Пин-код для Золушки - Корецкий Данил Аркадьевич - Страница 64

— Да, ты хотел оказать услугу бывшей жене, а я тебе помогла! К счастью, до этого никто не докопается! А кстати, твоя Золушка вновь блистает в новостях и снова ждет свалившегося с неба наследства! Слушай, открой мне тайну: что у нее медом намазано? Почему самые разные серьезные мужчины выполняют все ее желания?!

— Спроси у этих мужчин! — раздраженно ответил «Виктор». — Я выполняю твои желания!

— Может быть, может быть. — Она рассматривала его испытующим взглядом. — А может, и нет… Но помни, что эта блондинка погубила даже такого огромного и сильного победителя динозавров…

— Да что ты пристала ко мне с этой блондинкой! Есть более важные вещи, чем кино про гигантскую гориллу! Мне не нравится, что наши портреты показывают всему миру! К тому же мы оба знаем, что тайное рано или поздно становится явным! Лучше думай над этим, если больше не о чем!

— Хорошо, — кротко сказала «Сьюзен» и вышла на балкон. Такая покладистость была для нее совершенно нехарактерной и являлась настораживающим признаком. Но занятый другими мыслями «Виктор» не обратил на это внимания.

Любая утечка значимой информации всегда порождает определенные последствия. В самом простом случае это обычная шумиха, именуемая в последнее время «хайпом», но если речь идет о разыскиваемых преступниках, скрывшихся должниках, беглых заключенных и подобных им фигурах, находящихся вне закона, то хайпом дело не ограничивается: за завесой медийных фейерверков сигнальной информации начинается целенаправленная подготовительная деятельность соответствующих ведомств или заинтересованных лиц. Надо выяснить детали: точно ли речь идет о том самом лице, насколько правильно определено его месторасположение, в каком направлении можно ожидать его дальнейшие передвижения, места укрытия и т. д., и т. п. К тому же, надо оформить необходимые юридические процедуры: получить ордера на арест, объявить розыск… Все это занимает определенное время, но когда вторичная информация собрана и исходные данные подтверждены, пауза заканчивается и включаются механизмы непосредственного воздействия: по следу разоблаченного объекта отправляются сыщики, группы захвата, кредиторы, мстители, наемные убийцы и аналогичные силы, призванные поставить точку в данной истории.

Все это майор «Черных леопардов» Мадиба Окпара хорошо знал, потому что десятки раз возглавлял «бригады острых реакций», а теперь сам «засветился», и попал на экраны всего мира… Такое случилось с ним впервые, он был в шоке и решил, воспользовавшись «паузой уточнения», закончить все дела в Европе и забиться в какой-нибудь малообжитый и неиспорченный цивилизацией и Интерполом уголок мира. Тем более что в отличие от очень многих у него такие возможности имелись, ибо уроженец африканского племени донго всегда может найти себе место в родной деревне, расположенной в «зеленом аду» Борсханы. Хотя он уже не представлял себе жизнь в джунглях, зато знал, что «Соколы пустыни», которые в подобных делах успешно обходятся без ордера Интерпола, не смогут развернуться у него на родине, так же как «Черные леопарды» не способны работать на территории Нефтяного Королевства…

Но джунгли, возможно, ждали его впереди. А сейчас основным и единственным местом, где у него могли быть какие-то дела, являлась Ницца, отделение банка «Лионский кредит», в котором хранилась статуя Киры Быстровой — его единственный оставшийся актив. За последние годы, судя по сообщениям в печати, создавший ее индийский скульптор Раджешь Рачапалли значительно поднялся в мировом рейтинге мастеров искусства, а следовательно, мраморная Кира могла иметь значительную художественную ценность и, соответственно, высокую стоимость. Поэтому Окпара собрался и, используя документы Хафиза абу Халялья, отправился на Лазурный Берег.

Когда-то он чувствовал себя в Ницце как дома, где существовал уголок природы Борсханы, земля под которым, арендованная на пятьдесят лет, по существу, пользовалась экстерриториальностью и была неприкосновенной для французских законов. Он командовал «Черными леопардами», имел за спиной мощную физическую силу, а также правовую поддержку могущественного хозяина Джелани Афолаби. Теперь все изменилось. Он чувствовал себя как бездомный, который пришел на место, где когда-то жил в роскошном особняке, окруженный многочисленной челядью. От дома остались только развалины, нет ни прислуги, ни знакомых, не у кого искать поддержки…

Это чувство было ему знакомо, потому что в Нефтяном Королевстве он чувствовал себя почти так же. Даже то, что он по-прежнему командовал вооруженным подразделением и пользовался поддержкой шейха, ничего не меняло, ибо он был чужим в этой стране, среди чуждых традиций, законов и власти тех кланов, которые являлись здесь доминирующими. Стоило кому-то важному мигнуть, и его же «соколы» задушат его шелковым шнурком…

Но объективную реальность нельзя изменить сожалениями! Надо было распоряжаться своим активом, но он не знал — как… Как обойтись с мраморной русской красавицей — каким образом и кому ее продавать, за какую цену? Он чувствовал некую неуверенность, ибо вступал в сферу, в которой вовсе не был специалистом. Если бы требовалось найти какого-то человека и выкрасть его или просто отнять у него жизнь — он бы знал, с чего начинать и как именно добиваться результата. Но сейчас перед ним стояла другая задача — он не знал, как делать бизнес.

Но оказалось, что это гораздо проще, чем казалось. Консультант банка посоветовал ему выставить скульптуру на аукционе «Кристис». Правда, для этого следовало представить некоторые документы, подтверждающие, что скульптура действительно исполнена Раджешем Рачапалли и что Окпара имеет право распоряжаться ею… В принципе, почти все бумаги у него были: сертификат, выданный Рачапалли на имя Афолаби и удостоверяющий, что именно он создал эту скульптуру, а также доверенность, поручающая Мадибе Окпара управлять имуществом господина Джелани Афолаби…

Оставалось, чтобы скульптор подтвердил свое авторство непосредственно перед аукционом, осмотрев статую и удостоверив ее подлинность, после чего ее предварительно оценят. Это тоже не должно было вызвать затруднений: Мадиба привозил Рачапалли к хозяину, присутствовал при конкурсе пробных работ от нескольких скульпторов и при подписании с ним договора, так что тот хорошо знал его в лицо.

Он позвонил по видеосвязи Раджешу и изложил суть дела. Скульптор не возражал, охотно пообещал удостоверить подлинность статуи перед аукционом и прислал свое обязательство об этом электронным письмом, заверенным цифровой подписью. Но высказал и пожелание:

— Поскольку цена будет устанавливаться и с учетом моего мнения, думаю, что я имею право претендовать на десять процентов от этой суммы.

— Согласен! Но это касается только начальной цены!

— Разумеется!

Таким образом, формальности были улажены, Мадиба оплатил услуги банка, и его заверили, что скульптуру в целости и сохранности доставят в Лондон, в аукционный дом «Кристис».

И, довольный собой, он стал собираться в Лондон.

Сенсации надо поддерживать: так в лампадку, чтобы затухающий огонек окончательно не угас, следует время от времени подливать немного масла. Через несколько дней Times опубликовала результаты собственного расследования под интригующим названием «Самые загадочные люди недели», которые медиахолдинг News Corporation тут же перепечатал в своем таблоиде Sun и прокрутил в новостных каналах крупнейшей британской спутниковой вещательной корпорации BSkyB.

Иллюстрировался очередной коктейль жареных фактов большим фотоколлажем, в центре которого красовалась Кира: в одних узеньких трусиках и короне, заменяющей остальную одежду, она стояла возле ванны с шампанским, победно вскинув правую руку, но теперь к руке добавлена ее же скульптура из имения борсханского алмазного барона… Под снимком надпись: «Аукционный дом „Кристис“ принял для участия в торгах скульптуру Королевы Бала Цветов Киры Быстровой-Бойер, предварительная начальная цена — $ 600 000».