Сценарист (СИ) - "Син Айкава" - Страница 175

Как бы я не пыталась казаться сильной и независимой, взрослые продолжали идти против моего мнения. Собственно, так у меня и появились новые родители, которые с виду были доброй и позитивной семьёй, за что тут же удостоились приятных и одобрительных взглядов со стороны работников детского дома. Стоит ли мне говорить, что моего мнения даже не спросили, когда отдавали им в руки? Видимо, я настолько всем успела надоесть, что от меня попросту решили избавиться. От этого было даже больно, ибо, несмотря на свой стервозный характер, я старалась не доставлять взрослым проблем. Тем не менее, похоже, мои попытки делать это остались незамеченными.

Впрочем, это даже было интересно — интересно в том, насколько долго я смогу пробыть в новой семье.

Я не пыталась быть наивной, так что не тешила себя высокими ожиданиями от моих новых «родителей», и, как оказалось, я была права. Они оказались настоящими монстрами, которые только злоупотребляли своей властью надо мной. Они унижали меня и даже иногда били, когда я отказывалась слушать их или перечила им. Они не давали мне нормальной еды и тепла, и я каждую ночь замерзала на своей кровати. Каждый день я просыпалась с тревогой, не желая видеть своих «родителей», и каждый день они заставляли меня испытывать новые страдания и боли. Они были постоянно пьяными, выпивая до беспамятства, и я часто видела, как они спотыкались и падали на пол. Они даже не старались проявить ко мне любовь — в их руках я была лишь инструментом получения определённых льгот, которые им выдавались за удочерение чужого ребёнка. Они были злобными и жестокими, и я понимала, что я никогда не смогу найти с ними общий язык. Я была совершенно одинока и изолирована от всего, что могло бы сделать мою жизнь хоть немного приятнее.

Новый дом, в который меня привезли новые «родители», был маленькой квартирой на окраине города. Это было довольно унылое место — квартира была тесной и неприятно пахла. На стенах висели грязные обои, а на полу лежал старый ковер, на котором были видны следы от грязных ботинок. Маленькое грязное окно в гостиной было единственным источником света и свежего воздуха. Когда на улице был холодный ветер, в квартире становилось очень холодно и влажно. Но даже когда на улице было тепло, в квартире всегда было душно и неприятно.

Каждый вечер «родители» садились за старый стол и начинали пить. Они пили много и часто, и к концу вечера они уже не могли стоять на ногах. Иногда они начинали спорить и кричать, и это было очень страшно. Однако, самыми ужасными были те моменты, когда под градусом они вспоминали о моём существовании. Не хочу говорить о том, что мне пришлось слушать от них в те вечера, но скажу так, что в их речах не было ни одного приятного слова.

Я всегда боялась подобных ночей, так что старалась забираться в свою комнату и закрывать дверь на замок. Но даже тогда я слышала их крики и крики, которые доносились из соседней комнаты. Это было страшно и одиноко, и я мечтала о том, чтобы быть где-то, где мне было бы безопасно и тепло. Мне хотелось вернуться в свой дом, где я действительно чувствовала себя уютно — вернуться в место, где я чувствовала себя в безопасности.

Что уж говорить, если я мечтала о том, чтобы снова вернуться в детский дом и никогда больше не видеть этих ужасных людей. Но я знала, что мне придется терпеть все их унижения и насилия, пока я не смогу убедить кого-то, что это не то место, где я должна находиться. Я желала, чтобы мой кошмар закончился, но, кажется, он только начинался.

Во-первых, органы опеки решили не приезжать к нам с проверкой, убедившись в моей безопасности лишь по телефонному разговору с «родителями». Похоже, что им действительно было всё равно на меня. В какой-то мере я желала, чтобы они спасли меня из рук этих монстров, но они не оказались теми героями, которых я хотела видеть в тот период времени. Наверное, люди поэтому восхищаются героями — каждый день они молятся о том, чтобы герои спасли их в случае опасности, и эта самая мольба хорошенько так успокаивает душу. Я молилась на героев целыми днями, но они так и не приходили. Видимо, самоотверженные герои, которые приходят на помощь маленьким девочкам в любое время суток и в любое время, существуют лишь в сказках.

Во-вторых, после этой самой проверки эти монстры стали относиться ко мне ещё ужаснее: к привычному насилию добавилось больше оскорблений и упрёков, а также меня очень часто выгоняли на улицу, надеясь на то, что я не вернусь назад. Они выгоняли меня из дома даже глубокой ночью, когда хотели «повеселиться». Каждый день был для меня настоящим кошмаром. Я проклинала свою жизнь и желала, чтобы я никогда не родилась. Я была совершенно беззащитной перед этими зверями, которые издевались надо мной, как им вздумается. Меня избивали до потери сознания, а потом выгоняли на улицу, где я должна была пребывать в страхе до утра. Мне было страшно даже думать о том, что может произойти со мной на улице в глубокой ночи. Я была полностью одинокой и беспомощной, и никто не мог мне помочь. Я мечтала о том, чтобы кто-то из спасителей пришел на помощь, но это было только моей фантазией. Никто не хотел мне помочь, и я была оставлена на произвол судьбы с этими ужасными людьми.

В итоге, я была полностью разрушена. Я потеряла всякую надежду и веру в человечество. Я была запугана и обезображена, и мне казалось, что моя жизнь больше не имеет смысла. Я ненавидела своих "родителей" за то, что они сделали со мной, и ненавидела всех тех, кто отказывался помочь мне. Мне казалось, что я осталась одна против всего мира, и я была готова смириться со своей судьбой и умереть в одиночестве.

В такой обстановке мне удалось жить с ними ещё три года. Разумеется, насилие даже и не думало заканчиваться — его становилось всё больше и больше, как и синяков на моём детском теле. Почему же они били меня? Ну, я не была им родной дочерью. Думаю, это и было основной причиной. Также, как мне удалось услышать из их пьяных разговоров, их родная дочь погибла в моём возрасте из-за её подруги, у которой неожиданно проявилась причуда огня. От тела их дочери, буквально, почти ничего не осталось — лишь немного пепла, который прямо сейчас находился в специальном контейнере, стоящем в одном из углов их спальни. Они часто плакали по поводу её смерти, но также они и злились, что не смогли спасти свою девочку. Вся их злость выливалась на меня с бешеной отдачей. Не понимаю, конечно, чем я им не угодила, но, скорее всего, я была просто похожа на ту, что убила их дочь.

В одну из ночей, когда меня снова выгнали из дома, я решила прогуляться чуть дальше от тех мест, где бывала раньше. Времени до утра было много, я была тепло одета, да и настроение было такое, что хотелось уйти куда-нибудь подальше от этого ада. Так, собственно, я оказалась в районе того места, где несколько лет назад убили моих родителей. Жуткие воспоминания начали буйствовать в моей голове, но из-за последних лет моя психика стала слегка пошатанной, из-за чего, собственно, внутри такого отчаяния и страха уже не возникало. Единственное, что было, так это грусть, но она стала мне родной с того самого дня, так что и против её компании внутри себя я не была.

Я шла по пустынным улицам ночного города, в котором было очень тихо и спокойно. На улице не было ни одной живой души, за исключением нескольких редких прохожих, которые спешили куда-то, сжимая свои куртки и прижимаясь к стене зданий. Они проходили мимо меня, не обращая никакого внимания, словно я была невидимкой.

Окружение было знакомым, но одновременно казалось чужим и непонятным. Здания были покрыты граффити, свет фонарей был бледным и мерцал, создавая тени на стенах зданий. Вдалеке я слышала громкие звуки музыки, которые доносились из ночных клубов, но они казались тусклыми и неясными.

Я продолжала идти по улицам, не имея определенного направления. Время тянулось медленно, и я не замечала, как проходили часы. Время от времени я останавливалась и смотрела на здания, которые казались огромными и мрачными. Они были опустошенными и заброшенными, словно на них лежала тяжелая тоска и уныние. Я смотрела на неоновые вывески зданий и задумывалась о своём. Было в них что-то такое, что привлекало к себе. Быть может, мне просто нравится неон, а может, что в этом есть другой смысл. Честно, я не знаю, но я потратила достаточно времени, разглядывая каждую вывеску, наслаждаясь ярким светом.