Мир магов (СИ) - "Ден4ик" - Страница 90

- Но обычным людям можно отказать, а в случае с магией это просто невозможно. Ты не оставляешь человеку выбора, заставляя себе подчинится. – Мунит просто не мог поверить в то, что маг жизни говорил такой бред.

- А почему это меня вообще должно волновать? Общество часто отбирает у отдельных людей право выбора. У преступников, да, у кого угодно, когда нужно платить подати и сборы. Почему ты ставишь общество выше отдельных людей, то есть нас? Почему им можно, а нам нельзя?

- А ты что хочешь жить в мире, где каждый делает что ему хочется, опираясь только на свое могущество? Где жизнь простых людей, твоей семьи, например, и возможно твоих детей ничего не значат? Можешь не отвечать, это риторический вопрос, я не хочу больше разговаривать на эту тему. И учти, что если я замечу хоть на ком-нибудь из местных, следы магии разума, то мы с тобой поссоримся. – Темный маг решил самостоятельно закончить этот разговор. Он чувствовал, что с каждой фразой становился все злее и не сдержаннее. Лучше прекратить сейчас, чем ждать, что произойдет дальше.

- Ладно, ладно, только ты проверь их всех заранее. Вдруг какой-нибудь колдун уже это сделал, а ты потом на меня все свалишь. – Отшутился Уриэль.

После этой перепалки они какое-то время шли молча. Каждый думал о своем. Уриэль, о том, что он был прав, а Мунит об обратном. Но скоро их мысли перескочили на другие вопросы. Про будущее, природу, магию, девушек, академию и остальное. Дорога быстро пролетала под их ногами. Удобная обувь, а главное магия жизни, позволяли им идти быстро и без устали. Позади них оставались огромные поля чернозема, с которого недавно был убран урожай, луга с густой и сочной травой, на которых часто паслась упитанная скотина, леса, близко подступавшие к дороге. Несколько раз они переходили по аккуратным мостикам через небольшие речки. Постоянно на дороге им встречались другие люди. Конные войны и купцы, одна карета, несколько телег и множество пеших крестьян. Последние особенно бросались в глаза. Прежде всего своей бедностью. Это сильно контрастировало с картиной в процветающих городах, в которых росли оба колдуна. Там даже самые бедные могли позволить себе неплохую одежду и обувь. Здесь все выглядело намного печальнее. После очередного нищего, темный маг не выдержал и выдал на эту тему длинную гневную тираду, порицающую власть, аристократию и бездействующих магов.

- Это еще что, - решил поддержать разговор Уриэль, - вот был я с отцом как-то в Каршане, скажу тебе, это совсем другое дело. Народ нищенствует и не как у нас, – он косо взглянул на своего друга - а по-настоящему, с голодными смертями и подобным. Феодалы друг с другом воюют постоянно, и главное непонятно за что. Жгут поля и деревни лишь бы оторвать от соседа малюсенький кусочек земли. А Император сделать ничего не может. Магов для борьбы с мелкими баронами отправлять – это смешно, а по другому их замки и не взять. Понятно, что те за тысячу лет таких укреплений понастроили, что и сотня защитников спокойно выдержит осаду и штурмы многотысячной армии. А если не выдержат, то нанесут огромный ущерб. Только замков тысячи, а армия у Императора одна. Вот отсюда и берется огромная власть у тамошней знати, которая саботирует любой прогресс. Самое смешное, что Император не придумал ничего умнее, как развести страшную бюрократию для сдерживания власти аристократии. Там, наверное, министерств и ведомств больше, чем у нас людей. Отец чуть от бешенства не помер, пока пытался представительство открыть. Пройди через сто инстанций, везде раздобудь нужные документы и разрешения, каждого второго подкупи и каждому десятому скажи какой он молодец, раз такой неподкупный. Без шуток, там даже необходимо ритуал в местном храме провести, для получения лицензии. Мне только непонятно, зачем их богам такое неискреннее, даже фальшивое поклонение. В общем ужас, куда страна катиться. Чую сгнило их общество и государство, слишком долго жило тщеславием былых побед и свершений. – Озвучил свой приговор Уриэль. В Каршане он гостил лет пять назад и на самом деле ничего из того что сказал тогда не заметил. Наоборот ему очень понравилась вкусная еда, праздничная атмосфера каникул, и величественная архитектура прошлых эпох, встречавшаяся там на каждом шагу. Но через пять лет непрерывных жалоб его отца на эту страну и на тупость его партнеров, в ней живущих - мнение поменялось. К тому же, он сам еще сильнее сгустил краски. В подобных разговорах ни о чем, он не видел особого смысла говорить правду и только правду. Лучше сказать, что-то резкое и радикальное, чтобы удивить или позлить собеседника. Так просто веселее.

- Интересно, каких ритуалов требуют их боги? Вроде бы Каршан – единственная страна с человеческими жертвоприношениями? – Для темного мага это было не приемлемо. История с пошедшим против магов богом справедливости была известна всем. И Мунита больше всего в этом возмущало то, что до этого бог, видя эту самую несправедливость в огромных количествах, просто сидел и бездействовал. Получается его все устраивало? Темный маг, к таким божествам, положительно, или хотя бы нейтрально, относится не мог.

- Единственная страна, которая это официально признает. – Поправил Уриэль. – Я не удивлюсь если их везде практикуют. Может кроме нас. Слишком уж мало власти у церкви осталось и никакой поддержки от императорской власти. Не думаю, что в таких условиях они приносят кого-то в жертву. А у каршанцев обычные ритуалы, разве что иногда связанные как-нибудь со светом. Например, чтобы путешествие прошло спокойно, вроде бы, молоком костер заливают пока тот не погаснет, уж не знаю при чем тут молоко. А если про наш случай говорить, то отцу пришлось лошадь покупать, чтоб ее в храме зарезали. Дикие люди в общем. Религиозные сверх меры. С другой стороны, это логично. Я про их увлечение религией. Ведь их собственные боги не пытались им вредить. Наоборот всячески помогают. И на поле битвы вроде иногда присутствовали. Тут любой молится начнет. Если не из благих, то хотя бы из меркантильных соображений. Выльешь несколько литров молока и глядишь перепадет чего тебе. Наверняка все потому, что Каршанские императоры потомки одной из их богинь. Получается, темные боги просто помогают дальним родственничкам и их подданным. Ничего удивительного. У нас последний правитель с каплей божественной крови умер сколько, две, три тысячи лет назад? А сейчас одна водица… Ты только представь, как бы мы жили, если б та династия не прервалась.

- Мне как-то все равно, если честно. Все эти божественные материи интересуют разве что в магическом плане. Идея вместе ругаться на богов, конечно, весьма привлекательна, но я бы лучше поговорил о чем-то другом. – предложил темный маг.

- Поддерживаю. – согласился Уриэль.

Начало Практики 5

Говорят, что за беседой с умным человеком время пролетает незаметно, но Уриэль был с этим не согласен. Наоборот, он бы с куда большим удовольствием поговорил бы с равным, а то и с тем, кто чуть-чуть поглупее. Болезненно неприятно всегда оказываться неправым, слушать, если не нотации, то наставления. А разговор с Мунитом о магии обернулся именно этим. Зачастую Уриэль просто не знал, что ему ответить, на казавшиеся банальными вопросы, или наоборот, выдавал такую чушь, что его друг разве что не смеялся, пытаясь переварить сказанное. Маг жизни вовсе не первый раз испытывал подобное, но обычно, такие разговоры носили мимолетный характер. Он часто что-нибудь спрашивал у своих друзей, не зная, как подступиться к проблеме, получал короткий ответ и шел заниматься своими делами. В Академии и так мало свободного времени, чтобы тратить его на праздные разговоры о столь приевшейся теме – магии. И вот сейчас, когда студенты оказались выброшены на свободу, то сразу растерялись. Обучение было таким изнуряющим и всепоглощающем, что другие темы, кроме волшебства даже не приходили им в голову. Сплетни уже закончились, а разговоры на другие темы превращались в скучные лекции, так как у друзей, кроме колдовства, не было ничего общего. Будь тут Вильям, или любой другой открытый и общительный человек, то он бы нашел выход из ситуации. Да ему бы и искать ничего не пришлось, пылкое обсуждение возникло бы, само собой. Но никого, кроме двух, весьма закрытых в себе, и, сосредоточенных на своих мыслях, магов, здесь не было. Поэтому, когда быстро потухло обсуждение еды, путешествий и архитектуры, выбор встал между тяжелым молчанием и обсуждением магии. Уриэль, чувствуя за собой некоторую ответственность первый предложил тему разговора. Что-то из самой общей и фундаментальной теории, все же они учились на разных факультетах и точек соприкосновения было не много.