Синеглазая принцесса - О'Бэньон Констанс - Страница 29

Стиснув зубы, капитан заставил себя прочесть начало статьи:

«Алана Кэлдвелл, дочь индианки из племени шайенов и Энсона Кэлдвелла, главы почтенного семейства, проживающего в Ферфаксе, стала участницей необычайных, захватывающих приключений. На дилижанс, в котором она ехала, напали разбойники. На глазах у прелестной девушки убили двух возниц, а сама она была вынуждена волею обстоятельств провести три ночи в обществе блестящего кавалерийского офицера, капитана Николаса Беллинджера, тоже обитающего в Ферфаксе. Насколько я понял, молодые люди оказались вдвоем не случайно…»

У Николаса в голове помутилось от бешенства, когда он понял, к чему клонит проклятый репортер. Скомкав газету, капитан швырнул ее на пол. Ему не надо было дочитывать статью до конца, чтобы уяснить ее содержание. И так было ясно: негодяй извратил правду в угоду своим интересам, нисколько не заботясь о том, что он погубит репутацию невинной девушки!

Николас растерянно стоял посреди комнаты, не зная, на что решиться. Первым его желанием было побежать к Фрэнку Шелби и потребовать удовлетворения. Но здравый смысл подсказывал, что этим он ничего не добьется, а только подольет масла в огонь.

Николас подумал об Алане, которой и так пришлось пережить много горя, – теперь ее ждет еще один удар… Когда о репортаже Шелби станет известно в Виргинии, соседи Энсона Кэлдвелла не пожелают с ней знаться. А может, и сам Энсон захлопнет перед дочерью дверь… Нет! Этого допустить нельзя! Он на своей шкуре испытал, что такое общественное презрение. После скандала, который вызвала его мать, все от него отвернулись. Но он не позволит, чтобы то же самое произошло с милой, доброй Аланой.

– Этого не будет! Я не допущу, чтобы она пострадала от грязных сплетен! – И он кинулся к Алане.

Девушка сидела у окна и завороженно глядела на улицу. Все было для нее в новинку, все удивляло. Дело шло к ночи, и прохожих было уже мало, а люди, появлявшиеся на улице, все куда-то спешили. Хозяева лавок запирали двери и расходились по домам.

Неожиданно в комнату ворвался мертвенно-бледный Николас. Глаза его лихорадочно блестели.

Алана медленно встала со стула и прижала руки к груди.

– Мне очень стыдно, Николас. Я долго думала, что я сделала не так, и, кажется, поняла. Мне не следовало приходить к тебе в одной рубашке. Ты ведь поэтому рассердился, да?

Николас молчал.

– Почему ты мне не отвечаешь? – едва удерживаясь от слез, спросила девушка.

Вид у нее был такой несчастный, что Николасу тут же захотелось ее обнять и утешить.

Он заметил, что она переоделась в коричневое платье, и глаза его потеплели.

– Алана, скажи, пожалуйста… как ты ко мне относишься?

Вопрос застал девушку врасплох. Она настороженно посмотрела на Николаса, ища подвоха, а потом тихо произнесла, взвешивая каждое слово:

– Я… тебе доверяю. Больше, чем кому бы то ни было.

– А что бы ты сказала, если бы я попросил тебя стать моей женой?

Алана растерянно заморгала: он что, с ума сошел?

– Твоей женой? Нет… Я не могу стать твоей женой!

– Почему? Ты совсем одна. Если разобраться, то, кроме меня, у тебя вообще никого нет. Разве будет плохо, если мы поженимся?

– Я принадлежу Серому Соколу.

Нет, эти слова прозвучали неубедительно. Алана сама себе не поверила.

– Серый Сокол мертв, Синеглазка, а тебе сейчас нужен живой муж.

– Но ты же не собирался жениться! – напомнила она Николасу.

– Я передумал.

– Но… я… это так неожиданно… я не знаю…

– Вот и прекрасно. Раз у тебя нет возражений, мы поженимся сегодня же, – заявил Николас и, взяв со стула ее новый плащ, протянул его девушке. – Пошли!

Алана еле плелась за ним на непослушных ногах и тщетно пыталась понять, почему он вдруг решил на ней жениться. В том, что Николас ее не любит, она не сомневалась. Но тогда что побудило его принять столь странное решение?

Молодые люди молча спустились по лестнице, и Николас спросил у портье адрес священника.

На улице дул пронзительный ветер, но Алана не замечала ничего. Она была оглушена и подавлена. Ей даже казалось, что все это происходит не с ней, а с кем-то другим.

Николас стоял рядом с Аланой и четко, отрывисто отвечал на вопросы преподобного Милларда. Присутствовавшая при бракосочетании миссис Миллард серьезно смотрела на жениха и невесту.

– Николас Беллинджер, – торжественно произнес священник, – согласен ли ты взять в жены эту женщину?

– Да.

– А ты, Алана Кэлдвелл, согласна ли ты взять в мужья этого человека?

– Я… д-да, согласна.

Произнеся все слова, которые положено говорить в подобном случае, и улыбнувшись, священник предложил капитану поцеловать невесту.

Николас запечатлел на лбу Аланы холодный поцелуй, не имевший ничего общего с теми жаркими поцелуями, которыми он осыпал ее в дилижансе. Он явно не горел желанием заключить молодую жену в свои объятия. Увидев столь откровенное равнодушие, Алана совсем пала духом.

Попрощавшись с Миллардами, Николас вывел Алану на улицу, по которой в этот поздний час разгуливал только холодный ветер.

Молодожены медленно пошли в гостиницу. Подойдя к зданию, в котором располагалась редакция «Миссури репабликан», Николас нерешительно замер, но потом все же потянулся к дверной ручке. Пожалуй, стоит подложить свинью Фрэнку Шелби. Да-да, это хорошая мысль! Его сенсация тут же протухнет, поскольку в ней не останется пикантности: законные браки никого не интересуют.

Мужчина, сидевший за столом, оторвался от кипы бумаг:

– Чем я могу вам служить?

Николас положил на стол деньги и внушительно произнес:

– Мне необходимо поместить объявление в завтрашнем выпуске.

Мужчина обмакнул ручку в чернильницу.

– Прекрасно, сэр. А что мы напишем?

– Напишите просто: «Капитан Николас Беллинджер и Алана Кэлдвелл вчера обвенчались».

В подслеповатых глазах вспыхнул огонек интереса.

– Позвольте… уж не о вас ли мистер Шелби…

– За всеми подробностями, – перебил его Николас, – обращайтесь к преподобному Милларду. Он даст вам исчерпывающие сведения.

– Если хотите, я разыщу мистера Шелби. Он напишет репортаж о вашей свадьбе.

– Никаких репортажей! Просто опубликуйте объявление – и все.

– Но мистер Шелби будет недоволен… я должен ему сообщить… – запротестовал сотрудник газеты.

Конца фразы они так и не услышали, потому что оказались на улице. В голове Аланы роилось множество вопросов, но она не решалась заговорить с Николасом: он был странно молчалив, и это ее пугало.

Да и вообще, ее муж скорее походил не на новобрачного, а на человека, собравшегося на войну.

– Что с тобой, Николас? – наконец не выдержала Алана. – Ты так сердит… Зачем ты на мне женился? Ты же не хотел этого!

– Как зачем? – буркнул капитан. – Чтобы заткнуть рот сплетникам.

– Но… я не понимаю, Николас! Я всегда считала брак чем-то священным… по-моему, в него должны вступать только люди, которые любят друг друга.

– Все это так, Синеглазка, – вздохнул капитан, – но что делать, если судьба сыграла с нами злую шутку? Впрочем, ты не бойся, я не навязываюсь тебе в мужья. И не собираюсь отнимать твою любовь у Серого Сокола.