В этот раз хочу злодея (СИ) - Орлова Марина - Страница 40

— Джинн! — взвыл Хендрик, одним только обращением показывая, что они довольно близки. — Очнись. Ладно дракон, хотя и это безумие, но ты серьезно решил объединиться со священницей? Более того — Святой! — указал он на меня пальцем. К тому моменту я невозмутимо попивала чаек, не вмешиваясь в разговор и уже заранее предполагая, что именно так все и будет. Потому на личный счет слова демона не принимала. Напротив, я ожидала худшей реакции, потому отлично, что убить на месте не пытается.

Дети же, вместе с Эйданом, в это время уминали пирожные, совершенно не обращая внимания на разговоры взрослых.

— Зная отношение демонов к носителям святой силы, я понимаю твою тревогу, но могу гарантировать, что у Киры нет предрассудков относительно вашего народа. У нас взаимовыгодное сотрудничество, и взамен на мое покровительство она обещала помочь с разломом.

— Думаешь, я в это поверю? — упрямо сложил Хендрик руки на груди. — Официальная церковь вашей расы только и делает, что винит во всем демонов, так как у них, очевидно, нет ни одной альтернативной идеи о том, как закрыть разлом! А тут внезапно появляется Святая, у которой есть решение? Откуда бы оно могло взяться у той, кто только-только успел появиться в этом мире? — задавал Хендрик вполне разумный вопрос, который оспорить со стороны логики было довольно трудно.

Потому оставался один выход — трындеть!

— Я понимаю, что вы не можете мне доверять на одних словах и в ваших глазах выгляжу подозрительно, — вежливо улыбнулась я мужчине, который недовольно насупился. — Однако, в момент перемещения в этот мир мне было откровение, с помощью которого я смогу закрыть разлом! — заверила я.

В оригинале демоны вместе со Слаем сами придут к верному решению после того, как проведут тщательное расследование. Однако я не могу ждать, когда они сами догадаются. Священный артефакт уже у меня на руках. Осталось им только воспользоваться. Но для этого мне нужно разрешение и поддержка, чтобы подобраться достаточно близко к разлому. Своими нынешними силами мне не справиться, потому сейчас и веду эти торги.

— И как же именно вы намереваетесь провернуть эту авантюру? — холодно спросил демон. — Демоны многие годы бились над этой загадкой, но, несмотря на все усилия и непомерные жертвы, так и не добились успеха. В начале этой трагедии даже самые сильные паладины и священники с божественной силой вместе с нами пытались закрыть разлом, но потерпели неудачу, в последствии решив пойти самым простым путем и обвинить во всем демоническую расу лишь за то, что разлом произошел на нашей земле. Если рассчитываете, что одна ваша священная сила, пусть и самая мощная в этом мире, сможет помочь, то спешу разочаровать.

— Мне известна история, — спокойно согласилась я. — А также известна причина прошлой неудачи, потому я не сомневаюсь, что у меня все получится. Все потому, что обычной священной магией здесь невозможно обойтись. Нужен ключ.

— «Ключ»? — переспросил демон, на мгновение засомневавшись.

— Именно, — кивнула я с улыбкой. — А именно — священный артефакт, который был утерян в давние времена.

— Если он был утерян, какой тогда в этом смысл? — не успев толком понадеяться, тут же разочаровался Хендрик.

— Смысл в том, что мы со Слайвером нашли его, — сообщила я, а после встала и подошла к ларцу, который стоял на соседнем столике, чтобы открыть его и продемонстрировать содержимое демону.

Ларец был своего рода изолятором, который не пропускал большую часть мощи артефакта. Лишь существа, которые наиболее чувствительны к божественной энергии, могли ее почувствовать. А это уровень архиепископа и святой. Потому-то артефакт так долго не могли отыскать.

Но стоило его раскрыть, как мощная энергия со светом вырвалась наружу, едва не ослепив всех вокруг, давя на плечи своим могуществом, отчего не оставалось и тени сомнения, что это может быть фальшивкой.

— Так вы действительно нашли его? — сменив тон на благоговейный шепот, спросил Хендрик, когда я закрыла ларец, чтобы не раздражать демонов еще больше. Пусть они и неклассическое библейское зло, которое корчится в агонии от молитвы или распятья, все же у них иное божество, черпающее силы из Тьмы, а не Света, потому силы противоположной энергии были им неприятны.

Дети недовольно заворчали, а мне стало совестно, что я их не предупредила. Один Эйдан был невозмутим, точно не видел в подавляющей энергии ничего удивительного.

— Нашли, — кивнул Слайвер. — И хотим воспользоваться. Если «откровение», полученное Кирой, реально, то она сможет закрыть разлом с помощью этого артефакта.

— Я правильно понимаю, что это — музыкальный инструмент? — помолчав в раздумьях, заговорил демон, который уже более благосклонно относился к нашей затее, хоть и продолжал сомневаться. — Как именно им пользоваться? Он будет работать только в руках Святой? Не поймите неправильно, — тут же спохватился он. — Я не хочу вас обидеть, Кира. Просто место, куда вы просите вас сопроводить, очень опасно. Если с вами что-то случится, это принесет большие проблемы. Мало того, что вы Святая, смерть которой нам ни в жизнь не простит ни одна действующая религия на континенте, так еще вы — приближенная Слайвера, — выразительно скосил демон глаза на молчаливого герцога. — Я бы не хотел, чтобы мой друг в очередной раз почувствовал горечь потери близкого человека.

— Не могу с точностью сказать, что необходима лишь моя сила. Однако, только мне известно, как работает этот артефакт. Разлом получится закрыть, если исполнить определенную мелодию, — сообщила я, мысленно содрогаясь от воспоминаний прошлой жизни. После событий эпилога и моего становления королевой, проблема с разломом никуда не исчезла, потому мне приходилось совмещать работу королевы и святой. После долгих проб и ошибок, я решила-таки воспользоваться идеей, которую подкинул Слайвер, пока еще был жив. А именно — использовать священную флейту. Благо, в документах покойного герцога я обнаружила записи расследования, как и то, каким именно образом использовать флейту. И в шпаргалке был лист с нотами.

После долгой и нудной практики, мне удалось с горем пополам воспроизвести довольно сложную композицию и закрыть разлом. Правда, на это у меня ушло больше месяца, так как исполнить сложнейшую композицию в условиях пещеры, кишащей кровожадными монстрами — очень хлопотно. Я буквально чуть не сдохла, как морально, так и физически, навсегда получив аллергию на духовые инструменты. Уровня моей концентрации едва хватало на поддержание мощного щита, который то и дело содрогался под гнетом атакующих высокоранговых монстров, и чтения нот по листочку.

Как прикажете работать в подобных условиях? Если совершить хоть одну ошибку, все идет буквально коту под хвост и нужно начинать заново. Мне потребовалось более сотни попыток, чтобы затея удалась, а разлом запечатался.

Зато долгая практика помогла мне запомнить ноты…Дряньство…

Надеюсь, что запомнила. Ибо ждать, пока Слайвер вновь проведет расследование и найдет эту композицию заново, для нас может быть чревато. Лучше совместить. Пока я буду работать «по памяти», Слай будет искать.

— Кстати, — воодушевилась я, подумав, что, возможно, в тот раз вовсе не Слайвер, а демоны подскажут, какая мелодия должна быть. Нужно бы проверить. — Я хотела бы исполнить ее. Возможно, могу ошибиться в некоторых местах, но, надеюсь, что вам известная эта композиция.

Подумав и посмотрев на Слайя, который, одобрительно кивнул, демон согласился.

Мы предусмотрительно выпроводили детей из комнаты, а после я вновь открыла ларец и взяла в руки инструмент. От воспоминания, как я мозоли себе от этого мундштука на губе заработала из-за нескончаемой практики и ходила, точно осами покусанная, стало паршиво и муторно на душе.

Однако, делать нечего, потому, приложив мундштук к губам, я старалась подключить память.

Мелодия полилась, однако я почти сразу совершила ошибку и сбилась. Блин. Затем начала заново, но и в этот раз опростоволосилась, руки, непривычные в этом мире к подобной игре, не слушались, и я попадала мимо нот. На третий раз я вспомнила, что собиралась лишь накидать мотив для демона, потому забила на очевидную фальшь и продолжила играть, как тут в комнату с грохотом ворвался… Эйдан, в глазах которого сверкал огонь гнева и моральной боли.