Сценарист (СИ) - "Син Айкава" - Страница 230

Пока я обдумывал план, меня охватывало все больше возбуждения. Эта миссия обещала быть одной из самых захватывающих и опасных. Но я готов. Ведь именно за такие моменты я выбрал такой стиль жизни. А скучная рутина и обыденность? Они не для меня.

Так что, Фурия, подожди и посмотри. Я устрою тебе шоу, которое запомнят надолго. Сделаю так, чтобы дух захватывало. Ведь я — не только убийца и профессиональный злодей, но еще и художник, создающий произведения смертоносного искусства.

И в этот же момент в мою голову пришла идея, как можно красочно выполнить эту миссию. Припоминается мне один фильм, где главной составляющей были сражения, перестрелки и убийства. И что самое главное, так это то, что я совсем недавно вспоминал его. Я совершу грех, если не притворю свои мысли в реальность, не воспользовавшись данным мне шансом. Такого я допустить никак не могу — гордость не позволит.

В этот же момент я активировал свою причуду, открыв предварительно сцену. Первым свойством я создал на себе особый костюм-тройку с пиджаком из кевлара, а вторым свойством создал в своих руках особый пистолет с не менее особыми боеприпасами. Думаю, этого вполне хватит для зрелищной рекламы.

Через несколько минут я спустился вниз, решительно направляясь ко входу в клуб. С моего лица не слезала довольная ухмылка.

Уж очень я люблю подобные шоу.

Дамы и господа, представление начинается!

* * *

Это был обычный, солнечный день в жизни двух самых обычных охранников, в течении которого каждый из них мечтал о том, чтобы время проходило немного быстрее, дабы в конце дня они смогли расслабиться внутри прохладного клуба, окруженные красивыми девушками и бесконечным потоком коктейлей. В конце концов, их работа заключалась в том, чтобы наблюдать за порядком и безопасностью, а не вступать в ожесточенные схватки с наемными убийцами, и они не хотели менять этот порядок.

Охранники в клубе были всегда настороже, готовые к любому возможному инциденту, но сегодняшний день казался исключительно спокойным и безоблачным. Музыка едва заметно раздавалась изнутри помещения, но больше всего слышалось жужжание насекомых, разговаривающих людей с противоположной стороны улицы и звонки их мобильных телефонов, на которые они, судя по всему, с нетерпением ждали сообщений от своих друзей.

Казалось бы, что ничего не предвещало беды, но на горизонте их зрения появился тот, кто уже через минуту испортит им абсолютно всё.

Син Айкава приблизился к массивным двойным дверям четырехэтажного клуба, ощущая пульсирующий поток адреналина и волнение, заставляющее его сердце колотиться еще сильнее. Охранники, стоявшие на входе, мгновенно почувствовали надвигающуюся опасность, заметив настойчивое выражение лица и блеск в его глазах. Парень мгновенно выхватил свой пистолет, ощущая вес и холодность оружия в своей руке, и разразился огнем.

Первый охранник был совершенно неподготовлен к внезапной атаке и получил пулю, проникающую прямо в его грудь. Тело его сотрясалось от силы удара пули об мышцы и кости, а кровь начала брызгать из раны во все стороны, окрашивая его одежду и асфальт под ним в жуткие оттенки красного. Бессильно рухнув на землю, он задыхался, пытаясь сжать руку на своей груди, чтобы остановить поток крови, но безуспешно. Второй охранник успел увернуться от выстрела, отпрыгнув в сторону, но Син не дал ему ни секунды на восстановление. С его глазами, искрящимися жаждой битвы и жажды более лучшего зрелища, он совершил несколько точных выстрелов, каждый раз попадая в цель. Пули проникали в плоть противника, рассекая его плоть и вызывая брызги крови, которые образовывали жуткие пятна на стенах и полу.

Когда и вторая жертва упала на землю, Айкава раздражённо промычал, будто бы вспомнил о чём-то важном.

— Чёрт побери! Я же хотел убить его карандашом! Блядь! — выругался он, вытаскивая из кармана названный предмет. — Впрочем, плевать. — договорил он и бросил карандаш в сторону, после чего приложил руки к ручкам дверей и отворил их.

Он вошел в клуб, изнутри который был окутан дымом и цветными лазерами, которые наполняла помещение, сопровождаемые громкой музыкой, подстраиваясь своими миганиями под её ритм. Завидев нужных ему людей, Айкава с ухмылкой произнёс:

— Потанцуем?

Толпа охранников, специально обученных для таких ситуаций, сразу же заметила его присутствие и направила свою атаку на него. Син с изумительной скоростью и точностью отвечал на их атаки, ловко уклоняясь от ударов и блокируя их с помощью своих навыков и своей поражающей реакции. Его ноги и кулаки стали смертоносным оружием, с легкостью сокрушающим противников. Звук ломающихся костей смешивался с пронзительными визгами боли, а кровь, выбрасываемая из ран, расплескивалась на полу, создавая мрачный образ, который точно не подходил данному месту.

Айкава был в своей стихии, погруженный в хаос, который охватывал клуб. С каждым движением он отражал атаки охранников, словно был наделен нечеловеческой скоростью и реакцией. В его глазах горел огонь решимости, и он был готов сразиться до последнего дыхания. В его руках пистолет был продолжением его воли, и он стрелял точно, с безупречной меткостью. Выстрелы разрывали воздух, попадая прямо в головы охранников. Мозги вырывались из черепов, оставляя ужасающие пятна крови и мозгового вещества на стенах.

Охранники метались вокруг него, выпуская залпы из своих оружий. Но Син, с молниеносной реакцией, уклонялся от пуль, словно танцуя смертельный вальс с врагами. Он ловко перебегал из одного места в другое, используя стойки бара и мебель в качестве временных укрытий, выходил из которых лишь для того, чтобы сделать ещё несколько успешных выстрелов. Его враги падали мертвыми, их тела безжизненно искривлены под влиянием мощной силы пуль. Крики ужаса и отчаяния затихали, сменяясь зловещей тишиной. Пулевые отверстия в черепах охранников напоминали о смертельной опасности, которая растекалась по помещению при каждом выстреле, сделанным парнем.

Его удары были точными и разрушительными. Каждый удар наносился с неумолимой силой, ломая кости и сокрушая охранников. Кулаки Сина падали на цели с молотком, разбивая черепа и выбивая зубы. Звук ломающихся костей и вопли боли заполняли помещение, смешиваясь с ритмом громкой музыки. Кровь из пробитых голов сочилась на пол, образуя лужи, напоминающие о беспощадной битве, которая только что разыгралась. Смерть и разрушение заполнили клуб, словно зловещий танец на кровавом полу. Окружающие останки и разлетевшиеся мозги стали свидетельством ужаса, который проносился через помещение.

Но охранники не сдавались. Они продолжали наступать на Сина, пытаясь остановить его непрекращающийся натиск. Некоторые из них были вооружены ножами и битами, но это не пугало Сина. Он ловко уклонялся от каждого удара, блокировал их смертоносные атаки и отвечал им сокрушительными контратаками. Оставшиеся противники, видя своих товарищей погибшими, начали ощущать истинное отчаяние. Страх захватил их души, и они бросились наутек, пытаясь спастись от неотвратимой гибели. Но Айкава не давал им уйти безнаказанно. Он преследовал их, нанося последние выстрелы, каждый раз точно попадая в их тела, разрушая их иллюзии о спасении.

В конце концов, клуб окутался тишиной. Син стоял среди побежденных охранников, покрытый пылью и кровью, но непоколебимый в своем триумфе. Его взгляд был холодным и бесстрастным, и только его тяжелое дыхание напоминало о том, что он тоже был человеком.

— Окей… Первый этаж… зачищен. — произнёс он с одышкой в голосе. — Нужно ещё три. Звучит легко, правда? — с ухмылкой спросил он у самого себя, после чего направился к лестнице, двигаясь к следующему этажу.

Переходя в следующую зону с противниками, а именно этим и служил для парня второй этаж, Син столкнулся с охранником, вооруженным опасным ножом. Их схватка превратилась в ожесточенный бой, где оба соперника наносили друг другу удары острыми клинками. Белая рубашка Сина стала покрываться пятнами крови, но это была не его кровь, а кровь его врага, ибо нет никого, кто справлялся бы с ножом лучше, чем Син Айкава. Каждый удар вызывал струйку крови, брызжущую из раны и окрашивающую пол и стены в ужасающие красные оттенки. Син ловко уворачивался от ударов соперника, затем резким движением схватил руку противника и с невероятной силой дернул её в сторону, сломав её, заставляя того издать пронзительный вопль боли. Нож выпал из парализованной руки охранника и упал с глухим звуком на пол. Син быстро подхватил оружие, его глаза сверкали яростью и решимостью, затем метко бросил оба ножа в грудь двух других противников, что пытались застать Айкаву врасплох, но он совершил атаку первым, пронзив их плоть и кости, и заставляя их рухнуть на пол.