Фронтера - Шайнер Льюис - Страница 27

Я не просил ни о чем подобном, подумал он. Он прошел на кухню, ощущая спиной любопытствующие взгляды, и принес себе миску овсянки, фрукты и сухое молоко. Потом сел напротив Ханаи за свободным столиком.

Она молчала и наблюдала, как он принимается за еду. Он затруднялся определить ее истинное отношение к нему. Держалась Ханаи вежливо, но вместе с тем подчеркивала, что его прибытие возложило дополнительные обязанности как на нее, так и на колонию в целом.

Улучив минутку, когда рот не был ничем занят, Кейн спросил:

— Вы знаете женщину по имени Диана?

— Физика?

Кейн кивнул. Физик? Наверное, ничем не лучше и не хуже другой профессии здесь.

— Ну да. Тут все друг друга знают. А что?

Он обдумал несколько вариантов ответа, но признал, что недостаточно хорошо представляет себе ситуацию с Дианой, чтобы убедительно солгать.

Он проигнорировал вопрос.

— Могу я с ней поговорить?

Было похоже, что безжалостная вежливость Ханаи неразрушима.

— Не вижу никаких причин для отказа. Я проведу вас к ней.

Неплохо, подумал Кейн. Конечно же, Ханаи сразу доложит об этом Кёртису, но даже если так, можно будет кое-что выяснить о Диане, ее месте жительства, ее работе, не исключено, даже назначить встречу на более поздний срок.

— А это? — Кейн указал на пустую посуду.

— Опустите в бак рядом с раковиной, — ответила Ханаи.

Выходя с кухни, он заметил Ханаи рядом с другим интеркомом на стене.

— Вам повезло, — сказала она. — Она обычно вместе с Молли работает, но на этой неделе ее отрядили пахать в Бронкс.

— То есть?

— В северо-восточную секцию. Я вас туда отведу.

Подойдя к двери, Ханаи без предисловий вручила ему кислородную маску. Он проследил за ее действиями. Закончив натягивать и застегивать маску, он последовал за ней наружу.

Когда его выводили с корабля, он был почти без чувств, так что теперь, впервые выходя осмотреть колонию под куполом, испытал отчаяние. Он ожидал чего-то более футуристичного. Увиденное же внушало скорее мысли о заброшенном супермаркете. Все покосившееся, затертое, поблекшее.

— А можно тут где-нибудь наружу выглянуть? — спросил он у Ханаи.

— Вон там.

Двигаться стало проще. Ребра ныли, но эту боль можно было контролировать, свыкнуться с нею. Единственная проблема заключалась в поворотах головы: если он вертел ею слишком быстро, внутреннее ухо не успевало за движениями, и желудок сводило от головокружения.

Ханаи провела его по извилистой тропке вокруг центрального здания, мимо двух длинных построек у края территории под куполом. Сквозь мутные пластиковые окна, слегка выгнутые наружу от давления, он видел небольшое стадо коз; женщины отцеживали у них молоко. Животным теснота вроде бы не доставляла особых неудобств, хотя козы постоянно налетали друг на дружку и спотыкались о комки навоза размером с булыжники.

— Вот, — показала Ханаи.

Кейн догнал ее и остановился рядом с японкой у очень большого окна, вделанного в стену купола между двумя переборками. Тут были устроены бетонные скамьи, цвели кактусы и юкки. За окном Кейн видел крупные глыбы льда, обернутые зеленым пластиком и затененные алюминиевыми навесами: запасы воды для колонистов. А еще дальше простирался марсианский сад камней.

Территория производила более чуждое впечатление, нежели холодная белая пыль Деймоса, хотя была визуально теплее, напоминая пустыни на севере Нью-Мексико или Аризоны. Однако песок имел чересчур красный цвет, скалы выглядели слишком темными и пористыми, горизонт был ближе и не внушал оптимизма: за ним тянулась лишь бескрайняя пустыня.

Впервые он постиг, не просто интеллектом, а мозгом своих костей, что больше ничего тут нет. Никаких тебе древних рас и забытых цивилизаций, никаких каналов, скрытых долин с джунглями или вечных туч. Лишь сухая, выпотрошенная временем оболочка планеты и немногочисленные уязвимые жители под куполом.

Ближний пластиковый лист зарябил от порыва ветра, и Кейн, пригревшийся в неподвижном воздухе под профильтрованным солнечным светом, содрогнулся.

— Мрачновато, да? — спросила Ханаи. — Есть тут и более интересные места, например, долины Маринера. Но там бы вам жить не захотелось.

— Да, — сказал Кейн, — и вам явно не захотелось бы.

Он отвернулся и пошел следом за Ханаи по зигзагообразным тропкам в полях. Когда Ханаи подошла к полосе, засаженной бобами, разогнулись сразу с десяток рабочих и уставились на Кейна: кое-кто с мечтательным, задумчивым выражением, другие с явным узнаванием.

Они понимают, кто я, сказал себе Кейн.

— Где Диана? — спросила Ханаи.

Ответила невысокая полноватая женщина, чьи засаленные каштановые волосы были острижены на уровне челюсти.

— Этим утром не видать.

Даже говоря с Ханаи, женщина не сводила глаз с Кейна.

— Блин, — сказала Ханаи. — А почему не доложили?

Женщина медленно развернулась и посмотрела Ханаи в лицо.

— Слышь, ты, чё пристала? Мне насрать, за каким хером она прогуливает. Если хошь, иди Кёртису на нас настучи. Свободна.

С этими словами она снова согнулась и выдернула клок травы из упорядоченных рядов посадок.

Изнанка утопии, подумал Кейн.

Пара-тройка присутствовавших вернулась к работе, но остальные продолжали стоять неподвижно, глядя на Кейна. Ханаи сморгнула, потом еще раз, и сказала:

— Ну, Кейн, идемте тогда…

Она снова перешла на скользящую грациозную походку, и на сей раз Кейн не поспевал за ней.

Менее чем через минуту она оторвалась от него на дюжину ярдов. Кейн был вынужден остановиться, боль в груди разгоралась, как раскаленный уголек.

— Эй! — крикнул он. Из-за усилителя в маске возглас получился писклявым. — Я думал, вы за мной присматриваете.

Ханаи обернулась.

— Если не можете меня догнать, лучше подождите, пока я не вернусь.

— Чего вы так сорвались в галоп? Стоило с крестьянами остановиться поболтать, и вы уже летите как ошпаренная.

— Кейн, послушайте. Я не стану вам разъяснять особенности местной политики, ладно? Просто будьте осторожны, и все пройдет как нельзя лучше.

— А какое отношение к этому имеет политика? — спросил Кейн и тут же сообразил. — Кёртис? Думаете, он с ней что-то сделал?

Ханаи уже продолжила движение, проигнорировав вопрос. Она взбежала на крыльцо одного из обескураживающе идентичных домиков в полях и забарабанила в дверь. Кейн догнал ее и услышал низкий свист, исходящий из-под краев двери.

Они выгибались внутрь.

— Осторожно! — вскричал Кейн, увидев, что Ханаи тянется к ручке. — Там…

Дверь словно бы отскочила назад, увлекая Ханаи за собой. Внутри оказался вакуум, и воздух рванулся туда с оглушившим Кейна ревом. Маску едва не сорвало с его лица, он упал на колени и согнулся в три погибели, прикрываясь.

Он понимал, что именно они обнаружат, но не был готов к такому обилию крови.

Кровь собралась лужей вокруг головы Дианы, лежавшей в постели лицом вниз. Девушка скончалась в попытках соскользнуть на пол. Ворвавшийся внутрь воздух разметал частицы и брызги крови по дальней стене, образовал сложный пуантилистский узор, представившийся Кейну посланием от Кёртиса.

Кёртис мог убить ее различными способами. Отравить, забить до смерти, раздавить, рассечь лазером. Он выбрал специфически марсианский вид казни, показав тем самым Кейну, что властен даже над воздухом, которым тот здесь дышит.

— Ну хорошо же, — сказал Кейн вслух. Он сжал руки в жесткие заскорузлые кулаки, выставив наружу костяшки больших пальцев. Ханаи перевернула Диану на спину: ручьи засохшей крови сходились у ее губ и растекались по щеке шоколадными разводами.

— Что? — ожесточенно спросила Ханаи. — Ты что-то сказал?

Она заметила сжатые кулаки Кейна. Тот разжал их и потер ладони о бедра.

— Это адресовано мне, — проговорил Кейн.

— Разве? Ну что ж, если так, то катись ты к черту, кто б ты ни был. Надеюсь, тебя там примут. Я ни о чем таком не просила. Я ее не знала, в смысле, не особенно и знала-то, но она была одна из нас, а ты — нет. Говоришь, она из-за тебя погибла? Класс! В таком случае это все равно, как если б ты ее своими руками прикончил. Вы нам тут не нужны. Никому из нас вы не нужны! Мы не нуждаемся ни в вас, ни в том, что вы нам можете дать. Мы только хотим, чтобы вы убрались отсюда и держались от нас подальше. Валите к дьяволу, суки!