Его Величество Мертвец Том 4 (СИ) - Оришин Вадим Александрович "Postulans" - Страница 40

В голове колонны он нагнал платформу, которую тащили гвардейцы, и взобрался на неё. На таких платформах и проходили основную часть пути все живые участники экспедиции. Не так часто в пустыне встречались места с мягким песком, когда платформы приходилось разгружать, чтобы скелеты не тонули в барханах.

На платформе в распоряжении Джейтраэля имелось одно сидячее место и место под сумку, а также доступ к воде. К воде остроухий и приник, прежде чем стянул с головы капюшон. У платформ имелся навес, спасавший от солнца, оставалось только не зевать, чтобы не пропустить очередной порыв ветра, что принесёт мелкую песчаную пыль.

Два лича играли в шахматы. Со стороны это смотрелось очень странно. За день каждый из играющих успевал сделать по три, иногда четыре хода. Остроухий в один из вечеров говорил об этом с Зараком, старшим среди людей.

— Это они сейчас ещё активно играют, — с улыбкой рассказал мужчина, успевший отрастить бороду во время пути. — В Предельном они могли даже не каждый день по ходу делать. Развиваются.

— Я так и не понял сути игры, — признался Джейтраэль. — У вас она популярна, как я погляжу?

— Ну, не сказал бы. Она сложная, — Зарак задумался. — Надо думать, особенно если противник сильный.

— А ты сильный? — спросил остроухий.

Зарак горделиво подбоченился.

— А то! Я и с Арантиром играл. Даже один раз выиграл, а кронлорд играет ой как зло.

— Зло? — не понял Джейтраэль.

— Ну, агрессивно, сильно. С ним сложно играть. Ты стратегию выстраиваешь, он ломает. И не всегда поймёшь, куда он сам собирается атаковать.

Остроухий указал на личей.

— А они как? Хорошо играют?

На этот вопрос человек ответил не сразу.

— Знаешь, так сразу не сказать. Играют они долго, а так, вообще-то, нельзя. Но вообще я за ходами наблюдал. Они не просто на несколько шагов считают, у них прямо противостояние. На много ходов считают, и своих, и противника. Не думаю, что смог бы кого из них легко победить.

Джейтраэль наблюдал за игрой не мешая. Он уже понял, как ходят фигуры, но многие вещи от эльфа ещё ускользали. Нельзя сказать, что остроухий сильно заинтересовался, просто в пути, да ещё в таком комфорте, делать было нечего.

Караван медленно поднялся на очередной бархан. Джейтраэль глянул вперёд, на гребень следующего бархана, где должен ждать передовой отряд. И, едва увидев разведчиков, остроухий вскочил. Передовой отряд развернул полосатый флаг: две красные линии, две чёрные. Они видят цель.

— Передовой отряд видит руины.

Личи оторвались от игры и тоже поднялись, оборачиваясь к передовому отряду. Они ничего не сказали, но мимо платформы промчались два рыцаря смерти. Остроухий подал знак своим собратьям. Эльфов с экспедицией следовало не особо много, однако они были, и Джейтраэль за них отвечал.

Началась рабочая суета. Экспедиция начала возводить временный лагерь на безопасном расстоянии от руин, пока часть нежити начала разведку. Джейтраэлу нравился такой подход, живые не рискуют, пока нежить обеспечивает безопасность поверхности и верхних уровней руин. От него и его подчинённых теперь требовалась разведка местности: найти ближайший источник воды и выбрать место под постоянный лагерь.

Джейтраэль только собрал группы поиска, как от руин донеслись хлопки выстрелов. Эльф обратил вопросительный взгляд на лича, Эрста, и тот пояснил:

— Дикая нежить.

Выстрелы повторились. Остроухий мысленно порадовался, что не его собратья проводят зачистку. Да, всю пользу с руин получат и союзники, но, во-первых, они сделают это без потерь в живой силе, а во-вторых, союзники же. Насколько знал Джейтраэль, сотрудничать с Арантиром собираются всерьёз и долго, так что не о чем переживать.

С поиском воды не повезло. После нескольких дней отряд разведки обнаружил небольшой оазис, но именно что небольшой. Если из него активно брать воду на всю экспедицию, он может и обмелеть. Маг воды, участвовавший в экспедиции, обещал помочь, но Джейтраэль, имея опыт в этих делах, сразу озаботился поиском надёжного источника. Пусть доставлять из него воду придётся караванами, но это небольшая плата.

Всё это время нежить союзная выбивала нежить дикую. Живые успели поставить лагерь, личи даже начали возводить свой монолит. И только на шестой день Эрст разрешил живым приближаться к руинам.

— Мы очистили три этажа. Глубже ведёт всего один проход, поэтому там должно быть безопасно.

— А если они найдут другие проходы? — уточнил остроухий.

— Мы всё осмотрели, никаких проходов не обнаружили. И мы продолжаем зачистку, займём нежить на глубине.

Джейтраэль признал, что риск оправдан. На следующий день экспедиция вошла в очищенные залы. И первое, что пришлось сделать — действительно их очистить. После боёв осталось множество трупов. Гвардейцы растащили тела, чтобы оставить проходы, но для тщательного изучения руин этого недостаточно.

То, что Эрст назвал этажами, правильнее называть уровнями. Впрочем, сколько раз Джейтраэль бывал в подобных местах, так и не разобрался в архитектуре. А люди взялись тщательно всё зарисовывать, начав с планов. И уже на второй день пришлось перепроверять верхний уровень. На подробном плане оставались большие пустые участки между стен, слишком большие, чтобы не заподозрить наличие потайных ниш. В двух местах действительно удалось обнаружить скрытые комнаты. В остальных решили не ломать стены, а сначала подробно срисовать всё, что на них нанесено.

Остроухие с удивлением наблюдали, как люди документируют всё. Каждый сантиметр поверхностей подвергался зарисовке. Каждый найденный предмет подробно описывался, обнюхивался, облизывался, разве что ломать не пробовали, аккуратно складывая. Через две недели Джейтраэль понял, почему люди рассчитывали на столь долгую экспедицию. С таких подходом за прошедшие дни они прошли меньше трети самого верхнего уровня. А в лагере росли горы мешков. В этих мешках очень аккуратно собиралось всё найденное, оборачивалось тканью и засыпалось просеянным песком. Всё, чтобы не повредить предметы при транспортировке. Изучать всё это добро будут в Предельном.

Ещё остроухие увидели, как нежить аккуратно вынимает целые фрески из стен, чтобы, да, тоже собрать их и уволочь в Предельный. На закономерный вопрос Джейтраэля:

— Как вы собираетесь волочь плиту пять на четыре метра по пустыне?

Эрст ответил:

— На санях.

Какое-то время эльфы занимались своими делами, возили воду, проводили разведку окрестностей. Вскоре делать стало нечего и большинство эльфов присоединилось к работе людей. Джейтраэль присоединился к Зараку, уже не столько руководившему процессом (народ втянулся в работу, и постоянный контроль не требовался, только решение возникавших периодически проблем), сколько занятому систематизацией находок.

В очередной вечер, когда работа уже подошла к концу и все вернулись в лагерь (инструкции Арантира категорически запрещали ночевать внутри руин), Зарак предложил Джейтраэлю отметить первый результат их работы.

— Не рановато ли говорить о результатах? — усомнился остроухий.

В понимании эльфа результатом должен стать найденный артефакт. Ранее экспедиции самих эльфов надеялись найти что-нибудь об истории их народа, но после нескольких неудач оставили это дело.

— Ну, результат у нас промежуточный, — уточнил Зарак, когда доставал небольшую бутылочку. — И тем не менее я с уверенностью заявляю: всё сделанное уже было не зря.

— Хорошо, — кивнул Джейтраэл, наблюдая, как несколько капель падает в травяной отвар. — Я слушаю, что вы нашли?

Зарак сделал драматическую паузу, с улыбкой глядя на остроухого, но Джейтраэль не поддался, возвращая улыбку и терпеливо ожидая ответа.

— Помнишь ту фреску, с которой так долго возились гвардейцы?

— Такое забудешь, — хмыкнул остроухий.

— Вот! Я, как на неё взглянул, заподозрил неладное. На первый взгляд там просто большое художественное полотно с детальной прорисовкой местности. Я внимательно рассмотрел барельеф и постарался сопоставить его с нашими картами. Признаюсь, в какой-то момент я даже подумал, что ошибся.