во время слушаний.

Но и второй стаканчик отправился вслед за первым, а стрелки на циферблате перевалили за полдень. Я успел пройтись по коридору из конца в конец, но только в час двери открылись, выпуская несколько людей.

Между выходящими участниками процесса я заметил отца. Он серьёзно похудел, у него прибавилось седины на голове, однако он всё равно пытался улыбаться, когда с ним говорила Никитина. Но я слишком хорошо его знал. Отец не слишком-то верил, что ему удастся освободиться.

Отца увели, а Арина Андреевна подошла ко мне.

— Игорь Васильевич, — сказала она, присаживаясь рядом со мной на скамью. — Объявили перерыв на полчаса, у нас есть минутка переговорить.

Кивнув, я предложил ей руку, и мы вместе отошли в сторону автомата, где я покупал напитки. Никитина взяла себе кофе и принялась за рассказ.

— Пока что всё идёт нормально, — произнесла она. — Читали обвинение, заявления сторон, ознакомились с частью документов. Бумаг очень много, пока все просмотрят — время пройдёт. Сейчас перерыв закончится, и я подам ходатайство о привлечении бывшего директора завода в качестве свидетеля. Проблем особых быть не должно, так что можете быть спокойны.

— Спасибо, Арина Андреевна, — ответил я. — Но я всё равно останусь, дождусь конца. Мало ли что…

Никитина улыбнулась, сделала глоток кофе и произнесла:

— Если вы не против, я отойду пообедать.

— Да, конечно, — ответил я. — Не смею вас задерживать.

Вооружившись новым стаканчиком с чаем, я вернулся на свою скамейку. И не сразу обратил внимание, что пара охранников сменилась.

Екатеринбург, кабинет губернатора

Андрей Андреевич Коростылёв заметно нервничал. И у него была для этого веская причина: в Екатеринбург прилетел Илья Николаевич Кропоткин — князь Сибирский, член Временного правительства. Учитывая обстановку в городе и округе, ничего хорошего подобный визит предвещать не мог. И ладно бы просто явился, как князь сопредельного округа, так нет же, Кропоткин прибыл как один из членов Временного правительства, о чём губернатору было заявлено заранее.

— Добрый день, Андрей Андреевич, — с улыбкой произнёс Илья Николаевич, входя в кабинет.

Поднявшись со своего места, Коростылёв обозначил поклон.

— Здравствуйте, ваше сиятельство! — сказал губернатор в ответ и указал на кресло. — Прошу, присаживайтесь. Чай, кофе?

— Благодарю, но не стоит, я ненадолго, — отмахнулся князь Сибирский, занимая указанное место.

На хозяина кабинета он смотрел, как удав глядит на мышь. И Коростылёв почувствовал, как по спине пробежала капелька пота. Конечно, как Сибирский князь, Илья Николаевич никак не относился к Уралу и не имел никакой власти над губернатором Екатеринбурга, но вот во Временном правительстве он курировал весь силовой блок министерств. А это уже кое-что значило.

— Чему обязан, ваше сиятельство? — поинтересовался Коростылёв.

— Я прибыл в Екатеринбург, как член Временного правительства, — не сводя взгляда с собеседника, объявил Кропоткин и сразу перешёл к делу: — Как вы наверняка знаете, Андрей Андреевич, я курирую силовой блок. И мне регулярно докладывают, что губернатор Екатеринбурга постоянно жалуется на руководство полиции и Имперской службы безопасности: и на окружное, и на городское. Постоянно пишет жалобы Уральскому князю. Вот я и решил посмотреть, что, собственно, у вас здесь происходит.

Коростылёв с тяжёлым вздохом кивнул. Если и был у него шанс получить помощь сверху, то только от Кропоткина. Только вот этот человек является князем главного конкурента Екатеринбурга, и вряд ли захочет помогать просто так. И хотя Андрей Андреевич понимал, что на самом деле шансы получить реальную помощь малы, но не попытаться он не мог.

— У нас здесь, ваше сиятельство, преступность все границы уже перешла, — произнёс губернатор. — Люди боятся на улицу выходить, бизнес стонет от постоянных рейдерских налётов и рэкета. А полиция и ИСБ совсем не хотят работать, уже даже видимость создавать не пытаются! Что говорить, у меня самого новую машину угнали! Это же вообще беспредел — угонять машину у губернатора!

Его сиятельство несколько секунд молча смотрел на Коростылёва, после чего спросил:

— Но почему вы со всеми этими проблемами обращаетесь только к вашему князю? Вы полагаете, что он вам поможет?

— Ну а кто, если не он? — удивился губернатор. — Его государь император поставил следить за Уральским округом. К кому мне ещё обращаться?

— К кому? — Илья Николаевич улыбнулся. — Ну, ко мне, например.

— К вам⁈

Князь Сибирский улыбнулся ещё сильнее.

— Его сиятельство Святослав Георгиевич — человек уже старый, — произнёс Кропоткин уверенным спокойным тоном. — В его возрасте давно пора на покой. К тому же, будем откровенны, князь Уральский давно ничего не решает сам. Да и попросту не может — не его это работа. Вы же сами знаете, что он сейчас работает по совсем иному профилю.

— Что вы предлагаете, ваше сиятельство? — уточнил Коростылёв, уже догадываясь, к чему клонит гость.

— Ну, свято место пусто не бывает, — пожал плечами Илья Николаевич. — Уральский князь больше не может вас защитить. А вот я, как князь Сибирский и как член Временного правительства вполне могу. На моей земле никакой преступности нет, все ведомства и службы работают как часы. А бандиты, если и появляются, быстро кончаются. Думаю, вы это всё прекрасно знаете.

Куда вывернул разговор, Андрею Андреевичу не слишком понравилось. Прибыл Кропоткин, как член Временного правительства, а вот своё покровительство предлагает, уже как князь Сибирский. И что самое ужасное, Коростылёв понимал: по сути, других вариантов решения проблем, накрывших город, у него не имеется.