Чернотроп (СИ) - Выборнов Юрий - Страница 40

— Угу, топай вперед, не зли меня, — поддерживал здоровяк.

— Мы так не договаривались, — плакала Мишанина женушка. — Вы обещали мне патроны за информацию. Хрен с ними, просто отпустите... Умоляю, я всё равно вам больше не нужна.

Женщина обращалась к свиноголовому бандиту, пытаясь посмотреть ему в глаза, но мужчины всё время закрывали доступ. Вдруг Светка метнулась в сторону, обежала тощего и упала в ноги шефу банды. Схватила за штанину и принялась причитать.

— Мокруха, Толян, это что еще за фокусы? — злился Свин. — Избавьте меня от нее.

Мужички подхватили Светку под руки и потащили к входу кирпичной постройки.

***

Подойдя к двери, шеф достал нож с красивой резной рукоятью из, подошел к Свете сзади и приставил к горлу. Внезапно из-за столовой вышли еще двое в точно таких же куртках-штормовках. Впереди них шла Ю с кляпом во рту и связанными за спиной руками. Один бандит держал девушку, а второй приставил к ее шее нож.

Холодок прошел по спине Антона. Лопата взглянул в глаза Борису, но тот лишь пожал плечами, предложил не спешить и сохранять спокойствие.

— У меня дробь в патронах, — тихонько сказал Борису опытный выживший. — Если шмальну в подонков, могу ее зацепить. Так что, Боря, вся надежда на тебя.

Борис Валентинович переключил рычажок автомата в одиночный режим стрельбы.

— Он успеет полоснуть ей по шее, — ответил наставник.

— Только в теории, — стараясь сохранить твердость в голосе, сказал Антон. — При реальном ранении ему будет не до этого. Упадет и начнет биться в болевых муках, так что в крайнем случае рискнуть можно.

Ю подвели к Светке и поставили рядом.

— Мы знаем, что вы здесь! — крикнул во все горло Свин. — Мои ребята со вчерашнего вечера наблюдают за лагерем. Про зомбаков тоже в курсе. Как там говорится? Кто старое помянет, тому глаз вон? Предлагаю сделку. Вы сдаете нам всё свое оружие, а мы забираем мотодрезину и проваливаем. Все останутся живы. Даю пять минут на обдумывание.

Свиноголовый закончил говорить, сел на перевернутое ведро, валявшееся рядом, и стал ждать ответа.

— Как поступим? — спросила Маша супруга. — Может, действительно отдать и пусть уходят? Они же завалят. Додумались же оставить лестницу возле столовой.

— Вариантов нет, Маш, — развел руками молодой человек. — Забрав оружие, бандиты пустят нас в расход. А если нет, то будут приходить и собирать дань. Сегодня нужно решить этот вопрос раз и навсегда.

— У меня даже пистолета нет, только тесак, — на глазах Марии выступили слезы. — С ним я даже не успею подбежать.

— Уходи, — командным голосом приказал молодой смотритель. — Все поддержат мое решение. Бери Мишу и проваливайте. Мне будет проще, зная, что ты в безопасности.

— Ни за что, слышишь, — Маша крепко обняла мужа. — Я не брошу тебя.

Свиноголовый встал, снова поднес нож к горлу девушки и еще раз громко сказал:

— Ну как знаете! Открывай.

Мужчины в капюшонах приготовились стрелять. Мокруха подошел к двери и дотронулся до открытого замка, висящего в дужках.

Девушек выставили впереди в качестве живого щита.

— Что? — взревела Светка. — Они же разорвут меня на части. Прости, умоляю тебя, прости. Сделаю всё, что скажешь. Буду рабыней твоей всю жизнь, только пощади.

Ю стояла молча и пыталась глазами найти в зарослях Антона.

— Конечно, я тебя прощаю, — ухмыльнулся Свин и, дернув правой бровью, подал сигнал Мокрухе.

Тощий снял замок и, широко открыв дверь, отбежал назад. Из темноты клуба послышалось рычание, вой и жуткий скрежет зубов. Трое зомби стояли возле входа, почуяв плоть, двинулись на людей.

— Нет, Светка, — Миша вырвался из рук Марии и бросился спасать любимую. — Я не дам... Я... А-а-а...

Залп выстрелов из пистолетов остановил мужчину. Пули пробили грудную клетку насквозь, Михаил рухнул лицом в землю, тело два раза дёрнулось и замерло.

Бандит, что держал нож возле горла Ю, испугался, рука его дрогнула, и он сам не понял, как полоснул лезвием по тонкой шее девушки. Ю непроизвольно развернулась, и кровь брызнула из вены ему в глаза.

На шум приближались остальные зомби из зала клуба. Свин толкнул Свету в руки мертвецов, потом, увидев рану Ю, швырнул за рукав и ее тоже.

От происходящего Антона прошиб пот, и земля поплыла под ногами. Лопата встал в полный рост и, выйдя из укрытия, принялся стрелять от бедра из автоматической винтовки в сторону противника. Сергей тоже вышел и быстрыми шагами, стреляя на ходу, приближался к бандитской группе.

Свин с Мокрухой и Толяном поначалу отстреливались от зомби, потом плюнули и забежали за угол здания.

Мужчины в одинаковых куртках запаниковали и стали отстреливаться, не целясь, потом в страхе бросились бежать в рассыпную. Братья выдали очередью им в спины из автомата. Те попадали, издавая ужасающие вопли. Близнецы развернулись, сменили магазины и уже одиночными выстрелами успокоили всех зомби.

***

Прошло пять минут.

Маша рыдала над телом Ю. Антон Лопатин стоял на коленях перед мёртвой девушкой и не верил, что ее больше нет. Братья бродили по лагерю и добивали в голову всех мужчин в брезентовых штормовках.

— Свин опять сбежал, — с обидой в голосе сказал Серёжа. — Борис Валентинович, может, в догонку побежим?

Парень оглянулся и вдруг понял, что наставника нигде нет.

— Не его случайно ищешь?

Из-за клуба вышел Свин, уперевшись дулом автомата в спину Бориса. Мокруха и Толян шли сзади.

— Стволы на землю, только медленно, — скомандовал шеф. — Иначе вашему дружку хана.

Сергей вышел вперед и загородил собой Машу.

— Сережа, не надо, сделай, как они просят, — всхлипывая, сказала Маша.

— Серега? — подельники Свина переглянулись.

— Толян, это же наш Серёга, — обратился Мокруха к своему приятелю.

Здоровый плечистый мужчина с крепкими руками быстро подошел к Свину. Взялся двумя руками за его голову и резким движением свернул шею.

— Серега, мы не знали, что смотритель Бякино — это ты, — пожал щуплыми плечами Мокруха. — Думали, ты вообще умер.

Из темноты здания послышался хрип, Антон схватил дробовик и направил в сторону входа. Через пару мгновений медленно вышел зомби тучной комплекции со светлыми кудрявыми волосами по плечи.

— Стой, — попросил Борис Валентинович Лопату. — Это должен сделать я, — и, сплюнув на землю, тихо добавил: — Иначе эта боль так и останется со мной.