Барышня ищет разгадки (СИ) - Кальк Салма - Страница 72

А некромант проступил ровно в тот момент, когда телега подобралась на расстояние пистолетного выстрела. Проступил сзади, за деревом, чтобы увидеть его, пришлось сунуть камешек в карман, шагнуть в снег и обернуться.

Щупальце, удар… и тут этот чёртов дурак снимает с себя амулет. Толкает его себе в карман, и неразборчиво бормочет не пойми что.

Впрочем, слова внезапно оказались не важны, потому что Соколовский ощутил, как начал пробуждаться, глухо ворочаясь, здешний погост. Ва-а-ашу мать!

— Пантелеев, обезвредить телегу, не убивать, но и не жалеть, — скомандовал он в зеркало. — А после готовиться отражать атаку обитателей погоста.

Кто-то на той стороне зеркала принялся молиться, кто-то выругался, а потом на телегу сверху рухнула сеть и мгновенно опутала всех, кто там сидел. Телега опрокинулась, сеть с пленниками выкатилась в сугроб на обочине, а кони дунули прочь в обратном направлении вместе с телегой. Кажется, в ту сторону кто-то побежал — прибрать пленных, всё верно, но Соколовский уже не смотрел туда, он обернулся к некроманту, потому что это враг, и враг или очень опасный, или просто бестолковый, от чего ни капельки не легче.

Потому что слева, со стороны погоста, пёрла нежить. Это пока ещё не та, что старше пятисот лет, здесь такую пойди поищи, но тоже можно подумать, кто они таковы — бывшие обитатели здешней тюрьмы, не дождавшиеся окончания срока, а кто-то должен быть оставаться здесь и вовсе бессрочно. Ничего хорошего к живому у такого вот не было и быть не могло. До тюрьмы здесь вроде бы располагался казённый завод, тоже жили и работали люди, и тоже умирали. А до завода — просто небольшое поселение. И поэтому — приготовиться, и вперёд.

— Огородите стены защитой, и ко мне, — теперь можно убрать зеркало совсем.

Первая волна настигла своего призывателя — правда, он стоял дурак дураком, до него не сразу дошло, что толпа нежити не слушается его совершенно. Он что-то кричал, видимо, пытался командовать, но на него шла монолитным строем воплощённая смерть.

И до него дошло, и он принялся защищаться, но не смог создать длинное мощное щупальце, а толстые и короткие годились только для ближнего боя. Вообще этого дурака допросить бы, конечно, но теперь уже — как будет. Поэтому Соколовский шагнул к нему как раз в тот миг, когда дурака окружили со всех сторон, а бить-то он и не умеет толком! И туда же, творить всякое и разное!

В общем, Соколовскому удалось проскользнуть к дураку тенями, испепелить примерно половину тех, кто окружил его, а дальше — увидеть изумление в глазах дурака перед тем, как пропущенный удар лишил его дыхания — наверное, всё же, не насовсем.

Соколовский взял его за шиворот, тенями же скользнул в крепость и сбросил во дворе.

— Свяжите хорошенько верёвками, а магически я свяжу сейчас. Потом разберёмся, кто он таков, и что ему было нужно. Тьфу, чуть не забыл, — достать из кармана дурака амулет и надеть на шею.

А теперь можно и за стены, и порезвиться.

Они выстроили работоспособную конструкцию — он в центре, остальные с защитой по обе стороны. Но нежити оказалось как-то нездраво много — да не только нежить, то есть бестелесные сущности, но и вполне так реальные останки — где совсем скелет, где — не совсем, то ещё зрелище. И они пёрли, не глядя под ноги и не оглядываясь, место уничтоженных тут же занимали следующие ряды.

Пропустил удар Савицкий, пришлось тащить его в крепость. Остался один некромант и четверо боевых магов — что ж, всё ещё неплохо, продолжаем, у нас не перевес, нет, конечно, но — ещё достаточно силы.

Самое паршивое то, что с первым лучом солнца никуда они не денутся, это только в сказках так бывает… возможно, нужно было дать знать Болотникову. Но вдруг кто-нибудь догадается?

Взмах, подобравшийся скелет рассыпается прахом, ещё один пытается зайти сзади, получает от Пантелеева огненную плюху в лоб. Далее как-то быстро выбыл ещё один из присланных Болотниковым, его тоже пришлось тенями закинуть в крепость — хуже уже не будет, а там, глядишь, и спасут.

Трое боевиков, один некромант и толпа врагов. Воплощённая смерть. Как же, дали возможность дорваться до живого! А вот не дали, даже и не надейтесь, голубчики. Возвращайтесь туда, откуда пришли, или… или от вас ничего не останется нигде, ни здесь — ни там.

Вынесли ещё одного защитника, да что ж такое-то? Не может быть такого, что они не отобьются, потому что… не может быть, вот. Но нежити оказалось как-то нездорово много, откуда они берутся в таком количестве? Неужели не только местные?

Возглас справа, он взглянул — и увидел открывающийся портал. Оттуда шагнули четверо, и с ходу он опознал Болотникова и ещё — отца Павла из Иннокентьевского. Точно, у обоих есть опыт с нежитью, они правильно пришли. А это… всего лишь много нежити, и только.

Двое других были наглухо закрыты защитой, но это были несомненные некроманты. Этот, что ль, который ревизором приехал? А второй откуда? Ладно, не важно.

— Командуй, смертушка, — Болотников шагнул и оборотился, правильно, зверю проще, чем человеку, он быстрее и сильнее, он сейчас всех здесь порвёт.

Отец Павел тоже двинулся вперёд, в левой руке у него сиял крест, а из правой прицельно летели огненные заряды, и каждый поражал цель.

А два незнакомых закрытых некроманта кивнули друг другу, разделились и разошлись в разные стороны, и каждый снял с себя ограничивающий амулет. Соколовский подумал — и взялся за свой.

— Держитесь тут, я тоже пошёл, — и снял его к чертям, и спрятал.

Что же, так оказалось легче. Сила мгновенно плеснулась наружу, испепелив всё неживое вокруг, и это было то самое, что надо. Ну, помогай нам всем бог!

Удар, удар, пятый, восьмой, далее без счёта. И кажется, ряды воинства смерти наконец-то начали редеть… неужели конец виден? И этот конец — хороший?

А потом он, видимо, подустал, потому что какая-то тварь подкралась к нему сзади. Его захлестнули за шею, а после хорошенько поддали по голове, и больше он не слышал и не ощущал ничего.

16. Неожиданные гости

16. Неожиданные гости

Он очнулся и не сразу сообразил — что случилось, как он оказался в постели, да не просто в постели, а в своей собственной, дома, в Сибирске. Но — это несомненная его спальня, судя по окнам — на улице день. И негромким гулом доносятся голоса — из гостиной, что ли.

И что это вообще было? Они стояли против воинства нежити, сначала — с теми магами, кого прислал Болотников, и с Савицким, и ещё с Пантелеевым… Пантелеев даже извинился — мол, поверил навету, кто ж только придумал тот навет?

А потом маги принялись выбывать из боя по одному. И кто-то догадался позвать на помощь, молодец. Наверное, Савицкий — вызвал Болотникова, тот пришёл сам и привёл тех, кто помог. Отец Павел — да, всё верно, он человек бывалый. А двое других? Правда что ли уговорил приезжего некроманта вмешаться? Или ещё откуда-то вызвал? В бою некогда было рассматривать, кто таковы, а они как будто очень не хотели, чтобы их рассмотрели.

И где тот некромант, которого он поймал? Не сбежал же больше, хотелось в это верить. И где-то ещё его товарищи, которых замотали в сеть и опрокинули с телеги, и тоже забрали. Нужно бы расспросить, да?

Или тут приезжие ревизоры уже столько намутили, что уже и расспрашивать никого не нужно, сами со всем справились?

Интересно, а встать получится?

Михал оперся на изголовье кровати и так поднялся на ноги. Ноги в целом держали, но прежде, чем показываться кому-то, нужно одеться. Наверное.

Одеться удалось — на стуле рядом с кроватью лежали домашние брюки, и сорочка, и халат. Интересно, если он выберется к предполагаемым гостям в таком вот небезупречном виде, они не попадают со стульев? Ещё там лежала шпилька Лёли — видимо, с какого-то её визита осталась. Интересно, как поступить правильнее — сначала связаться с ней, а потом уже пойти смотреть, что творится в его доме, или наоборот?