Сценарист (СИ) - "Син Айкава" - Страница 247

— Ты моё главное разочарование, Дженсен. Не говори со мной до того, пока не будешь хотя бы на ступеньку выше своего нынешнего положения. — говорил он, ничуть не опасаясь того, что его слова могут навредить моей неокрепшей психике.

Самое забавное то, что я долгое время не понимал, по какой причине он проявляет ко мне подобное отношение. Я всячески старался походить на него, старался быть смелым и решительным, а также никогда не перечил ему, хоть иногда и не был согласен с его действиями и мнением. Долгие ночи я проводил, размышляя о причинах отцовского отношения ко мне. Постепенно, я начал осознавать, что отцовская гордость и жажда власти омрачали его способность быть отцом, полным любви и заботы.

Будучи успешным бизнесменом, он находил в своих достижениях подтверждение своей силы и ценности. Он стремился быть неотразимым в глазах общества, и на этом пути его собственное семейное благополучие часто оказывалось жертвой. Увлеченный своими делами, он втягивался в безжалостную гонку за успехом, где каждая победа требовала силы и жертв. Я становился свидетелем, как он устраивал всё новые и новые битвы со своими конкурентами, и как он побеждал их одного за другим, покоряя новые высоты. В его глазах я видел только своё недостаточное подобие, тень, которую он считал разочарованием. Он стремился передать мне свои ценности, свою неудовлетворенность, свою жажду власти. И когда я не соответствовал его ожиданиям, он видел только провал и ошибку, которая бросала тень на его собственные достижения.

— Ты не тот, кого я хотел, Дженсен, и именно поэтому ты никогда не перестанешь быть моим самым большим разочарованием и моей главной ошибкой. — говорил он вновь и вновь, будто бы старался ранить мою душу своими словами.

Безусловно, я могу сейчас начать распинаться о том, как мне было больно слышать подобное от своего родителя, но к чему это? Разве это что-то изменит? Нет, это может вызвать лишь жалость тех, кто услышит или прочитает эту историю, а мне не нужна жалость. Я не из тех, кто хочет подобного. Поэтому, наверное, я просто скажу, что в какой-то момент я стал воспринимать его слова, как призыв к определённым действиям. Вместо того, чтобы таить обиду и ненавидеть отца, я стал развиваться, пытаясь стать лучше. Началось всё, как это полагается в таких историях, с тренировок, которые практически мне ничего не давали, если посмотреть на них сейчас, когда у меня уже есть определённый опыт и знания. Конечно, в то время мне казалось, что я всё делаю правильно, и это даст мне нужный эффект, но единственное, что я получил — это кучу травм, разрушенные ожидания и очередное разочарование со стороны главного мужчины в нашей семье. Тем не менее не скажу, что я занимался совсем уж бесполезными делами, ибо часть тренировок всё-таки заложили во мне нужную основу, на которой я смог построить нужный мне фундамент в будущем.

Больше всего времени я уделял изучению своей причуды. Так уж сложилось, что доктора не смогли выявить её сущность, из-за чего мне пришлось буквально с нуля понимать принцип её работы. Конечно, я пытался найти более компетентных врачей, но ни одна из моих попыток не увенчалась успехом. Я потратил огромное количество времени на исследование своей загадочной причуды, которая скрывалась в моем теле. Признаюсь, это не самый интересный и увлекательный процесс. Я проводил дни и ночи, читая научные статьи, исследуя медицинскую литературу, пробуя различные эксперименты на себе. Но чем глубже я погружался в эту тайну, тем больше препятствий встречал на своем пути. В один момент мне даже показалось, что доктора ошиблись, и на самом деле у меня нет никакой причуды. Некоторое время я даже жил с этой теорией, начиная думать о том, как мне предстоит жить в мире, где почти у каждого есть суперсилы. Рассуждения на эту тему занимали уйму моего времени, но у меня его было достаточно, как и у любого моего соратника в молодом возрасте.

Так продолжалось, насколько я помню, до седьмого класса. Мне пришлось смириться с тем, что надо мной часто смеются, издеваются и подтрунивают. Почему же я терпел это? Ну, во-первых, моя причуда не подавала сигнала о своём присутствии, из-за чего обо мне сложилось мнение, что я не имею суперспособностей. Конечно, я пытался объяснить своим одноклассникам, что у меня не такая простая ситуация, какой она кажется на первый взгляд, но они, как это полагается в таких ситуациях, мне не поверили, из-за чего я получил статус «беспричудный». Во-вторых, такое отношение в нашем мире применяется ко всем, у кого нет способностей, а идти против этого бессмысленно, если у тебя, конечно, нет тяжёлого вооружения и огромных амбиций за спиной. Как вы понимаете, последнего у меня не было, хотя иметь это я очень хотел, так что пришлось просто смириться и ждать момента, пока моя причуда сама решит показаться.

И этот момент действительно настал.

Момент, что полностью изменил мою жизнь и моё мировоззрение.

Стоит перед этим отметить, что я учился не совсем в обычной школе. То место, где я провёл долгих десять лет своей жизни, выращивало будущих студентов геройских академий страны. Соответственно, большинство школьных предметов у нас были связаны, непременно, с героикой: законы, история появления причуд, первые герои США, знаменитые линчеватели и деятели культуры и всё в этом роде. Лекции и практические занятия были ориентированы на то, чтобы мы могли применять свои причуды с максимальной эффективностью и безопасностью. Несмотря на общую цель, которую нам пытались вдолбить наши учителя, мои отношения с одноклассниками оставляли желать лучшего. Все, кто знал о моей «беспричудности», относились ко мне с недоверием и даже пренебрежением. Они считали меня слабаком, неспособным к подвигам и не достойным общества будущих героев. Я же, в свою очередь, ненавидел их за их однобокость и нежелание посмотреть дальше собственного носа. Я часто проводил время в одиночестве, избегая лишних контактов и стремясь развиваться самостоятельно. Наши учителя, в большинстве своем, старались поддерживать нас и помочь в развитии суперспособностей. Они были знающими и опытными героями, готовыми поделиться своими знаниями и советами. Однако, мои проблемы с причудой оказались за пределами их компетенции. Я не мог полностью доверять ни одному из них, так как никто не понимал сущности моей причуды.

Раздражало или расстраивало ли меня подобное положение? Лишь отчасти. С одной стороны, мне, как и любому другому человеку, что живёт в социуме, хотелось иметь друзей, с которыми я бы смог общаться на все темы и весело смеяться. С другой же стороны, отсутствие лишних людей рядом помогло мне стать самостоятельным в короткие сроки. Благодаря своему статусу, которого я не желал, мне не приходилось отвлекаться, от чего прогресс моего обучения с каждым месяцем становился всё сильнее и сильнее, что не могло не радовать меня, ибо каждое новое знание приближало меня к пониманию собственной причуды, что всё ещё спала в моём теле. Я чувствовал каждой клеточкой своего тела, что день, когда моя способность заявит о себе, совсем скоро настанет, после чего я пойду по совершенно новому пути, о котором раньше никогда и не думал.

Многие могут отрицать это, но я до сих пор считаю, что сила может очень сильно изменить человека. Насколько бы он добрым не был в период отсутствия способностей, когда они у него всё-таки появятся, этот человек может очень сильно измениться: у него поменяется характер на более жёсткий и властный, его подходы станут более силовыми и уверенными, а его мировоззрение изменит свою сторону, встав на ту, которую раньше данный индивид считал несправедливой и неправильной.

Философия, связанная с приобретением силы и сопутствующей ей власти, всегда была объектом моего интереса и размышлений. Мне казалось, что сила может быть не только инструментом для достижения личных целей, но и средством превосходства над другими. Эта мысль, вместе с осознанием своей будущей причуды, давала мне некоторую уверенность и силу внутри. Да, я понимал, что сила внутри меня может оказаться достаточно бесполезной, как, например, смена цвета зрачков глаз, удлинение волос и всего подобного, но я надеялся на более лучшее её проявление. В конце концов, не могла же она так долго спать просто так? Такого мнения придерживался и я, и оно помогало мне жить в тонусе, не думая о плохих сценариях.