Похищение его пары (ЛП) - Джемисон Бекка - Страница 9

— Все может быть немного сложнее, но суть ты уловила.

— Серьезно? И это твой ответ?

Джеймс устроился на диване рядом с девушкой, допил пиво и поставил пустую бутылку на кофейный столик.

— Послушай, конечно, это еще не все, но, честно говоря, я даже не знаю всех подробностей, а реальность такова, что у нас есть гораздо большая проблема, чем Джеральд… черт, почему я об этом не подумал? — он вскочил, расхаживая по комнате, задумчиво потирая рукой подбородок.

— Что? Ты же понимаешь, что каждый раз, когда твой рот открывается с объяснениями, в результате получается еще десять вопросов с моей стороны, верно?

— Теперь уже не имеет значения, чего хочет Джеральд.

— И это потому, что…?

— Конечно, я не могу рассказать все это твоим родителям и развеять их страхи, но я думаю, что они узнают достаточно скоро, когда мы войдем в парадную дверь дома твоего отца, не так ли?

Джеймс взглянул на потолок, словно разговаривая только с самим собой. По крайней мере, Ханна на это надеялась, потому что понятия не имела, о чем он говорит.

— Конечно, — ответила она, пытаясь привлечь его внимание.

Девушка не смогла бы изобразить на лице большего недоумения, даже если бы попыталась.

Джеймс улыбнулся и посмотрел ей прямо в глаза.

— Конечно, если ты меня примешь.

— Приму тебя? — Ханна покачала головой взад и вперед, конечно, он не имел в виду брак. Она не могла больше сидеть, поэтому вскочила на ноги. — Джеймс, это безумие. Должно быть, я сплю. Мне снится кошмар, где я совершенно ничего не понимаю.

Ханна подошла к Джеймсу и схватила его за предплечья, думая вытрясти из него хоть немного здравого смысла. Один из них был совершенно сумасшедшим, и девушка была уверена, что это не она.

В ту же минуту, когда Ханна коснулась его обнаженных рук, она пожалела об этом. От пронзившего чувства у нее чуть не подогнулись колени. Каждый раз, когда она прикасалась к нему, девушка испытывала это ощущение сильнее, чем в прошлый раз. Как будто они были магнитами, притягиваясь все сильнее и сильнее, пока не соединятся.

В голове все мысли превратились в кашу, и больше всего ей хотелось, чтобы это было правдой.

— Джеймс? — Ханна посмотрела в его глубокие карие глаза, чуть откинув назад голову, Джеймс примерно на шесть дюймов выше ее.

Руки крепко обхватили Ханну за плечи, в успокаивающем жесте, и парень притянул ее ближе.

— Скажи мне, что ты тоже это чувствуешь. То есть, я знаю, что ты хочешь меня, но я хочу услышать, как ты это скажешь. Скажи, что хочешь меня, Ханна. Каждой частичкой своего существа скажи мне, что ты моя, и я клянусь, что так и будет.

Ханна затаила дыхание. Это казалось абсурдным, но она не могла избавиться от ощущения, что он прав.

— Я понятия не имею, кто ты такой, с какой планеты прилетел, и как тебе удалось так запудрить мне мозг, но я не сомневаюсь, что хочу тебя, если ты об этом спрашиваешь.

Она никогда не была такой смелой. Зачем признавать такое?

— Для меня этого достаточно.

Джеймс опустил голову на последние несколько дюймов и смял губы Ханны в поцелуе. Мягкие губы начали нежное исследование вокруг губ Ханны, прежде чем прижаться сильнее и ласкать уголки ее рта, требуя войти или ожидая разрешения, она не была уверена. Девушка не могла думать. Ее колени подогнулись, но сильные руки обхватили ее за талию и понесли через всю комнату, не прерывая контакта с ее ртом.

Ханна чувствовала себя невероятно. Ее губы приоткрылись, язык переплелся с языком Джеймса, отвечая на каждое его движение.

Она едва заметила, как упала поперек кровати и приземлилась в центре. Джеймс двигался так плавно, а его язык не прекращал движения. Он приземлился на нее сверху, крепко прижимая девушку к матрасу, давление казалось невероятно приятным.

Через несколько минут, когда Ханна уже думала, что задыхается, он переместился и стал настойчиво целовать ее, покусывая за ухом, а затем нежно покусывая мочку. Небольшой рык в сочетании с его выдохом заставил ее содрогнуться.

Мужские руки начали блуждать от ее рук к лицу, казалось, изучая каждый дюйм ее кожи, прежде чем опуститься ниже и прижаться к талии. Джеймс скользнул вниз по кровати на несколько дюймов, достаточно, чтобы получить доступ к горлу Ханны и обнаженной коже на шее. Трение от его движений заставило девичьи бедра покалывать от возбуждения под джинсами.

Боже. Его большие пальцы ласкали ее груди, двигаясь вперед и назад так легко, что девушка даже не была уверена, что ей не показалось, желая, чтобы это было правдой.

Она хотела, чтобы он смял ее ноющие груди, сжимая их в ладонях. Тихий стон сорвался с ее губ при этой мысли, и Ханна замерла, почувствовав, как она возбудилась за столь короткий промежуток времени.

— Детка?

Щупальца смущения просочились в сердце.

— Я не… я никогда не делала ничего подобного. Я не такая девушка.

Теплое дыхание окутало ее шею, когда Джеймс уткнулся в нее носом.

— Я знаю.

— Откуда? Ты совсем меня не знаешь.

Она напряглась, пытаясь завязать разговор, но ей нужно было найти способ связаться с реальностью. Она не могла заниматься сексом с этим мужчиной, прямо здесь и сейчас. Правда же?

— Я знаю достаточно. Я чувствую… запах твоей невинности. Сладкий, сладкий аромат твоего тела, умоляющего меня. Требуя, чтобы я взял тебя.

— А? Запах… какой?

Почему-то безумные слова, которые произнес Джеймс, не казались такими уж нелепыми, как следовало бы. В конце концов, разве она не чувствовала его запах? Но она никогда не встречала никого, кто обладал бы таким же острым обонянием.

— Просто расслабься, детка. Выключи на время свой мозг. Просто чувствуй.

Пока он бормотал успокаивающие слова, прижимаясь к ее шее, Джеймс стянул футболку Ханны через голову, подталкивая ее руки вверх и заставляя ее дыхание прерываться. Он оставил девушку в таком положении, с руками, запутавшимися в клубке хлопка.

Ни один мужчина никогда не раздевал ее. По какой-то причине, ни один парень никогда не вызывал достаточной искры, чтобы заставить Ханну хотеть большего. До сих пор.

— Мне нравится этот твой черный кружевной лифчик, и я уверен, что в будущем буду наслаждаться долгими часами, видя его на тебе, но сейчас он должен исчезнуть.

Ловкие пальцы так быстро открыли застежку спереди, что Ханна даже не успела подумать о своей наготе под пристальным взглядом Джеймса.

Закрыв глаза, она откинула голову назад и выгнулась ему навстречу, надеясь, что он поймет намек и опустит свои теплые губы на ее соски.

— Боже, ты такая красивая, — мужские руки ласкали груди Ханны с недостаточным давлением, чтобы унять ее нужду. — Твои соски такие розовые, — Джеймс подул на один, потом на другой, и Ханна застонала, склонив голову набок.

— Пожалуйста…

Мягкий смешок еще сильнее возбудил ее.

— Я хочу наслаждаться нашим спариванием, дорогая, но это не гонка, как бы мне этого ни хотелось. Ты хоть представляешь, как сильно я хочу сорвать эти джинсы и вонзить в тебя свой член прямо сейчас?

— Так сделай это!

— Нет, в следующий раз.

Мягкие кончики волос Джеймса коснулись груди Ханны, когда его рот опустился на одну грудь, мучительно медленно продвигаясь к центру. Другой рукой он осторожно сжал вторую.

Ноги Ханны были прижаты Джеймсом, прижаты друг к другу под его животом. Она зашевелилась, чтобы вытащить их, и, к счастью, Джеймс слегка приподнял торс, чтобы дать ей возможность высвободить ноги. Не раздумывая, она раздвинула их перед ним. Когда мужчина снова опустился на нее, Ханна застонала. Увеличившийся контакт с ее промежностью заставил девушку выгнуть спину под таким углом, что она прижалась к Джеймсу еще сильнее.

***

Господи, его маленькая нимфа собиралась кончить еще до того, как он коснулся языком ее сладкого соска. Это не должно его удивлять. Она уже была с ним, раньше, в своей квартире. Джеймсу нравилось, что Ханна такая отзывчивая. Все спаривания такие?