Непростой Путь Про-Героя. Том 3 (СИ) - Русак Александр - Страница 93

К атому Нейто Мономы, пребывающего в чрезмерно возбужденном состоянии, с кислым лицом подошел «оксилитель» ситуации — атом фтора, вернее, амбивалентная Ицука Кендо.

Ах, эти высокие отношения…

Аудитории фанфика на Бусти так захотелось подобных высоких отношений для протагониста фанфика, что Ицука выиграла у Химико Тоги в опросе по романтике на Бусти, к всеобщему шоку.

Вот серьезно, уж я-то точно не ожидал. Но кунг-фу рыжули оказалось слишком сильно.

Наконец, Кендо, которая нем ного нервничает.

Вот только что же ей нужно от синеволосого Шоды? Просто пришла пофлиртовать, или все-таки держит в уме нечто большее? Ответ в двадцать какой-то там главе!

Примечание автора 1:

В комментариях правильно заметили, что на оригинальном фестивале в манге и аниме студентов между матчами лечили. Что ж… опыт подсказывает, что обойтись в большой работе вовсе без отклонений от пресловутого канона попросту нереально.

У меня — не лечат. Во-первых, это попросту обесценивает победы и травмы, не имеет большого смысла в контексте битв на вылет (имхо) и является ни чем иным, как подыгрыванием одному-единственному персонажу манги (угадайте кому).

Во-вторых, иное развитие событий на Зоне и далее могло навести преподавательский состав на мысль о том, что стоило бы этих самоубийц отучить разбиваться в лепешку в каждой драке.

В-третьих, лучше вписывается в сюжет.

В любом случае, микроскопический неканон, да.

Примечание автора 2:

Небольшой юбилей — эта глава, если верить движку АТ, сотая. Да и фик уже по объему до четырех книг добрался. Такие вот пироги с нирятиной и сэцуниной)

Глава 19

Часть XIV

Ранее. Перерыв перед заключительным этапом Спортивного Фестиваля первого курса Академии Юэй.

Раздевалка первого «А» класса, спортивный стадион.

Изуку Мидория.

Мидории казалось, что весь мир вокруг него медленно и неотвратимо сворачивается в колоссальную, циклопических размеров спираль, дрожащую от напряжения, как туго сжатая пружина, центр которой приходится как раз на его живот…

Парня снова замутило, и он прижал руку ко рту.

— Изуку, не убивайся ты так, — дружелюбно посоветовал Нирен Шода, откинувшийся на спинку стула напротив, — По крайней мере, самостоятельно. Сам знаешь, и без твоей помощи найдется кому…

Девятый носитель Один-за-Всех позеленел. В смысле, еще и лицом.

Его возможная грядущая дуэль с Кацуки Бакуго была одной из двух причин, почему парня натурально трясло от волнения. Их отношения, ну… если Изуку и казалось до этого дня, что они стали чуточку лучше после того, как они вместе поступили в Юэй и перенесли нападение злодеев, то сегодня он узнал точно: нет, не стали. Достаточно было лишь одного взгляда Каччана в его сторону — после того, как объявили турнирную схему.

Взгляд обещал смерть.

— Смотри на жизнь позитивно, — предпринял еще одну «пытку приободрения» Нирен, с удобством закинув ноги на стол. Мидории иногда казалось, что тот получает некое извращенное удовольствие от провокационных и нервирующих людей высказываний. — Во-первых, с тобой тут я сижу, весь такой поддерживающий и сопереживающий. А во-вторых…могло быть и хуже.

На вопросительный взгляд он пожал плечами:

— Твоим следующим противником мог бы стать я.

Потом Шода хмыкнул и задумчиво произнес:

— Хотя, если ты каким-то чудом победишь кочан чернобыльской капусты, им я и стану…

Застонав, Изуку обхватил голову руками.

«И это он так поддерживает и сопереживает⁈»

— Мне-конец-мне-конец-мне-конец… — забормотал он. Тихо-тихо.

Принципы релятивизма («эт-то всего лишь ту-ту-турнир, н-ничего страшного…») в попытках успокоиться самостоятельно помогали еще меньше, чем нагнетание обстановки синеволосым садистом.

Впрочем, аналитическая часть мозга Деку, которая не переставала работать даже в экстремальных ситуациях, бесстрастно отметила, что логика в словах и действиях Нирена Шоды соблюдается безукоризненно. Его логика.

Видишь преимущество — используй. Видишь способ стать сильнее — стань. Видишь испытание — прими.

Видишь возможность укрепить ментальную устойчивость к стрессу и потрясениям «Избранного» — укрепи… Нирен, после того самого разговора с Всемогущим, так прямо и сказал: если причуда Одного-за-Всех аккумулирует и суммирует не только лишь физическую силу, но и вообще все положительные характеристики ее владельцев вплоть до когнитивных способностей, Изуку не должен упускать из виду, в том числе, и тренировки психологической выносливости и воли.

С этого дня Шода начал… давить.

Мидория бы обиделся и замкнулся в себе… но. Всегда было «но».

С первого же дня из знакомства Изуку казалось, что пока другие ребята, да и он сам, готовятся к карьере героев, Нирен Шода готовится к войне.

После событий на Зоне Катастроф — и признания товарища в наличии у него неясных видений будущего — подозрения обрели почву.

И действительно, многие вещи стали понятнее — черты характера Нирена, огромное количество работы, вложенной в развитие причуды, его подчас бескомпромиссное и нетерпимое поведение…

Но в то же время это знание будущего и было второй вещью, что не давала покоя Изуку. Один подлый, гадкий, скользкий червь подтачивал его душу. И хотя Мидория не хотел в это верить и чувствовал себя неблагодарным и плохим человеком, просто думая об этом, он боялся, что в момент слабости эта мысль покинет его глупую голову.

Вот в такой момент, как сейчас.

«В конце концов, после боя с Кацуки я вообще могу не выжить», — подумал он с отдающим истерией весельем. — «Уж лучше спросить сейчас, чем никогда».

— Слушай, Нирен… — несмело и даже нехотя начал Изуку, подняв глаза, — Я… эм…

— … — скосил на него глаза одноклассник, погруженный в какие-то свои мысли.

Мидория замялся, не выдержав взгляда и принявшись изучать свои руки:

— Ты… прости, что вываливаю это, просто…. Нирен, скажи, пожалуйста, ты… ты ко мне с самого начала так хорошо относился просто потому, что заранее знал, что я… стану сильным героем? И что у меня за причуда? И… и… что я полезный… знакомый…

Молчание послужило ему ответом.

Он с опаской поднял голову и увидел, что Шода молча рассматривает его, даже не моргая.

Потом парень все-таки медленно смежил веки, раскрыл глаза и поднял бровь.

Мидорию прорвало, и он затараторил, спотыкаясь и глотая слова:

— П-просто единственный, кто раньше обратил на меня внимание — это Всемогущий, но он… в-великий герой, и увидел во мне стремление защищать, и ничего заранее не знал, но ты ведь, ты ведь ничего не увидел, ты уже знал, а потом после медкабинета и Исцеляющей ты от-отнесся ко мне по-доброму, и, и я… я действительно, действительно подумал, что я чего-то стою сам, без Один… без причуды, без… без чуда, которому обязан всему этому. Ты стал мне первым, е-единственным на-на-настоящим другом! Но теперь я знаю, что ты заранее знал обо всем, и… и сейчас не понимаю, где ты б-был другом, а где просто, ну… готовился и, ну… использовал преимущество! В-в данном контексте, то, что мы в одном классе, и… что находясь рядом и имея ры-ры-рычаги влияния на меня, и-и других ребят тоже, ты сможешь менять будущее, и… эм…

Постепенно эхо от последнего его крика сошло на нет, и он окончательно умолк, снова ощущая себя забитым жизнью и Каччаном, несчастным Деку из девятого «В» класса Средней Школы Орудэра.

— Балда.

Он вытаращился на Шоду, который морщился и тыкал себе пальцем в ухо: