Пламенная - О'Бэньон Констанс - Страница 15

– Мне нет дела до того, кто кого оплакивает в этой округе, – жестко произнесла Сабина.

– Я поговорила со многими людьми, – упрямо продолжала Изабель. – Они оплакивают тебя!

Сабина вздрогнула. Она решила направить разговор в другое русло:

– Правда, что ты можешь предсказывать будущее?

Изабель рассмеялась:

– Так же, как и ты, как твой братец Ричард или Жак и Мари. Надо только набраться смелости и говорить людям то, что они хотят услышать, или немного их припугнуть. Обычно я пророчу им скорое богатство и страстную любовь, а иногда и неожиданные беды. Как это ни странно, мои предсказания сбываются. А если нет, то я уже успеваю удрать далеко, заполучив свои денежки за гадание.

– Какая же ты хитрая, Изабель! – улыбнулась Сабина.

– Жизнь меня научила этому. Зайчик кормится травкой, а лисица – мясом зайчика. Такой порядок установил в мире Господь, – веселые искорки промелькнули в глазах Изабель, – не хочет ли юная госпожа прогуляться со мной, пока этот противный дождь сжалился над нами и ненадолго прекратился?

Они пошли рука об руку по опушке леса, и восхитительная легкость шага изумила Сабину. Она нарочно припадала на недавно излеченную ногу, и – о чудо! – нога не отзывалась болью.

– Сабина, я расскажу тебе то, что услышала от местных жителей. Хочешь?

Глаза Сабины наполнились слезами. Она молча кивнула.

– Я знала давно, что ты, девочка, спаслась от этой резни. Я сразу же догадалась, что ты Сабина – дочь Вудбриджа и жена герцога Бальморо. Не надо бояться нас. Мы добрые люди и честные.

Сабина разрыдалась.

– Что с моим отцом?

– Он погиб. К сожалению, его хоронили чужие люди, ведь у него не осталось близких родственников.

Это был еще один болезненный удар в сердце Сабины.

– Друзья и союзники покойного лорда собираются отомстить за него. Король послал в замок много солдат, но вряд ли они смогут остановить расправу.

– Пусть прольется побольше крови! – воскликнула Сабина. – Этим негодяям нет места на земле, им уготовано место в аду.

Изабель спокойно посмотрела на вспыхнувшую от ярости Сабину.

– Вот теперь у меня не осталось сомнений. Ты действительно герцогиня Бальморо.

– Я отвергаю этот запятнанный кровью титул!

– И все же ты – герцогиня! Не опасайся, дитя, я не выдам никому твое происхождение, но скажи, ты и правда веришь, что твой муж преступник?

Сабина обратила свой взор к небу. По нему бежали косматые, меняющие свои очертания, мрачные облака, гонимые ветром. Светлое и темное сражались там далеко, в небесной вышине.

– Я не знаю, я ничего не знаю и не могу понять…

Она вырвалась из рук Изабель и побежала прочь от нее. Как ей поступить? Похоронить себя тотчас в мутных водах потока? Они с братом теперь сироты, никого не осталось у нее в этом мире – ни родителей, ни мужа! Никого, кроме этих жалких актеров, приютивших их. Сабина молила Господа о легкой немедленной смерти.

Изабель с трудом догнала ее.

– Потрясающе! – воскликнула старуха. – Ты скачешь, как молодая газель. Значит, я все-таки великая врачевательница.

Искренняя радость Изабель, ее внезапно помолодевший голос, ласковые слова, которые она произносила, – все это постепенно заставляло оттаять сердце Сабины. Ее порыв отчаяния утих, сменившись глухой печалью.

– Доверься мне, доверься Мари и Жаку, – говорила Изабель. – Мы незнатные и небогатые люди, но мы готовы помочь тебе…

– Мой враг сильнее вас, – пыталась возразить Сабина. – Он сидит по правую руку от короля… Он отыщет меня и за Проливом, во Франции…

– Все равно добро победит зло… Ты скоро повзрослеешь, сама станешь сильной и одолеешь своего врага.

Сабина оглянулась. Мари и Жак, переговариваясь, что-то готовили на обед у костра и посматривали в ее сторону.

– Они меня не выдадут? – с надеждой спросила Сабина.

– Они пока не знают, кто ты. И им незачем это знать. Ты и Ричард отправитесь вместе с нами во Францию.

– Мы для них новая обуза.

– Нищему нечего терять…

Сабина дернула золотую цепочку на шее.

– Это медальон моей матери… Она очень дорожила им. Наверное, он стоит каких-то денег… пусть не очень больших. Это единственная вещь, которую я могу продать… Впрочем, нет! – Сабина вдруг вся похолодела. – Вот же проклятое кольцо с гербом герцога Бальморо. Я и забыла о нем. Я должна была его выбросить в реку… Этот дракон с разинутой пастью напоминает мне хищную пасть злодея. К сожалению, его нельзя продать. Любой скупщик в Англии узнает, кому принадлежит этот перстень. Как бы я хотела расстаться с ним!

– Не торопись, дитя мое.

– Почему?

– Будущее скрыто во мраке, и даже я не вижу, как могут обернуться дела…

– Для вас все ясно. Вы найдете приют на французской земле, а я никогда не попаду туда!

– Но почему?

– Мы с Ричардом не имеем права объедать вас, особенно если вы так бедны.

– Как ты мало знаешь о мире и о доброте людской! Мари полюбила Ричарда, как сына, я – тебя, Сабина, как дочь. Мари ни за что не расстанется с Ричардом, а я – с тобой. Ну а Жак Баллярд – он само воплощение доброты.

– Только не называй наших титулов, когда будешь обращаться ко мне и Ричарду, – робко попросила Сабина.

– Ты зря не доверяешь Жаку и Мари, но я уважу твою просьбу, – огорченно заявила старуха.

– Франция! – мечтательно произнесла Сабина. – Я всегда хотела побывать на родине моей матушки, но только вместе с нею, а не в качестве бесправной беглянки.

– Франция – гостеприимная страна. Может быть, ты обретешь там счастье.

Сабина горько усмехнулась.

– Ты опять оттачиваешь на мне свое колдовское мастерство, хотя уже выдала все его секреты. Теперь я почти такая же предсказательница будущего, как и ты.

Изабель молча поджала губы и обиженно замолкла. Они вернулись к костру.

Изабель палкой разворошила угасающий огонь и проследила, как мерцающие искры разлетелись в разные стороны.

– Иногда правда является на суд неприглядно одетой в фальшь, и ей никто не верит. Ее проклинают и кидают в нее камнями – и все равно она остается правдой.

– Ты сама убедила меня, что твои пророчества лишь шутка. Мне очень жаль, что скоро наши дороги должны разойтись. Нам не по пути с Баллярдами. Если враги узнают, что они помогли мне, им придется плохо. Я и так ничем не отплатила вам за вашу доброту. Я спала на твоей постели, ела хлеб из твоих рук, а ты лежала на холодном полу фургона, уступив мне свое место, и делилась последним куском, сама оставаясь голодной. Больше я не смогу пользоваться вашим великодушием.

– Завтра дороги уже подмерзнут, и мы сможем отправиться в путь.

– Значит, на рассвете нам придется проститься.

– Нет, мое дитя. Вы с Ричардом поедете с нами.

– Доброта не безгранична, – стояла на своем Сабина.

– Может быть, мы рассчитываем на вознаграждение, – пожала плечами старуха.

– Какое, Изабель?

– Всякое доброе дело вознаграждается.

– Может быть, там, за порогом смерти, но не на этом свете.

– Девочка, только что излечившаяся от хромоты, должна отгонять подобные мрачные мысли.

– Мои мысли еще страшнее, чем ты думаешь, Изабель. Я мечтаю вонзить в грудь мужа острый кинжал и видеть, как теплая кровь зальет его рубаху и оледенеет его труп. Да мало ли о чем я думаю, Изабель! Меня саму пугают мои видения.

– Прибереги свои планы мести до того времени, когда повзрослеешь. Незачем сейчас терзать себя впустую. Прошу, Сабина, погрейся у костра, а я ненадолго покину тебя. Мне надо кое о чем переговорить с Жаком и Мари.

Оставшись в одиночестве, Сабина уже не стеснялась слез, хлынувших горячим потоком. Она оплакивала и свою горестную судьбу, и собственную беспомощность. Излечение от хромоты не принесло ей особой радости. Если бы отец и мать могли видеть ее здоровой!

Изабель приблизилась к фургонам. Мари сидела на ступеньках и развлекала малыша сказкой, немыслимо коверкая английские и французские фразы. Баллярд отстругивал последние куски копченого мяса с уже давно обнажившейся бараньей кости и бросал их в котелок в тщетной надежде, что ему удастся соорудить и на этот раз наваристый суп. Холодная погода только усугубляла всеобщий аппетит.