Как выйти замуж за дракона - Иванова Ольга Григорьевна - Страница 2

– Что? – Я обернулась, не смея дышать.

Звякнул колокольчик: за дракомагом закрылась дверь «Пышки».

– Вы не сказали, что ваше имение заложено и на вас висит куча долгов! – Стилл выпятил вперед грудь.

Ну точно петух!

– Я счастлива, что не успела довериться вам и сообщить столь сокровенные вещи, о которых не трубят на каждом углу. – Сейчас мне даже не пришлось играть оскорбление. – Иначе мое сердце не вынесло бы подобной реакции. А ведь я собиралась… Уходите!

Стилл растерянно заморгал.

– Как вы вообще посмели ко мне подойти?

– Но, вообще-то, вы сами…

– Прочь! – уже громче повторила я. И указала пальцем на дорогу позади него. – Я не хочу вас больше знать, лэр Стилл. Забудьте мое имя навсегда!

Он снова попятился. Наткнулся на фонарный столб. Поправил съехавшую на лоб шляпу и, развернувшись, припустил вниз по улице.

Мое сердце бешено колотилось. Кто ему сообщил о моем долге? Эту деталь моего бедственного положения я тщательно скрывала. Кто надоумил Стилла навести справки о моем реальном финансовом положении? Чую, папаша той самой Лилии Гарлен. Никак не мог пристроить замуж свою дурнушку-дочь и решил действовать грязными методами. Что ж, это будет мне уроком. Нужно просчитывать еще больше ходов наперед. Правда, с кем мне это делать? В Берри больше подходящих холостяков не осталось.

– Нарг, – выругалась я уже вслух.

Случайно бросила взгляд в сторону кофейни и опять наткнулась глазами на дракомага. Он сидел за столиком у самого окна и изучал меню. Шарф и шляпа небрежно лежали на соседнем стуле, пальто расстегнуто нараспашку, под ним видны темно-серый костюм и воротничок белоснежной рубашки. И все те же прозрачные драконьи чешуйки по всей шее – знак принадлежности к высшей расе и высшему обществу. Я невольно залюбовалась ими, а потом осторожно коснулась одной-единственной чешуйки на своем затылке, тщательно спрятанной под волосами.

Дракомаг поднял голову и посмотрел на меня. Я, спохватившись, сорвалась с места и поспешила удалиться.

– Нитки! – вспомнила я уже почти у дома.

Погруженная в свои нелегкие мысли, кипя от гнева и досады, я, конечно же, забыла зайти в галантерейную лавку. Соврать, что синих не было? Нет, с сестрами я не могла так поступить. Мэри расстроится, Диана останется с порванным платьем. Я оценила расстояние до дома и потом до нужного мне магазина, вздохнула и зашагала обратно в город. По дороге мне встретился почтальон, славный парнишка с торчащим рыжим чубом и веснушчатым лицом.

– Лиа Габриэлла, – позвал он меня. – Вам тут письма. – И достал два конверта. – Заберете сами сейчас или отдать кому-то в доме?

Один конверт был из желтой бумаги, у него мог быть только один отправитель – мой кредитор. Не хотелось бы, чтобы он попал в руки кому-то из сестер, даже Мэри, которая была в курсе нашего бедственного положения.

– Нет, возьму сейчас, спасибо, Джей, – ответила я, забирая письма.

– Хорошего дня! – улыбнулся Джей, продолжая свой путь.

Я подавила вздох. Да уж, день сегодня просто прекрасный. Лучше и не придумаешь. Я посмотрела на конверты. Желтый и правда был от господина Твиста, того самого, кому отец перед смертью проиграл наш дом. А вот второй… Я распахнула глаза, прочитав имя отправителя. Стэйси Файлинг! Неужели? Я чуть не поддалась порыву вскрыть письмо прямо здесь на дороге, потом все же положила его в сумочку вместе с ненавистным желтым, чтобы прочитать позже.

Хотелось приблизить эту минуту как можно быстрее, поэтому я ускорила шаг, временами переходя на бег.

Стэйси – моя подруга, с которой я имела счастье учиться в пансионе для девочек еще в те времена, когда родители могли себе это позволить. Потом судьба нас разлучила, и мы не виделись уже лет пять, лишь изредка обмениваясь письмами. Последнюю весточку я получила от нее почти год назад, и с тех пор от нее не было ни слуху ни духу. И вот наконец она напомнила о себе! Ее письмо – как лучик солнца в моем царстве мрака.

Я быстро купила синие нитки, прихватив еще и зеленые, чтобы подшить свой весенний плащ, и тут же опрометью бросилась домой. Передала покупки Мэри, чмокнула в щечку малышку Лили, которую та держала на руках. Восхитилась новым рисунком Дианы, пока снимала шляпку и плащ, и наконец ускользнула к себе в комнату.

– Начнем с неприятного. – Я поморщилась, вскрывая желтый конверт. От него пахло табаком, как от самого лэра Сэма Твиста. Письмо от него было написано небрежным скачущим почерком: «Лиа Габриэлла Ланье, довожу до вашего сведения, что срок, отведенный для возврата вашего долга, заканчивается первого июня этого года. Если долг не будет выплачен в указанный срок, все ваше недвижимое имущество перейдет ко мне, согласно договору, подписанному вашим покойным отцом Фрэнком Ланье».

– Да чтоб тебя! – Я скомкала письмо и отправила его в мусорную корзину.

Но как я ни пыталась держать себя в руках, внутри все равно все взорвалось. Твист очередной раз напомнил о сроке, который таял, как снег на весеннем солнце. Два месяца. У меня всего два месяца, чтобы найти способ отдать этот проклятый долг! А я не продвинулась в этом ни на йоту. И все из-за Брендона Стилла!

Я сделала несколько глубоких вдохов, чтобы успокоиться. Потом потянулась за вторым конвертом, украшенным нежным узором из незабудок. Я улыбнулась: это так похоже на Стэйси. Бумага внутри тоже была усыпана рисунками из голубых цветков, а поверх них бежали округлые буквы, выведенные рукой подруги: «Милая Габби! Надеюсь, у тебя все хорошо. Прости, что так долго не писала. Поверь, на то были веские причины. И одна из них… Вначале сядь. Сидишь? Тогда я продолжаю. Итак… Тадам! Я вышла замуж! Можешь поверить? Я сама еще не могу в это поверить. Мы обвенчались тайно, поэтому я не могла пригласить тебя на свадьбу, прости. Я знаю, что ты простишь меня, ведь ты самый великодушный человек на свете! И точно поймешь меня. Если в двух словах, то семья моего Тедди из нуворишей, и меня считали невыгодной для него партией, поэтому нам пришлось пойти на такой шаг. Но сейчас уже все хорошо. Я теперь живу в столице, Тедди здесь работает в адвокатской конторе. К слову, весьма популярной даже у дракомагов. О, Габби, как мне тебя не хватает! И я просто умру, если не увижу тебя! Ты просто обязана приехать ко мне! На следующей неделе начинается новый сезон, и нас ждет уйма развлечений! Ты ведь приедешь, да? Напиши мне как можно скорее. Обнимаю. Жду. Твоя верная подруга Стэйси Файлинг (теперь уже Саммер)».

Я несколько раз перечитала письмо, переживая целую бурю эмоций. Я была всем сердцем рада за Стэйси, если бы не маленькая червоточинка грусти: подруга смогла найти свою любовь и была свободна в своем выборе. Именно об этом когда-то мы мечтали вместе…

Но потом мои мысли потекли в ином русле. Стэйси вышла замуж за мужчину, который наверняка водит знакомства с состоятельными лэрами, среди них точно найдутся и холостяки. Она живет в столице, что повышает разнообразие тех самых холостяков с подходящим мне годовым доходом. Почему бы не совместить приятное с полезным: навестить подругу и… попытаться еще раз схватить удачу за хвост? Такой шанс выпадает не каждому.

Ко мне вернулся боевой настрой. Решено! Я еду покорять столицу.

Глава 2

Поезд набирал ход, и я в последний раз бросила взгляд на перрон, где мне все еще махала рукой, провожая, Мэри. Я послала ей воздушный поцелуй, но она его наверняка уже не увидела.

На сборы у меня ушло три дня. За это время я успела договориться с двоюродной тетушкой Брисеидой, единственной родственницей по папиной линии, чтобы она пожила у нас, пока меня не будет, и приглядела за сестрами. Пришлось заложить мамино кольцо и оставить им большую часть денег на хозяйство, на остальные я купила билет на поезд до Сильвертауна. Я не знала, сколько буду отсутствовать, но обещала Мэри писать каждую неделю.

Багаж мой был невелик: несколько более-менее приличных платьев и пара летней обуви на первое время, записная книжка, шкатулка с украшениями для волос и комплектом из недорогих сережек и кольца с мелкими сапфирами, которые я получила от родителей на свое шестнадцатилетие. Кроме этого, в ридикюле лежали, надежно спрятавшись под подкладкой, оставшиеся украшения мамы. Будет больно на это решиться, но придется заложить их, а то и вовсе продать, чтобы окупить жизнь в столице.