Клыки и розы в Академии Судьбы - Княжина Елена - Страница 5

Как всякий первокровка – пусть и из обедневшего рода, но все-таки граф, – папа твердо знал место женщины. Точнее, ее идеальный путь. Сначала «Эншантель» – фабрика милых безропотных леди, не умеющих дать отпор. Затем удачный брак, выгодный обеим сторонам. И – с глаз долой, под светлые очи супруга…

Матушка, с отличием окончившая парижскую школу идеальных жен, была одной из любимиц прошлой директрисы. В распорядительном зале среди прочих наград стоял «Голубой Кубок «Леди Эншантель» (его выдавали за самое успешное применение заклятья «опрятного вида»).

Обычно формула занимает пять секунд, но мама умудрилась уложиться в три. Судя по имени «Аврелия Честер», выбитом на светло-синем кристалле, ее рекорд до сих пор никто не побил.

– Веро, очнись! – Монис подтолкнула меня в плечо, выдергивая из недр самокопания. – Собирайся давай, или поедешь в чем матушка родила…

– Ага, да… – промычала я задумчиво и нащупала под кроватью ручку темно-красного чемодана.

С безучастным видом я принялась кидать в него нижние платья, верхние, форменные, парадные… На выходе это превратится в единое мятое месиво, но не зря же нас с первого курса учат «полезной бытовой магии»? «В чем матушка родила» заваливаться на порог жуткой северной академии не хотелось.

Хотя порой казалось, что матушка меня не рожала вовсе. Это было как-то не в ее стиле.

Понятия не имею, как на свет появились старшие братья. Не могли же они всерьез вылезти из той эталонной, безукоризненной, честолюбивой леди, которую нынче все знают под именем Аврелии Ланге? Из той надменной, изысканной до каждого ноготочка женщины, что вечно трогает супружеский медальон и чуть брезгливо косится на столичную суету из окна отцовского кабинета? Оно как раз выходит на эстер-хазский базар, примыкающий к оживленной площади перед главным банком.

Определенно, если бы идеальной жене не нужно было продолжать род супруга, мама никогда бы не стала связываться с потомством.

Как только был подписан магический брачный контракт, родовой медальон Честеров повис и на моей шее. После свадьбы он станет супружеским талисманом и позволит перемещаться к мужу, где бы тот ни находился. Полезная вещица… в теории. Но пока серебряный кулончик с изображением лотоса и меча мучительным бременем тянул меня на дно.

________

* Ближе познакомиться с Санкт-Петербургской академией магии и князем Андреем Карповским можно в серии «Дикая магия». Она начинается историей «Проклятье «Черного тюльпана». (прим. автора)

Глава 2. Чудовище

Полчаса спустя мой узенький дамский чемодан распирало от самого нужного. Единственное, что никак не желало влезать, это толстый учебник, выданный мадам Туше.

Ну почему тот, кто придумал столько способов очистить фамильное серебро, не создал способ изучить их автоматически? Скажем, во время сна или за трапезой?

Дверь нашей спальни распахнулась, и на пороге застряла всклокоченная мадемуазель Филли.

– Вы еще не собраны? Остальные ученицы давно ждут у выхода! – вскрикнула она, сверкая перепуганными глазами из-за тонких стекол. – Курочки мои, мы должны через пять минут быть на площади Эстер-Хаза…

– На площади? Зачем?

Я оборвала расширяющую формулу на середине, и бордовая крышка чемодана, искривившись, застыла в расплавленном ожидании.

– Разве нельзя переместиться от порога к порогу? – Олли тоже навострила ушки.

– Карантинные работы… Часть телепортационной сети временно отключена. Мне велено сопроводить делегацию в Эстер-Хаз, там нас должны встретить, – протараторила Филли и завершила мою формулу. Пространства в чемодане стало значительно больше, и учебник маслом проскользнул на дно. – Поторапливайтесь, шустрее, шустрее…

Под цепким надзором мадемуазель Филли мы вывалились из главной двери на тихую парижскую улочку. Место, где располагалась школа, было пустынным. Но все равно на крыльце висели крепкие чары, отводящие прохожим глаза.

На синей двери, захлопнувшейся за нашими спинами, мерцал символ заговоренного порога. Что бы там ни было с остальной сетью порталов, эта точка пока работала…

– Карантин? Ерунда какая-то, – с подозрением шепнула мне на ухо Олив, приподнявшись на цыпочки и обдав приятным мятным ароматом. – Почему нельзя переместиться напрямую, зачем сначала лететь в Эстер-Хаз?

– Там совсем недалеко, – мадемуазель Филли застыла в нервной «обнадеживающей» улыбке. – Так, давайте парами, за мной. Жду вас на той стороне.

Она взмахнула жезлом и закрутила себя и еще нескольких девочек телепортационным вихрем. Взяла с собой самых юных, кто не мог попасть в столицу без сопровождения. Нам, более опытным и достигшим магического совершеннолетия, пришлось добираться самостоятельно.

Хором прошептав телепортационную формулу, мы переместились от синей двери к другой, выходящей на оживленную площадь. Нас тут же растолкали прочие телепортирующиеся, спешащие по своим делам. Никогда не любила эту бесконечную сутолоку: не столица, а гнездо плотоядных шурхов.

– Сюда, мои курочки!

В центре шумной площади, подпрыгивая в пестрой толпе, махала рукой мадемуазель Филли. Первокурсницы жались к ней перепуганной кучкой, и надо признать, у меня были похожие ощущения.

– Уверена, это часть испытания. Не просто так именно нас послали на практику, – поджав челюсть, шипела Монис. – Прибудем мы туда изможденными и помятыми, добить – раз морфу в суп плюнуть…

– Зачем им нас добивать? – хлопнула длинными ресницами Ландра, заговаривая свой черный лаковый чемодан лететь следом.

– Ты хоть понимаешь, куда нас отправили? – Олив смахнула со лба мягкие завитки, чтобы было видно, как глубоко она закатывает глаза. – Вот туда… туда, где этот тип работает!

Она потрясла мятой газеткой, позволяя в деталях разглядеть жуткое лицо, скалящееся в голодной ухмылке.

– Он еще и работает? – Ландра растерянно опустила жезл, и ее чемоданчик плавно осел на землю.

Из всех нас она была самой правильной «куклой»: улыбающейся в пустоту и не задающей лишних вопросов. Обычно. Сейчас ситуация была внештатная, и даже невозмутимую Ландру пробрало атмосферой мрачной секретности.

– Преподает. На к-корм… зарабатывает, – поперхнулась Олив и машинально потерла белокожую шею.

– А нас туда, вероятно, послали как гуманитарную помощь? В качестве пищи? – с нездоровым энтузиазмом догадалась я и бодро послала заклятье в чемодан.

Каждая из нас тащила свою ношу, как умела. Кому-то лучше удавались чары, облегчающие груз, другим покорялись левитационные формулы… Мой же чемоданчик старательно подпрыгивал, боясь отстать, кряхтя и сбивая многострадальные углы о бордюры.

– Только не говорите, что мы пойдем общественным порталом… – поморщилась Ландра, верно определив направление.

– Сомневаюсь, что в Петербурге есть точка выхода, – резонно выдала Монис. Ее рыжий хвост распустился и резко подлетал то влево, то вправо при каждом шаге.

– Тогда как мы туда попадем? И кто, тролль побери, нас сопроводит? – я семенила следом за основной группой.

– Нас встретят, – неуверенно сообщила мадемуазель Филли и предложила нам остановиться около входа на галдящий базар. – Д-должны…

Влево уходила широкая дорога, огибающая площадь и уводящая в сторону главного банка. Мы заняли свободный закуток рядом с погашенным фонарем и принялись ждать. Кого-то.

Ночами я спала дурно и потому днем клевала носом при каждом удобном случае. Вот и сейчас, прислонившись боком к фонарному столбу, я ловила сонным взглядом плывущие мимо силуэты.

Преломляясь в утреннем свете, маги спешили по своим делам, на ходу сотворяя чары и отсылая теле-маго-граммы. Центр Эстер-Хаза кипел разнородной деятельностью.

– Ты все бледнее с каждым днем. Настоящая аристократка, – осуждающе заметила Олив, подпихнув меня в свободный бок. – Вот ровно с тех пор, как согласилась на шурхову магпомолвку!

– Ты прекрасно знаешь, Олли, что я на нее не соглашалась, – сдавленно прошептала я, мазнув тяжелым взглядом по блестящему кольцу.