Похищение его пары (ЛП) - Джемисон Бекка - Страница 1

Над переводом работали:

Переводчик: Оксана

Редактор: Настена

Вычитка: Галина

Русификация обложки: Оксана

Глава 1

— Не двигайся.

Грубый шепот проник в глубокий сон Ханны, заставляя ее открыть глаза. Эти слова могли бы быть частью сна, если бы не рука, зажимающая рот, и тяжелое теплое тело, прижимающее ее к кровати.

Инстинкты и адреналин в крови заставили Ханну сделать противоположное. Она дернулась, извиваясь под тяжестью тела, прижимавшего ее к матрасу. Совершенно напрасно. Ее маленькое тело не могло сравниться с ростом и силой, человека над ней.

Страх пробежал по телу девушки, когда она попыталась мельком увидеть фигуру, сковывающую ее движения. Ночь была слишком темной. Даже с открытыми шторами лунный свет не проникал в комнату.

Не было сомнений, что нападавший — он. Его рот остановился в миллиметре от ее уха, длинные волосы щекотали щеку.

Легкое движение и его рука прижата к ее носу. Она не могла дышать.

«Боже. Он собирается задушить меня?»

— Дерьмо, прости.

Грубая ладонь, прижатая к лицу Ханны, опустилась на дюйм, все еще крепко зажимая рот, но освобождая нос. Она втянула драгоценный воздух.

— Я знаю, что ты боишься. Я не причиню тебе вреда.

Конечно. Как будто она в это верила. Девушка задрожала. Ее худший кошмар осуществился. Мать всегда предупреждала ее о хищниках, подобных этому. Слишком часто.

Начать борьбу или бежать, и Ханна снова использовала всю силу, которую могла против огромного тела, удерживающего ее. Она действительно была в ловушке, ее руки и ноги под одеялом и простыней.

— Расслабься. Пожалуйста. Твое сердце очень часто бьется в груди. Клянусь, я здесь не для того, чтобы причинить тебе вред.

Теплое дыхание щекотало ее чувствительное ухо, усиливая ощущение мужчины на ней. Что-то в его тоне заставило девушку остановиться. Успокаивающий. Тон мужского голоса взывал к ней на примитивном уровне.

Ханна замерла. У нее перехватило дыхание, отчасти намеренно, отчасти от страха.

От глубокого вдоха Ханна дрогнула. Его сильный мужской запах наполнил комнату. Тело Ханны напряглось. Она всегда была исключительно чувствительна к запахам, но этот… этот нападавший… каким-то образом привлекал ее в…. сексуальном плане.

Черт. Ее тело реагировало на него. Ее киска сжалась, пытаясь сдержать влагу, которая наверняка скопилась между складочек, и вот-вот просочится. Вот только это было безумием. Ханна знала, что другие люди не обладают уникальной способностью чувствовать возбуждение человека. Она могла определить, когда мужчина возбужден, даже на расстоянии. Даже когда он был полностью одет.

Тем не менее, она сжала ноги вместе, в то время как ее челюсть напряглась, а предательские соски затвердели под руками мужчины.

Если бы только он отпустил ее рот. По крайней мере, тогда она сможет свободно дышать, не используя нос. Нет, это не полностью заблокирует запах мужчины, даже через рот она сможет ощутить его вкус на языке, но это будет не так насыщено, как реакция на запах.

Почему сейчас? Почему ее тело так реагирует на то, что кто-то пытается похитить или ограбить ее? Или, что еще хуже, изнасиловать. Что с ней? Был ли это только его запах? Или ее тело просто возбуждается от подчинения? Эта мысль вызвала у Ханны отвращение.

— Если я пошевелю рукой, пообещай, что не будешь кричать.

Его хватка немного ослабла.

Что угодно. Она сделает все возможное, чтобы свести свою физическую реакцию на незнакомца к минимуму. Как будто такая идея была возможна. Может быть уже слишком поздно. Девушка начала потеть.

Мятное дыхание овивало Ханну с такой регулярностью, что было трудно поверить, что мужчина был так спокоен, казалось, полностью контролировал себя. Разве нападающий не будет… нервничать… переживать? Он не был ни тем, ни другим.

Их глаза встретились в нескольких дюймах друг от друга в темноте, ее зрение составило лишь смутное первое впечатление.

А потом он застонал, прижался лбом к ее лбу и тихо выдохнул:

— Блядь.

Вздрогнув, Ханна начала извиваться под ним, слишком поздно осознав, что трение только ухудшило ситуацию. Ее соски напряглись и заболели под его нежной хваткой. Нежной?

Мужчина резко поднял голову, повернул лицо в сторону и глубоко вдохнул, прежде чем воскликнуть громче:

— Блядь!

Он сжал ее крепче, его тело напряглось над ней. И будь Ханна проклята, если не хочет, чтобы он двигался.

Что угодно. Любое движение поможет справиться с нарастающей болью внутри нее.

«О чем, черт возьми, ты думаешь, Ханна? Этот человек, вероятно, насильник. Он определенно здесь не для светского визита».

— Прости, — пробормотал незнакомец.

Его сердце забилось быстрее. Неглубокое дыхание заставило девушку усомниться в своем здравомыслии. Как будто он тоже был поражен ее запахом.

Это невозможно. Правда же?

Случайное сексуальное влечение сблизило ее с некоторыми мужчинами. Однако никто никогда не вызывал такого желания. Никто не заставлял ее… хотеть. Нуждаться.

— Пожалуйста, — взмолился он, — только не кричи, ладно?

Его рука медленно отодвинулась от ее рта. Ханна замерла, не в силах закричать, даже если бы захотела.

Он был большой. Тяжесть его тела навалилась на нее сверху. Девушка должна была чувствовать себя раздавленной, вместо того чтобы желать, чтобы мужчина прижался ближе.

— Чего ты хочешь? — ей удалось пискнуть пересохшими губами, которые едва шевелились.

— Я… Мне нужно, чтобы ты пошла со мной, — умолял он.

Ее голова начала слегка покачиваться взад и вперед.

«Нет! Никогда не позволяй им забрать тебя».

Слова матери преследовали ее. По крайней мере, раз в год, пока Ханна росла, она предостерегала ее, чтобы защитить от незнакомцев.

«Боже, пожалуйста».

— Меня зовут Джеймс Морган, — он прочистил свое горло. Лучше бы он этого не делал. — Меня послал твой отец.

Мужчина замолчал, затаив дыхание.

— Мой отец? — прошептала Ханна. — У меня нет отца. А если бы и был, не думаю, что он хотел бы, чтобы меня похитили. Ты… ты взял не того человека.

Джеймс пристально посмотрел на нее темными глазами.

— Это ты, — он глубоко вздохнул и задрожал. — Послушай, Ханна. Твой отец не умер. Это просто история, которую придумала твоя мать, чтобы удержать тебя…

— Не надо. Даже не думай клеветать на мою мать. И слезь с меня прямо сейчас.

Ханна прижалась к мужчине, не поднимаясь ни на дюйм, ее предательское тело желало, чтобы барьеры между ними исчезли, и она могла почувствовать его теплую плоть. Она зажмурилась, желая, чтобы ее пульсирующая киска подчинилась ее требованиям.

— Прости, — пробормотал он, его губы были очень близко к ее губам. — Уверен, у нее были на то причины. Я не знаю всей истории, но я знаю твоего отца. Он замечательный человек. Тебя долго не было, Ханна. Пришло время вернуться домой.

Он погладил ее щеку рукой, которую убрал ото рта.

Прошло несколько мгновений. Они неглубоко дышали. Ханна вдохнула сущность Джеймса, все ее существо переплелось с ним. Что с ней происходит?

Словно в замедленной съемке, он наклонился к ее губам, пока они не соприкоснулись. Он нежно ласкал ее, мягко, тепло. Ханна хотела, чтобы он придвинулся поближе, не в силах представить, что еще хоть мгновение будет жить, не зная вкуса Джеймса, человека, которого она едва видела. Темные волосы свободно свисали по краям лица. Его твердое тело было вдвое больше ее. Он согнул одну ногу под углом и скрестил ее по всему телу, чтобы держать ее неподвижно, заставляя ее ноги плотно сжаться, когда девушка почти сходила с ума от потребности раздвинуть их.

Наконец Джеймс слегка склонил голову набок и прижался губами к ее губам. Разум Ханны кричал остановиться. Это неправильно. Она не знала его. Но ее тело расслабилось от мужских нежных прикосновений, когда он прикусил кончики ее губ. После тщательного исследования ее рта поцелуй Джеймса стал более настойчивым, сильным, требовательным. Почти грубым. И, черт побери, если собственные губы Ханны не пошли на собственное преступление, наслаждаясь его вкусом, когда его язык дразнил внешние уголки ее рта, прежде чем погрузиться внутрь.