Милая обманщица или гувернантка из трущоб (СИ) - Амброва Мирая - Страница 43

— Что это такое?

— Артефакт, который сводит вашего отца с ума, если верить некоторым данным.

— Но откуда он здесь? — магиар взял артефакт у меня из рук, покрутил его, осматривая.

— Судя по всему, его подложила ваша мачеха.

— Не может быть!

— Может. И у меня есть доказательства этому.

— Значит, из-за него отец не выходит из спальни?

— Я думаю, что так.

Кристиан положил кристалл себе в карман.

— Я деактивирую его, а потом, как будет время, отвезу в город и постараюсь найти следы того, кто наложил магию.

— А это возможно?

— Любая магия оставляет след. Если я выйду на артефактора, то угрозами или подкупом смогу найти и заказчика.

Сказав это, Кристиан вышел из комнаты. Я пошла за ним.

Магиар шел в спальню своего отца так быстро, словно мог опоздать. Рывком он отворил дверь.

Роберт Уортер привычно сидел у окна с ожерельем в руке.

— Ничего не изменилось, — шепнул мне Кристиан. — Он такой же, как и был.

— Магиар Роберт, как вы себя чувствуете? — спросила я.

Ответа не последовало. Мы пытались привести его в чувства, уговаривали выйти, но вел себя так, как и прежде — кричал, отказывался покидать свою темницу.

Нам пришлось оставить его в покое.

— Похоже, вы ошиблись, Госпожа Амалия. — голос Кристиана был полон разочарования. Я дала ему пустую надежду, она не оправдалась.

Крис ушел. Я вернулась к хозяину поместья, попыталась вновь поговорить с ним, но это ничего не дало. Чего бы я не делала, Роберт никак не хотел покидать спальню, отказывался даже встать с кресла.

Кажется, я действительно ошиблась. Может артефакт и не при чем, а дело в банальном нежелании мужчины жить дальше. Хорошо, что детям ничего не сказала, не дала и им пустых надежд.

Магиар обречен, и дело тут не в артефакте. Его не спасти.

Так я думала до тех пор, пока через три дня заросший и грязный Роберт Уортер не спустился в столовую к ужину.

40

В столовой воцарилась тишина. Все присутствующие, в том числе и я, потеряли дар речи, шокированные присутствием магиара Роберта. Первым очнулась Иллария.

— Папочка! — закричала она пронзительно и вскочила со своего места, уронив на пол вилку. Она кинулась на шею отцу, и он крепко прижал ее к себе.

Эстебан бросился следом за сестрой. Роберт обхватил его второй рукой, и притянул ближе.

— Мои дорогие, — бормотал он. — Простите меня, мои милые.

Кристиан же не двинулся с места. Он внимательно смотрела на отца и детей, его брови нахмурились, челюсть напряглась. Неужели он не рад, что отец вернулся? Он так сильно на него обижен?

Когда магиар Роберт закончил целовать и обнимать детей, он поднял глаза на старшего сына. Взгляды их встретились, и глаза отца вмиг стали холодными. Он кивнул своему сыну, и на этом их приветствие закончилось.

Я с любопытством переводила глаза с одного на другого, силясь понять, что происходит.

Со стороны двери, что вела в хозяйственную часть дома, послышался грохот и звук разбивающейся посуды.

— Боги милостивые! — Летиссия прижала к груди руку.

На полу перед экономкой лежал выроненный поднос и осколки тарелок. Наш ужин оказался на полу, но сейчас никому не было до этого дела.

— Магиар Роберт, неужели это вы? — воскликнула женщина и всхлипнула. По ее щекам потекли слезы. — Неужели это действительно вы? Или это боги решили подшутить, прислав вместо призрака?

— Нет, Летти, — слабо улыбнулся хозяин поместья. — Это действительно я.

Экономка всплеснула руками и рассмеялась сквозь слезы. Взгляд упал ее на осколки под ногами, и она ахнула:

— Ой-ой, я сейчас все тут же уберу, магиар. Простите меня, глупую. Но я так обрадовалась…

— Все в порядке, Летти. Убери и принеси нам новые порции. Но в этот раз на одну тарелку больше. Я жутко голоден.

Он отлепил от себя детей, которые так и висли на нем, и усадил их за стол. Затем сел сам, и повисло напряжение.

— Амалия Веруан, — протянула я ему руку, чтобы хоть как-то прервать это молчание.

— Да, госпожа, я помню, — магиар пожал мне пальцы. — Простите, что нам пришлось познакомиться в такой ужасной ситуации. Мне бы очень хотелось, чтобы это произошло при других обстоятельствах.

— Папа, ты теперь не бросишь нас? — Иллария снова повисла на его шее, словно боялась отпустить.

— Никогда, моя девочка. Больше никогда.

Нам принесли ужин. Роберт ел жадно, а когда закончил со стейком, попросил добавку. Дети тараторили без конца, пытаясь наперебой скорее рассказать папе, чем они были заняты все эти полгода. Мужчина добродушно улыбался, периодически поглаживая кого-нибудь из них по голове. Я наблюдала за этим с улыбкой, радуясь, что все налаживается.

И только Кристиан был молчалив и мрачен. Как только он доел, то тут же извинился и ушел, даже не стал ждать десерт.

Роберт проводил его недовольным взглядом, но ничего не сказал. Как только старший сын скрылся, он вновь обратил свое внимание на младших, и взгляд его тут же потеплел.

Что-то не так, сложно это не заметить.

Отпускать отца дети не желали ни в какую, и ему пришлось самому укладывать их спать. А когда дети наконец уснули, мы встретились с ним случайно в коридоре, когда он покидал детскую.

— Уснули? — спросила я, которая как раз шла проверить воспитанников.

— Я думал, они всю ночь будут рассказывать мне все и обо всем, — улыбнулся магиар.

— Не удивительно — они по вам скучали. Очень сильно.

Мужчина опустил глаза.

— Я ужасно виноват перед ними, это непростительно. Но я рад, что с ними были вы. Они мне рассказали о своей любимой гувернантке.

— Правда?

— Дети полюбили вас. И это чудесно. Спасибо, что были с ними.

Роберт направился в сторону своей комнаты. Я смотрела ему вслед.

— Магиар, — позвала я, когда его рука уже легла на ручку двери.

Он обернулся.

— Это не мое дело, конечно, но могу я спросить вас? Почему вы с Кристианом так не рады друг другу? Я ожидала большего от вашего воссоединения.

— Вы правы, госпожа — это не ваше дело, — глаза стали холодными, между бровей магиара вылезла глубокая морщина.

Он толкнул дверь, но я вновь начала говорить:

— Я вижу, как вы любите своих детей. И я не верю, что вы относитесь к старшему иначе. Я знаю…

— Вы ничего не знаете, Амалия, — перебил меня он резко.

Я вздохнула. Я не должна в это лезть, но…

— Почему он уехал после гибели вашей жены? Что произошло между вами?

Роберт закрыл дверь и быстро подошел ко мне. Он встал так близко, что мне пришлось сделать шаг назад, чтобы соблюсти приличия.

— Мне очень хочется сейчас ответить вам грубо, госпожа, потому что вы лезете туда, где вам не рады. Но я вижу, как вы любите детей, а они вас. Вы стали частью семьи, и лишь поэтому я дам вам ответ.

Он набрал в грудь воздуха, а затем на выдохе зло сказал:

— Вы ведь помните, почему моя жена погибла? Она отправилась на встречу со своим любовником. Но думали ли вы, кем он был?

Я открыла было рот, чтобы ответить, но и звука издать не успела.

— Я считаю, — продолжал магир. — Что Кристиан им и был.

— Но почему? — изумилась я.

— На следующее утро я увидел его руки — они были исцарапаны. Он сказал, что поранился о ветки, когда скакал на лошади. Но я то помню, как ломился через кусты негодяй, сбегая от моего гнева. Это был он, я уверен.

— Вы думаете, он вступил в отношения со своей мачехой?

— Он был близок к ней с самого детства. Она все время читала ему стихи, хотя на своих детей не обращала и внимания. Он как преданный щенок сидел у ее ног и заглядывал ей в рот. Я уверен, он стал ее любовником. Молодой, красивый…

По моей спине пробежал холодок. Такое ощущение, что я влезла в змеиный клубок. В этой семье хоть что-то происходит нормальное?

— Я считаю, это не повод подозревать его. Он рос без матери, и мог полюбить вашу новую жену как мать.

— Я так не считаю, — хмыкнул он. — Я высказал ему свои подозрения, и он уехал. Сбежал, испугавшись. Это только подтверждает мои загадки.