Барышня ищет работу (СИ) - Кальк Салма - Страница 66

Ну да, если они так встанут, то прикроют нас получше. И послушались, не возразили, и то хорошо. Я же стояла позади Марьяны, готовая, если что, подсказать или помочь. Мне страшно не было, я уже привыкла, что обитатели кладбищ против нашей толпы всё же не самые серьёзные противники. Всякие лесные недозвери обычно оказывались опаснее.

Сегодня неживых было трое — выбрались из-за крестов и потекли к живым. И как знали — как раз на Марьяну, все трое. Она тяжело дышала и долго не отваживалась сделать ничего, но потом всхлипнула и как хлестнёт щупальцем! Одного сразу и снесла. Потянулась к двум другим, не достала, шагнула вперёд, да неудачно наступила — полетела в снег.

Я тут же швырнула на неё защиту — в последний момент, две призрачных сущности аж столкнулись над той защитой, так спешили к нашей Марьяне. И тут до них добрались с двух сторон Войтек и Лёва, и вместе добили. Больше никто не показывался и на нас не нападал.

— Живы, Марьяна Михайловна? — весело подмигнул ей Авенир Афанасьевич, поднимая из сугроба. — А говорили — не смогу да не получится. Вы можете ещё поболее некоторых ваших сокурсников, в вашем роду слабых не бывает. Выше нос, всё получится!

Марьяна хлюпала носом, цеплялась за его руку и так шла до нашей «практической» аудитории. А там уже и в меня вцепилась.

— Оленька, если бы не вы! Благодарю от души, я ж не видела ничего, ни куда полетела, ни что там вокруг творится-то!

— А что ж, мне нужно было стоять и смотреть? — усмехнулась я. — А потом и Лев с Войтеком подоспели.

Тем временем Авенир Афанасьевич раздавал кому что причиталось.

— Марьяна Михайловна молодец, справилась, только вот на ногах бы потвёрже стоять магу-некроманту немалой силы и с выдающейся родословной. Лев Фёдорович и Войцех Станиславович тоже молодцы, подоспели вовремя. Ольга Дмитириевна молодец, вовремя защитила. А вот что в это время делал Николай Иванович, я как-то до сих пор не понимаю, — качал он головой. — Если вы думали отсидеться за спинами — так не выйдет. Скоро нам с вами предстоят такие места, где нежить кишмя кишит, и там отсидеться не выйдет никак. У каждого будет своё задание, каждый будет один на один с нежитью, и как вы намерены справляться, если не желаете пробовать с поддержкой товарищей? Неудовлетворительно.

Коля втянул голову в плечи — он явно думал, что прокатит, но — не прокатило.

— На сегодня все свободны, завтра встречаемся в обычное время.

Марьяна ещё благодарила меня, и между делом зазывала на чай. Мы сговорились, что сегодня уже нет, всё же ночь, и скоро вставать к первой паре, а вот завтра полевой практики не будет, значит — самое то.

К тому времени мы посетили пару раз ближнюю лавку, торгующую предметами дамского обихода и гардероба, я купила там чулки и тёплые варежки, которые легче сбросить, чем перчатки — а на полевой практике бывало нужно именно что быстро сбросить и приготовить руки. Более того, я ещё пришила эти варежки на верёвочку, как мы дома в детстве на резинке носили, чтобы не терять, и могла с тех пор вообще не думать о том, где они там болтаются, когда я их сбросила. Мою идею подхватила та же Марьяна, а потом я ещё и у некоторых парней тоже видела, они поговаривали, что так удобнее, чем за пояс толкать. И время не тратить, и не потеряются. Все польза.

Ещё мы побывали в лавке, где торговали тканями, и от изобилия у меня разбежались глаза. В наше время, поверьте, столько всякого и разного просто нет. Есть разнообразие расцветок, потому что и красители, и печати рисунка, а вот именно разнообразия тканей, да ещё и натуральных — увы. Так что я купила там тонкое сукно — сказала, на юбку, а сама подумывала сшить штаны для практики, а то зима и не думает заканчиваться, а в юбке очень уж неудобно. И ещё нужно придумать какую-нибудь обувь, чтобы в ней ходить было попроще, чем в валенках. В валенках, конечно, тепло, и скажем, тот же Ряхин вообще везде в них ходит и не страдает, когда над ним посмеиваются. Или страдает, но виду не подаёт. С другой стороны, а что мы знаем о финансах Ряхина? Да ничего. А, скажем, Томашевский или Толоконников ходили в хороших высоких, выше колена сапогах. Но сапоги же, наверное, промокают от снега? Или можно как-то защитить? И насколько те сапоги тёплые? Или тоже — как закажешь, так и сошьют? В общем, если мне дальше по работе придётся рыскать по сугробам за нежитью, то нужно задуматься об экипировке. В длинной юбке да валенках много не нарыскаешь.

Марьяна же только отмахивалась от всех моих заключений и говорила, что ей, даст бог, ни с какой нежитью сражаться не придётся, отец да братья справятся.

Она настойчиво зазывала к себе в гости — чаю попить с домашними разносолами да поболтать, потому что на занятиях болтать не выходило совершенно. Жила она неподалёку, в доме, кроме неё, обитала хозяйка — купеческая вдова средних лет, и землячка Марьяны, тоже обучавшаяся чему-то в Москве. У хозяйки имелась прислуга — горничная, дворник и кухарка, и пара родственниц-приживалок. Девицы прислуги не имели.

И на следующий день после Марьяниной эпической битвы мы дождались окончания всех занятий и отправились к ней в гости.

24. В гости

24. В гости

На улице светило солнышко, снег стремительно таял — в общем, весна-весна. И никакого вам реагента, только честные лужи. И ботинки свои домашние, Соколовским когда-то спасённые, я очень своевременно надела. Только и оставалось теперь — осторожно лужи обходить.

— Ой, Оля, вот сразу говорят — породу не спрячешь. Вы такая изящная. И на улице, и в сугробе по пояс, когда нужно какой неживой твари голову открутить, — болтала Марьяна.

— Вам, Марьяна, нужно просто купить новые сапожки, и сразу всё станет хорошо, — я уже знала, что любящий отец дочку в тратах не ограничивал, особенно — в тратах на гардероб.

— Верно говорите, Оля, пойдёмте завтра к сапожнику? Приценимся.

Точно-точно, купеческая дочка никогда не соглашается на первую цену, которую ей называют, и всегда торгуется. Я уже наблюдала это явление, и восхищалась — отрез ткани на брюки достался мне с хорошей скидкой. Потому что вот тут с краю непрокрас, но так и быть, небольшой, мы не станем отказываться, а вот тут ниточка толстовата, и вот ещё… В общем, я так не умею, я всегда плачу, сколько просят, и пусть думают обо мне, что хотят. А Марьяна умеет, и отчего бы не воспользоваться?

— Купим баранки, да? К чаю. У меня есть варенья, сахар и мёд, батюшка присылает отличный мёд.

Батюшка Марьяны, купец Михайло Андреич Сурков, нет-нет да присылал или кого-то из сыновей, или из приказчиков — проведать, как там доченька живёт, всё ли у неё хорошо, не испытывает ли в чём нужды, здорова ли и весела ли. Сыновья у него все старше Марьяны, им, как я поняла, справили какие-никакие документы из ближайшего к дому магического училища, а доченьку единственную любимую отправили получать образование по полной. Из дома присылали и мёд, и домашние соленья-варенья, и мешок картошки, а Марьяна только фыркала — мол, что же, батюшка думает, у неё тут есть время ту картошку чистить? Но зато у неё всегда было, из чего по-быстрому соорудить обед или ужин на магической горелке.

Да-да, эта штука разом походила и на примус, и на знакомую мне газовую горелку, но работала на магической энергии. Марьяне эту штуку батюшка аж из Европы привёз — мол, там вовсю балуются тем, что придумывают всякие полезные бытовые штуки. В итоге любимая дочка никак от хозяйки не зависела и в любой момент могла и поесть себе приготовить, и чай согреть. И мы с Марьяной занялись именно обедом — потому что пришли с пар и есть хотели очень и очень.

Квартира Марьяны, как и моя, состояла из двух комнат — гостиной, она же кухня и столовая, побольше, и спальни поменьше. И очень уютно было в той квартире — скатерти, рюшечки, салфетки, подушечки на стульях. Заглянул хозяйский кот, рыжий, большой и мохнатый, был поглажен и отправлен обратно — мол, рыбы нет, мяса тоже, вот будет Масленица — приходи, сами зажируем, и с тобой поделимся.