Страж Тысячемирья (СИ) - Земляной Андрей Борисович - Страница 45

С тех давних пор, когда левитирующие дома и города впервые поднялись в небо, прошло много сотен лет, надёжность домов достигла предела, но пояса всё также хранились в специальных ящиках.

Соколов дождался пока плотная южная ночь накроет столицу, и прижав кристалл питающий пояс, взмыл в небо.

Сверху город выглядел вполне прилично. Широкие бульвары и ровные квадраты кварталов, с красивыми домами. Но Владимира интересовал главный собор церковников, возвышавшийся над столицей вытянутым вверх куполом, и тонким острым шпилем, пронзавшим небо.

Беззвучно рассекая воздух, Владимир пролетел над городом, мягко опустился на галерею, опоясывавшую низ купола, и сложив пояс обратно в хранилище, шагнул к двери, ведущей внутрь.

Та ожидаемо не поддалась, но потянув сильнее, Соколов просто вывернул проржавевшие петли наружу, и оставив за спиной вывернутую створку, начал спуск по железной лестнице, прямо в главный зал Собора.

К счастью, местная цивилизация ещё не додумалась до датчиков и телекамер, так что путь не осложнялся преодолением очередного рубежа технической защиты, а первый заслон обороны человеческой, Владимир встретил внизу лестницы, где сходились технические коридоры из разных концов огромного здания. Три человека в длиннополых плащах поверх стальных кирас, и сверкающих шлемов, сидели на стульчиках, играя в какую-то сложную игру из кубиков и карточек, и полегли там же под действием мощного глифа «спячка».

А Соколов стал опускаться ещё ниже. Потому как узор контролировавший выплеск, требовалось нанести как можно ближе к накопителю, и желательно часть узора нарисовать прямо на нём.

Обход нашёл тела в коридоре через пятнадцать минут, и попытавшись привести подчинённых в чувство, командир взвода Серебряных шлемов, вызвал дежурного настоятеля. А тот в свою очередь вызвал иерея Томара, который потыкавшись в плотную вязь узора, кивнул, и обернулся к дежурному настоятелю.

— Храму оранжевая тревога. Они здесь.

Командовавший поисками заместитель Ока, отозвал патрули из города, и уже через час, плотное кольцо войск окружило здание собора, а группы наиболее подготовленных воинов, стали обыскивать задние залезая в каждую щель. И конечно полусотня Золотых щитов, спустилась вниз, в сердце храма — жертвенный зал, под которым находился огромный кристалл искусственного рубина, размером с двухэтажный дом, почти под завязку заполненный силой Хаоса.

Обряд приобщения грешников к Силе, решили не прерывать, и воины только рассредоточились по краям зала, чтобы не попасть под удар, стараясь не наступать на линии узора пентаграммы, нарисованной серебряными стержнями, врезанными в камень.

Старший епископ выпевал сложный речитатив заклинания, тела двадцати пяти грешников, по пять в каждом узле узора, корчились от боли в каменных саркофагах, воя на все лады, а воины стояли по углам молясь чтобы никогда не оказаться там, в каменном мешке, откуда после выметут лишь горстку пыли.

Но в стройном сценарии, сразу всё пошло не так. Епископ запнулся, и даже успел удивиться, когда его голова улетела прямо в центр узора, а тело, постояло фонтанируя кровью из артерий, и завалилось словно мешок.

Солдаты ещё не поняли, что происходит, но под куполом зала, раздался гулкий перестук, и они стали валится на пол, пачкая его кровью. Кто-то успевал вытащить клинки, и рвануть в сторону врага, но пули летели быстрее, и через пару минут и два магазина, все кончились.

Владимир прошёлся по залу, добивая раненых, и увидев над пентаграммой туманный шар, с энергией, вытекшей из жертв прямо в воздухе нарисовал узор «зеркала», и сила потекла по линиям пентаграммы в обратном направлении, вызывая в телах жертв, корчи наслаждения.

Двери в нижний зал, сделанные из толстых стальных конструкций, никак не запирались, но Владимир просто заварил их, проведя шариком плазмы, вдоль стыка створок, и дождавшись пока стихнут крики, раскрыл саркофаги, предоставив узникам самим приходить в себя и выбираться наружу.

Не отвлекаясь больше ни на что, Соколов сначала зафиксировал рисунок пентаграммы в ассистенте, а после там же в редакторе узоров, стал рисовать требуемые изменения сверяясь с калькулятором, показывавшим цифры изменений и дальность переноса, и всё прикинув, начертал сигил шара плазмы, и стал им проплавлять новые дорожки в узоре, и убирать те, что ему не требовались, выскребая серебро из канавок — каналов, и плавя камень.

Узники, потихоньку выбирались из каменных мешков, и обходя узор и трупы, собрались тесной кучкой в дальнем углу, вполголоса переговариваясь.

Они понимали, что человек занят какой-то волшбой, и не хотели его беспокоить. Того, кто способен перебить полсотни элитных храмовых воинов, и сломать обряд, наверняка не стоит злить и вообще на всякий случай лучше не обращать на себя его внимание.

Новый узор быстро продвигался, когда в дверь что-то глухо ударило, затем чем-то пошелестело, и снова ударило куда сильнее.

Но зачарованные на крепость, стальные створки держались, и церковники откуда-то притащили пару амулетов и начали медленно плавить металл, но такими темпами, это у них надолго, а взрывать в подвале высотного здания весьма неудачная идея.

Где-то через час, Владимир закончил с узором, и найдя глазами толпу узников, подошёл ближе.

— Сейчас здесь будет кусочек ада. Кто хочет жить, сидите где находитесь. И никуда не бежите, как бы не хотелось. Если не чувствуете в себе силы остаться на месте, скажите сейчас, я погружу вас в спячку.

Все, кто хочет увидеть это, сюда. Все, кто уже нахватался чудес, отойдите в сторону. — Владимир рассортировал людей, и одним взмахом отправил их в сон, сам оставшись стоять, затем оглянулся, и подмигнув самым смелым. Начертал в воздухе узор «Несокрушимой сферы», влив в неё несколько сотен миллионов эрг, и активировал узор над кристаллом.

И сразу же от пентаграммы во все стороны ударила волна серой дымки, словно от мощного взрыва, только в этой волне песок, сталь и кристаллы осыпались молекулярной пылью, а тела на мгновение превратившись в грязную жижу, так же мгновенно становились горсткой пыли.

Но главная энергия скручивалась в плотную спираль, и сквозь всё расширяющуюся дыру в храме, уходила всё выше и выше, поднимаясь за границу атмосферы, растворяясь в бескрайнем космосе. Триллионы эрг деструктурированной силы, способной распылить существенную часть планеты, выплёскивались в пространство, никому не причинив зла.

Но в накопителе содержалось слишком много энергии, и сначала закипело серебро узора, затем, когда весь металл испарился, линии пентаграммы засияли ярче электрической дуги так что небо над городом побелело, и через раскрывшийся портал, на каменные плиты шагнул высокий трёхметровый демон, с парой мечей, в длинных узловатых руках.

Стоя в потоке хаотической энергии, он оглядывался в поисках того, кто сломал всю систему, пока взгляд его не упал на Владимира. Развернувшись всем телом, он сделал ножницеобразное движение, и что-то гулко врезалось в щит, сразу просадив его на треть.

Не дожидаясь повторения атаки, Владимир выкатился из-под щита, и закрыв его потянулся за мечом, так как пулевое оружие демону не навредит. Слишком толстая шкура, слишком плотные мышцы, и огромный вес. Что-то, наверное, могла противопоставить танковая пушка, но таковой князь с собой не таскал.

Когда Кх’ури Элх затевал всю историю, с постепенной накачкой хаотической энергией серединных миров, он знал, что всё будет работать только до тех пор, пока Мастера Порядка не вскроют схему. Дальше все случится быстро и неприятно для него, но два мира он успел ободрать, что сильно повысило его уровень в иерархии.

И вот когда третий мир, уже должен пасть к его ногам, а точнее пополнить кошелёк, всё начало рушиться. Но сверхчувствительные узоры, плавающие на орбите планеты, не засекли никакой активности Мастеров, и даже людей Порядка не засекли. Как такое могло случится, он никак не мог понять, а тем временем, накопители пустели один за другим, практически бесследно рассеиваясь в окружающем пространстве.